На российском рынке недвижимости последние годы формируется новый тренд. Это растущий интерес молодежи к покупке жилья за Полярным кругом, в таких городах, как Воркута, Мурманск и Новый Уренгой. Спрос оправдан низкими ценами на местные квартиры и возможностью удаленной работы. В итоге россияне возрастом от 18 до 35 лет рассматривают северные города в качестве доступной альтернативы для приобретения жилья или инвестиций. Подробнее о современном тренде URA.RU рассказали ученые Пермского Политеха.
На фоне общего роста цен на недвижимость по всей России молодежь обзаводится собственным жильем в городах Заполярья. Стоимость квадратного метра в регионе начинается от трех тысяч рублей, а двухкомнатную квартиру в Воркуте можно приобрести в среднем за 200 тысяч рублей, что сравнимо со стоимостью премиального смартфона. За последние три года число сделок с молодыми покупателями в этих городах выросло на 30-50%.
«Этот ценовой бум нашел отражение и в цифровом пространстве. В начале 2026 года, после активных публикаций в СМИ о дешевом жилье в Заполярье, число тематических обсуждений и запросов о покупке квартир в этих городах увеличилось примерно в пять раз. Экстремально низкая стоимость жилплощади в Воркуте привлекает в основном «цифровых кочевников», для которых такая недвижимость служит «точкой присутствия» и личным отелем. Их не смущает малая численность населения, поскольку их доход не зависит от местной экономики», – рассказала URA.RU доцент кафедры «Экономика и финансы» ПНИПУ и кандидат экономических наук Юлия Карпович.
Такие нефтегазовые города, как Новый Уренгой и Сургут, пользуются спросом благодаря государственным ипотечным программам с пониженной ставкой. Это «Арктическая ипотека» со ставкой в 2% и высокими зарплатами вахтовиков. А Мурманск, являясь региональной столицей, логистическим хабом и центром туризма, создает перспективную площадку для вложений в туристический бизнес. В том числе — в сегменты посуточной аренды и коммерческой недвижимости. Но главную роль, по словам ученых, в этом тренде играет именно возможность удаленной работы. Ее утрата может привести к полному исчезновению спроса со стороны «цифровых кочевников».
«Основной надеждой молодежи является также возможность начать самостоятельную жизнь со своей недвижимостью без ипотеки. Для молодых людей это не просто покупка, а доступный инвествариант, интересный жизненный проект или личный вызов, который становится сильной мотивацией и дает возможность развиваться. Сама готовность купить нестандартное жилье говорит о типичных для молодежи чертах. Это склонность к риску и поиску новых путей, что отчасти объясняется тем, что их меньше сдерживают семейные или карьерные обязательства», – объяснила старший преподаватель кафедры «Социология и политология» ПНИПУ и когнитивно-поведенческий психолог Юлия Неверова.
По словам ученых, примерная модель инвестиций для Воркуты может быть следующей. Покупка однокомнатной квартиры площадью в 35 квадратных метров обойдется примерно в 500 тысяч рублей, а дополнительные затраты на услуги риелтора и оформление составят около 50 тысяч рублей. Это в сумме дает общие вложения в размере 550 тысяч рублей.
Ежегодные расходы включают высокие коммунальные платежи, особенно в отопительный сезон, — около 40 тысяч рублей, а также налог на имущество, который благодаря низкой кадастровой стоимости составит примерно 1 500 рублей. Итого траты на жилье составят 41,5 тысяч рублей в год. При долгосрочной аренде такой квартиры за 10 тысяч рублей в месяц годовой доход достигнет 120 тысяч рублей, а чистый операционный доход после вычета расходов — 78,5 тысяч рублей. Срок полной окупаемости инвестиций составит около 7 лет.
Но ученые напоминают и о рисках такого рынка. Основным является крайне низкая ликвидность таких активов. Продать квартиру в Воркуте быстро и по рыночной цене может быть очень сложно из-за узкого рынка и малого числа местных покупателей, что при срочной продаже грозит потерей до 30-50% от стоимости. Серьезную угрозу также представляет риск депопуляции и последующая деградация инфраструктуры в моногородах, таких как Воркута или Новый Уренгой, где дальнейшее сокращение населения может привести к ухудшению состояния ЖКХ, росту эксплуатационных расходов и падению стоимости недвижимости.
«Поэтому подобные инвестиции способны оказать лишь ограниченное и точечное влияние на экономическое оживление регионов. С одной стороны, они могут привести к росту сборов налогов на имущество и землю, временному оживлению в сфере локальных услуг, таких как ремонт, управление недвижимостью или деятельность интернет-провайдеров, а также создать несколько новых рабочих мест. Однако в секторе реальной экономики не создаются новые производства или постоянные рабочие места в базовых отраслях, что не приводит к перестройке экономики», – пояснила экономист ПНИПУ Юлия Карпович.
По мнению ученых, тренд начнет спадать лишь в случае сокращения возможностей для удаленной работы, сворачивания льготных ипотечных программ, крупных техногенных или экологических катастроф в регионе, а также материализации фундаментальных рисков, таких как депопуляция и проблемы с ЖКХ, что вызовет волну негативных кейсов в медиа. Дополнительным фактором может стать возросшая привлекательность альтернативных локаций, например, малых городов юга России или Абхазии.