В Санкт-Петербурге, где солнце зимой редкий гость, а отопление в теплицах работает на полную катушку, случилось нечто из разряда «мир сошёл с ума». Манго, прилетевшее, можно сказать, с тропического курорта, стоит дешевле, чем огурец, выращенный под бдительным взглядом российского счетчика за свет и газ.
Представьте: огурец продукт местный, патриотичный, но такой нежный, что портится быстрее, чем настроение у прохожего в январе.
Его кожура тоньше обиды коллеги после пятницы, а срок годности короче, чем время, за которое вы успеваете дойти до кассы.
Чтобы он вырос, теплица жрёт электричество, как студент шаурму перед сессией, и газ, будто старый чайник на даче. В итоге, себестоимость огурца приближается к стоимости билета в театр, а то и выше.
А манго? Оно в это время плывёт по волнам глобальной логистики, как золотой мальчик с южных берегов, где солнце не дефицит, а норма. Весной и зимой его завозят тоннами, и рынок буквально тонет в сладкой жёлтой лавине. Спрос не успевает за предложением, и цена падает.
Так и получается: в городе белых ночей манго дешевле огурца. И если вы думали, что абсурд это только в театре, то добро пожаловать в супермаркет. Там, среди ценников и холодильных витрин, разыгрывается настоящая драма с элементами сатиры и фруктово-овощной иронии.