Когда-то на Земле были самые разные деньги. Где-то расплачивались баранами, где-то — мехами, кто-то получал жалованье рисом, кто-то — солью.
Но в итоге все эти средства оплаты вытеснили два металла — золото и серебро.
Вся эта экзотика либо совсем исчезла, либо стала вспомогательным средством платежа.
Почему?
Потому что, как говорил мужик в финале одного фильма, «у каждого свои недостатки».
Например, сохранность: рис или пушнину нельзя поколениями передавать по наследству. Или неделимость — как платить за всякую мелочь, если деньгами служит скот? Поступать, как в анекдоте про свинью, бегающую во дворе на протезе? «Не резать же Борьку из-за миски холодца». Опять же — со стандартизацией у них проблемы: две коровы не всегда одинаковы.
Наконец, очень часто при развитии технологий резко падала стоимость «эрзац-денег». Обычно приводят в пример соль, которая из почти что сокровища однажды превратилась в копеечный расходник. Но нам более показательным примером представляются раковины-каури (Cypraea moneta), которые, между прочим, были одной из самых долгоживущих валют в мире.
Использовать их в качестве денег начали ещё в первобытную эпоху (их находят в пещерах палеолита в Европе), а закончили только в начале XX века.
Это маленькая, блестящая, фарфоровидная раковина моллюска, обитающего в теплых водах Индийского и Тихого океанов (в районе Мальдив, Филиппин и окрестностей).
Вскоре эти раковины распространились по огромной территории, охватив добрую половину планеты. Вот только несколько примеров.
Это — расшитая раковинами каури куртка сына вождя одного из туркменских племён Северного Афганистана.
Это — маска мифического героя Мошамбоя, расшитая раковинами каури и мехом, из Королевства Куба, которое, вопреки названию, располагалось не на острове в Карибском море, а в Центральной Африке, на территории нынешней Демократической Республики Конго.
А это — чувашское девичье ожерелье XIX века, в нём десятикопеечные монеты Александра II перемежаются бусинами и раковинами каури (чуваши называли их «хурт пуççи» — «голова червя»).
Каури были практически идеальными деньгами — долговечными, легкими, они не ржавели и не портились, были примерно одинакового размера и формы, их было легко считать и практически невозможно подделать.
Наконец, они не добывались в регионах распространения, их нужно было завозить за тысячи километров, что создавало контролируемое предложение и практически гарантировало отсутствие инфляции.
Но вот именно, что «практически».
Настоящей «империей каури» стала Африка, где эти раковины достигли пика своей монетарной роли (с X–XII вв. и до начала XX века). Каури стали универсальной валютой в Западной и Центральной Африке (территории современных Ганы, Мали, Нигерии, Конго и близлежащих стран), где ими платили за всё — от соли до жены.
Ну и, разумеется, в колониальный период прохиндеи-европейцы (в первую очередь англичане и голландцы) начали завозить в Африку эти ракушки кораблями — в самом что ни на есть буквальном смысле слова. В результате этого массового завоза они обвалили стоимость: к концу XIX века на континенте бушевала чудовищная инфляция, в результате которой ракушки полностью обесценились и были вытеснены металлическими монетами.
В общем, везде было одно и то же — везде побеждали металлы.
Сначала как товарные деньги, в виде слитков, потом — и как монеты.
И даже не просто металлы, а конкретно — золото и серебро.
Вы спросите — а почему именно они? А мы ответим — здесь целый комплекс причин.
Если быть точным — их ровно пять.
Как у Игоря Николаева.
Во-первых, сработал базовый принцип бизнеса: «Кто первый встал — того и тапки».
Записей, разумеется, никто не вёл, но археологи не испытывают никаких сомнений: именно золото, серебро и третий «денежный металл» — медь были первыми металлами, с которыми познакомилось человечество.
Почему именно они? Ведь того же золота в земной коре не просто мало, а ничтожно мало. Алюминия — восемь процентов, железа — пять. А золота (считайте нули) — 0.0000004%.
4 миллионных доли процента.
Это не просто мизер, это вообще какое-то «пренебречь, вальсируем».
Тогда откуда столь раннее знакомство?
Ответ — в одном очень любимом золотоискателями слове: «самородки».
Знаете ли вы, какие металлы чаще всего встречаются в самородном виде?
Хотя правильнее спрашивать не «какие», а «сколько». Потому что ответ — «классическая четверка»: золото, серебро, медь и платина. Все остальные металлы в самородной форме — вроде самородных железа или ртути — скорее редкие исключения.
Любопытная деталь: хотя золота на планете гораздо меньше, чем остальных металлов из «классической четверки», золотые самородки встречаются чаще всего.
Например, серебра на планете примерно в 100–150 раз больше, чем золота (про медь из жалости умолчим), но самородное серебро в природе встречается примерно вполовину реже. Интересная деталь: при этом самые крупные серебряные самородки по массе превосходят золотые (вес серебряных может исчисляться тоннами), но именно по частоте находок и обычности в месторождениях золото убедительно побеждает серебро.
Вот, например, один из крупных серебряных самородков — 890 кг. Шахта «Контрабандист». Аспен, Колорадо, 1894 год.
Думается, вы уже обратили внимание, что практически все члены «четверки» — это благородные металлы, которые плохо вступают в реакции с чем бы то ни было. А максимальной химической инертностью среди них характеризуется именно золото — почему его и находят только в цельном виде: самородками или «песком» — по-научному «в рассеянных зёрнах».
Серебро уже чаще встречается в виде сульфидов и галогенидов, чем в самородном виде. Медь, конечно же, может образовывать крупные массы и самородки, но относительно общего количества это мизер. Подавляющая часть этого металла хранится в земной коре в виде соединений (сульфидов и оксидов). Что касается платины — самородная платина встречается гораздо реже золота, к тому же она была практически неизвестна в Старом Свете до XVI века (завезена испанцами из Америки) и не играла никакой роли в формировании древних денежных систем.
И вот эта «неубиваемость и неразлагаемость» (по-научному — химическая стабильность) золота и серебра (серебро тускнеет, но не портится) является вторым ощутимым плюсом для использования их в качестве денег. Грубо говоря, и то, и другое — «вечные» металлы, которые могут пролежать в земле столетия и будут извлечены археологами точно в том же виде, какими их туда положили.
Итак, что мы имеем?
Причина первая — раннее знакомство. Вторая причина — фактическая неубиваемость.
Что ещё?
Записывайте — номер три: «Легкость в обработке». И золото, и серебро — мягкие металлы, их самородки поддаются даже так называемой «холодной ковке». Даже если просто лупить камнем — они легко вытягиваются, плющатся в пластинки, из которых уже нетрудно изготовить кольца, браслеты, гривны и тому подобное.
По этой «причине № 3» в золотых и серебряных украшениях щеголяли уже охотники и охотницы на мамонтов.
Нет, это не шутка.
Самые ранние известные украшения из золота и серебра относятся к эпохе позднего каменного века, так называемого неолита.
Одни из древнейших массовых золотых украшений были найдены на кладбище Варна (Болгария). Это культура конца V тыс. до н.э. (около 4600–4300 гг. до н.э.), там в захоронениях были найдены браслеты, кольца, ожерелья, медальоны и другие явно статусные вещи.
Вот фото. Извините за некоторые натуралистичные подробности.
Для серебра самая ранняя надёжно датированная ювелирка — Месопотамия, около 3000 г. до н.э., где находят серьги, ожерелья и браслеты из серебра в погребениях.
Так мы вплотную подошли к причине № 4, которую можно обозначить ёмким словом «Красота».
Именно так. И золото, и серебро — очень красивые металлы, которые привлекают внимание и задерживают взгляд.
Это пара металлов контрастно разных цветов с древних лет будоражила воображение творческих натур, которые сочиняли настоящие гимны «о двух сестрах, рыжей и белобрысой, которых все вожделеют».
Отдельно стоит указать на цветовую «зарифмованность» золота и серебра с двумя земными светилами — Солнцем и Луной.
Мы уже рассказывали вам, что европейские средневековые алхимики называли серебро — "металлом Луны" и считали, что золото зарождается в земле под воздействием солнечных лучей. Соответствующие символы использовались в алхимических трактатах и иконографии.
А на другом конце планеты, в неоткрытой ещё Америке, инки называли золото «потом Солнца», а серебро — «слезами Луны».
Из золота индейцы делали солнечные диски и атрибуты бога Инти, из серебра — лунные символы и принадлежности богини Луны.
И эти две пары были практически неразлучны во всём мире.
Хотя нет! Было одно исключение.
В финском эпосе «Калевала» встречается обратная связка (Луна — золото, Солнце — серебро) в выражениях «kuu kulta» — «луна золотая» и «hopeasta päivän laati» — «сделан день из серебра».
Но большинство исследователей считают, что это не отражение особой финской космологии, а исключительно поэтический приём и игра со звуком. Аллитерация. Помните «Игру в слова» Агнии Барто?
Скажи потише:
«Шесть мышат» —
И сразу мыши
Зашуршат.
Вот и Элиасу Лённроту, записавшему (а по слухам — в изрядной степени и сочинившему) «Калевалу», просто было удобнее использовать связку «kuu – kulta» (луна – золото), потому что оба слова начинаются на "k", красиво рифмуются и хорошо ложатся в ритм эпоса.
Однако мы отвлеклись.
У нас осталась пятая — и последняя причина, по которой люди стали использовать золото и серебро в качестве драгоценных металлов и мерила всего.
Внимательные читатели могут спросить: ну хорошо, пусть золото и серебро были одними из первых металлов, с которыми познакомилось человечество. Не спорим, что они были красивы и привлекали к себе внимание. Допустим, из них удобно было изготавливать украшения, и поэтому они с самого начала получили в глазах людей «ценностный» статус.
Но что мешало людям, открывшим уже и другие металлы — железо, олово, свинец — использовать их в качестве денег вместо редкого золота или серебра?
Ответ — ничего не мешало.
Они и использовали.
Например, в Древнем Риме изготавливали оловянные монеты. Древние спартанцы, британцы и японцы использовали в виде денег железо. В Северной Америке до XVII в. ходили свинцовые деньги.
Использовались и сплавы, в частности, бронза. К примеру, в 335 г. до н.э. в Древнем Риме появились бронзовые литые монеты, сделанные из меди, смешанной с оловом и свинцом. Это были тяжелые ассы (aes grave) весом в один римский фунт или либру, то есть около 300 грамм.
Но все эти попытки использования других металлов заканчивались одним и тем же.
Как в Риме, где на смену бронзе вскоре пришли серебряные денарии.
А потом и золотые ауреусы Цезаря.
Почему же процесс вытеснения монет из других металлов серебром и золотом был столь неизбежен?
Подсказку нам дают знаменитые китайские чохи — самые многочисленные на Земле монеты, — которые, как известно, делались из бронзы.
Квадратную дырочку в центре круглой монетки видите?
Как вы думаете, для чего она? Да-да, позже под это дело подвели целую философскую базу: мол, квадрат — символ Земли — вписан в круг — символ Неба, что символизирует...
Символизирует много чего, поверьте, но вопрос остаётся — для чего изначально в бронзовой монете дырку делали?
Ладно, не будем больше приставать с загадками, запишите пятую причину доминирования золота и серебра.
«Редкость».
И серебра, и тем более золота на Земле в разы меньше, чем других металлов, издавна известных человечеству. И олова, и свинца, и меди, и тем более железа в земной коре — гораздо, гораздо больше.
Металл Луны и металл Солнца — редкость и ценность сами по себе, потому что их всегда мало.
Серебро и золото, несмотря на то что были первыми металлами, сразу же оказались самым удачным вариантом денег. Они идеально попали в нужный зазор между доступностью, позволяющей начеканить необходимое для торговли количество монет, и редкостью, не позволяющей начеканить их слишком много, гарантирующей деньги от обесценивания.
Ответ на загадку на самом деле очень простой — монеты из всех других металлов очень быстро становились слишком дешёвыми из-за дешевизны исходных материалов. Поэтому те же китайцы, в своей любви к традициям столетиями цеплявшиеся за свои бронзовые монеты, вынуждены были сделать в них дырку, чтобы нанизывать на шнурок и платить связками монет — в 100, 500 и 1000 чохов.
Китайцы так привыкли рассчитываться при сделках связками денег, что когда до них добрались раковины каури, они и их принялись дырявить, чтобы вздеть на верёвочку.
Вот пруфы из китайского музея.
И всё равно — при всей своей любви к бронзе, китайцам уже с XIII века пришлось привязать свою денежную систему к «серебряному стандарту».
Но, впрочем, «приключения денег» — это уже совсем другая история.
А наши пять причин названы.