Автор: Тот, кто всё ещё хранит на балконе лыжу с 2004 года
Время чтения: ~6 минут
Знаете, я недавно поймал себя на мысли, стоя в душе. Вода шла то кипятком, то ледяная — классика жанра нашего ЖКХ. Я стоял, крутил этот несчастный смеситель и думал: «Ну ничего, сейчас настрою, надо просто поймать момент. Ещё чуть-чуть, и будет нормально».
И вдруг меня осенило. Это же не про душ. Это про всё.
Это мой (и, подозреваю, ваш) универсальный алгоритм взаимодействия с реальностью. «Ещё немного потерпим». Эта фраза выжжена у нас на подкорке где-то между рецептом бабушкиных солений и текстом гимна.
Жизнь на черновик
Я смотрю на свою квартиру. У меня в коридоре уже третий год отклеивается уголок обоев. Каждый раз, проходя мимо, я думаю: «Надо бы подклеить. Или вообще ремонт сделать. Но сейчас не время. Денег лишних нет, да и ситуация в мире какая-то нестабильная. Вот устаканится всё — тогда и заживем».
Я живу в черновике. Я хожу в «домашнем», которое на самом деле просто старая одежда, потерявшая право выхода в люди. Я ем из тарелок со сколами, потому что хороший сервиз стоит в серванте. Для кого он там стоит? Для английской королевы? Для следователя, который придет описывать имущество? Не знаю. Он просто ждет «особого случая».
Я замечаю, что «особый случай» — это мифическое событие, которое по вероятности наступления конкурирует со Вторым пришествием.
Мы все ждем, когда начнётся «настоящая жизнь». Вот выплачу ипотеку — и заживу. Вот дети школу закончат — и выдохну. Вот доллар перестанет скакать как ужаленный — и куплю машину. Вот доделаю этот отчет, перетерплю начальника-самодура ещё полгода — и найду работу мечты.
Проблема в том, что когда я выплачиваю ипотеку, мне нужен новый кредит на лечение зубов, которые я запустил, пока платил ипотеку.
Анатомия терпения
Я не говорю, что терпение — это плохо. В конце концов, если бы не наше великое национальное терпение, мы бы, наверное, переубивали друг друга в очередях или в утреннем метро. Терпение — это социальная смазка.
Но я вижу, как это качество мутирует. Из добродетели оно превращается в какой-то странный вид мазохизма.
Я смотрю на своих знакомых.
Лена терпит мужа, который лежит на диване и философствует о судьбах родины, пока она работает на двух работах. «Ну, сейчас у него кризис, надо потерпеть», — говорит она. Кризис у него длится с 2012 года.
Коля терпит работу, где ему платят копейки и заставляют выходить в выходные. «Зато стабильно, — говорит Коля. — Вон у других вообще сокращения. Потерплю, может, повысят».
Мы терпим плохие дороги, хамство в поликлинике, серую зиму, которая длится полгода.
Я ловлю себя на том, что мне стыдно жаловаться. «Ну чего ты ноешь? — говорит мой внутренний голос голосом школьного трудовика. — Деды войну прошли, в землянках жили, а тебе кофе в кофейне недостаточно горячий? Зажрался».
Сравнение с худшим — наш любимый анальгетик. Пока мы живы и не в окопе, жаловаться вроде как неприлично. Уровень нормы у нас плавающий, но всегда стремится вниз. «Могло быть и хуже» — вот наш девиз. Не «могло быть лучше», а именно «могло быть хуже». Чувствуете разницу векторов?
Синдром отложенного счастья
Я захожу в магазин и вижу вкусный сыр. Дорогой. Рука тянется, а мозг бьет по рукам: «Куда? Это на праздник. Возьми "Российский" по акции».
Я хочу поехать в отпуск, но внутренний бухгалтер шепчет: «Сейчас неразумно тратить подушку безопасности. Вдруг что случится?».
Мы готовимся к «черному дню» с таким усердием, что «белые дни» просто проходят мимо, незамеченные. Мы так боимся будущего, что отказываем себе в настоящем.
Я замечаю этот парадокс: мы готовы терпеть дискомфорт годами, лишь бы не рисковать. Изменения — это страшно. Изменения — это неизвестность. А в нашем болоте хоть и мокро, и пахнет тиной, зато мы знаем каждую кочку.
«Потерпеть» — это безопасная стратегия. Это снимает ответственность. Я не живу плохо потому, что я ничего не меняю. Я живу плохо, потому что «сейчас такие времена» и надо переждать. Это очень удобная позиция. Позиция ждуна.
А есть ли предел?
Иногда я думаю: а есть ли у этого терпения дно?
Раньше мне казалось, что есть какая-то красная линия. Что если цены вырастут в два раза — люди возмутятся. Если запретят то-то и то-то — люди не стерпят.
Сейчас я понимаю: мы резиновые. Мы адаптируемся ко всему.
Если завтра скажут, что дышать можно только через раз по четным дням, мы сначала повозмущаемся в чатиках, потом напишем пару гневных постов, а через неделю будем делиться лайфхаками, как задерживать дыхание подольше, и где купить календарь четных дней подешевле.
Это вызывает у меня смешанные чувства. С одной стороны — восхищение. Нас не убить. Мы выживем на Марсе, если там посадить картошку. С другой стороны — холодный ужас. Потому что в этом режиме выживания нет места жизни.
Есть только бесконечная подготовка к жизни. Бесконечная разминка перед матчем, который никогда не начнется.
Или это мудрость?
Но бывает и по-другому.
Вчера я сидел на кухне, пил чай. Обычный пакетированный чай. За окном шел дождь со снегом, типичная такая ноябрьская хмарь. И мне вдруг стало спокойно.
Может, думаю я, это «потерпим» — это не трусость? Может, это дзен?
Понимание того, что ты не можешь контролировать хаос вокруг. Ты не можешь контролировать курс валют, геополитику или настроение начальника. Ты можешь только налить чаю, надеть теплые носки и переждать бурю.
Может, те, кто бегает, суетится, требует, борется — они просто тратят силы впустую, пытаясь плевать против урагана? А мы, мастера спорта по терпению, просто бережем энергию?
Я смотрю на стариков у подъезда. Они видели такое, что нам и не снилось. И они спокойны. Они знают: всё проходит. И это пройдёт. И хорошее пройдет, и плохое. Так зачем дергаться?
Вопрос без ответа
И вот я стою здесь, посередине этой мысли.
С одной стороны, мне хочется заорать: «Хватит! Я не хочу терпеть! Я хочу жить сейчас! Я хочу клеить обои, когда они отвалились, а не когда "настанет время". Я хочу есть из красивой тарелки во вторник утром!»
Я вижу, что этот вечный режим ожидания крадёт у меня годы. Я старею, пока жду стабильности. Мои дети растут, пока я экономлю на эмоциях.
С другой стороны, я выхожу на улицу, вдыхаю этот сырой воздух и думаю: «Ну, вроде не так уж и плохо. Бывало и хуже. Сейчас главное — не делать резких движений. Ещё немного, зима кончится, солнце выйдет...»
Нормально ли это — жить с вечно сжатыми зубами, ожидая подвоха и откладывая радость на потом? Здорово ли это — воспринимать текущий момент как досадную помеху перед светлым будущим?
Я смотрю в зеркало и вижу там человека, который очень устал ждать, но совершенно разучился жить по-другому. Я не знаю правильного ответа. Но делать вид, что вопроса нет, уже не получается.