Всходы и заходы. Это название инсталляции, представленной музеем истории города Бородино на XVI Красноярской музейной биеннале, собравшей в «Музее Надежды» (основном проекте биеннале) представителей 19 музеев страны от Владивостока до Москвы.
Старожилы Рыбинского района хорошо помнят проживающих на территории муниципального округа (рабочего посёлка Бородино, посёлка Ирша, города Заозёрного и других поселений) граждан китайской национальности. Достаточно вспомнить китайца дядю Володю – известного на всю округу парикмахера в Бородино в 60-х годах прошлого века, или дядю Ваню, торгующего семенами. Первыми сибирскими помидорами мы обязаны китайцам. Пока местные переживали за урожаи картофеля, китайцы без боязни засаживали свои огороды помидорами. Семена тоже производили свои. Помнят крепкий и сочный лук-батун в холодном апреле. В те далекие шестидесятые это была невидаль – парники давали крепкую рассаду.
Меня всегда интересовало: каким образом китайцы оказались в холодной Сибири? В школе со мной училась девочка Ин-Зу-ин. Но в школьном журнале она, конечно же, была записана как Инзуинова. Спросить было неудобно, да и она сама не знала своей подлинной родословной, отец предпочитал ничего не рассказывать.
Ответ на этот вопрос о сибирских китайцах довелось найти среди старожилов. Историю нашей землячки Галины Курак мне удалось записать только в 2015 году, когда она приехала в Бородино и посетила музей. При себе у неё имелась статья из районной газеты Иркутской области о её отце – китайце Су. Галина окончила школу в горняцком посёлке Бородино. Вот что она поведала о своём отце Су Чуан Гуе.
Во время конфликта между Японией и Китаем (1937–1945 гг.) с оккупированной японцами Маньчжурии поток китайских беженцев вынужден был перейти границу с Россией (Советским Союзом). Интернированных китайских солдат в Сибири определяли на принудительные работы. Будучи ни военнопленными, ни осуждёнными, они были лишены свободы на правах советских спецпереселенцев. Причиной, по которой дезертиров и «политических беженцев» подвергали репрессиям, было то, что руководство СССР рассматривало перебежчиков как фактор, способный втянуть страну в международный вооруженный конфликт.
Началось всё с того, что молоденький офицер Су Чуан Гуй после неудачной стычки с японцами, оккупировавшими Маньчжурию, вынужден был скрываться от преследователей. И в 1940 году, оставив маленькую дочь на попечение родителей, перешёл ночью границу со своей беременной женой и оказался на советской стороне. Их этапировали, разъединили и отправили в разные места. Су Чуан попал на лесоповал под Красноярск. Лишь через пять-шесть лет какими-то путями подали весточку, что родился сын, а что стало с ним и с женой, – не узнал до последних лет жизни.
Вплоть до 1947 года «перебежчик вкалывал на таёжных делянах и затем получил статус «свободного поселенца». Поняв всю безысходность своего положения, Су Чуан был вынужден создать новую семью, познакомившись на лесоповале с Надеждой Андреевной Чеузовой. Через два года появилась на свет «русская Галя с раскосыми и выразительными глазами, смуглая и темноволосая». После отбывания срока Су Чуан Гуй переехал с семьей в строящийся горняцкий посёлок Бородино, где работал землекопом, о чём свидетельствует «Список рабочих на Ирша-Бородинском монтажном участке землекопов-китайцев (хранится в фондах музея).
«Когда уже большая семья, обитавшая в городке с названием Бородино (один из угольных разрезов знаменитого КАТЭКа), окрепла, жена Су Чуан Гуя стала настаивать, чтобы он через посольство добился установления связи с родными. Её мужа заедала тоска. Ведь страшно, до любого доведись, потерять мать, отца, дочь, двух братьев и сестру. И не вдруг, конечно, наступила радостная минута. Немало было исписано бумаг, истрепано нервов, прежде чем в 1960-м Су Чуан, выхлопотав визу, обрёл возможность встретиться на родной земле с родственниками. Прогостил там целый месяц, сильно голодали. По возвращении стал престарелым родителям отправлять продовольственные посылки. Вторично папа, – припоминает Галина Николаевна, – поехал в Китай через год. Его старшая дочь к той поре уже вышла замуж, родилась внучка. Но в живых не застал мать и очень печалился».
«После XX съезда КПСС советско-китайские отношения ухудшились, и Су Чуан сердцем почувствовал, что может больше никогда не увидеть свою семью. Заспешил с хлопотами о визе и добился разрешений. Однако, начиная от границы, его «повели» китайские гэбисты. Допрашивали, подозревая в шпионаже. Едва избежал жестокой участи и всего несколько дней пробыл среди своих. Погоревал об умершем отце, порадовался рождению второй внучки и заспешил в Союз. Вернее, вынудили срочно покинуть пределы Китая. Появился дома исхудавшим, нервным и почти ничего не привёз из подарков ни ребятишкам, ни Надежде Андреевне. Тем временем не дремал и советский КГБ. Взялись крепко агитировать... От пережитых потрясений тяжело заболел и в 1968 году в возрасте 48 лет умер. Перед смертью, – вздыхает Галина Николаевна, – я тогда как раз заканчивала первый курс Иркутского института иностранных языков, отец наказал маме уничтожить письма, фотографии, адреса, чтобы всё это нам не повредило. И, кстати, ещё раньше он умышленно не учил меня китайскому языку и не разрешил взять его фамилию, опасаясь за будущее. Похоронен отец в Бородино».
Без главы семейству пришлось туго материально. К счастью, мир не без добрых людей. Друг отца помог Гале завершить учёбу в институте и дал адрес дяди, проживающего в Китае. Галину распределили в с. Казачинское Иркутской области, где она вышла замуж за Станислава Курака, работающего лесником. У них двое детей. Казалось, живи и благоденствуй. А тогда как же быть с совестью, моралью, нравственностью? Поэтому никогда не покидала мысль совершить путешествие в Китай, обнять сестру.
Наша история имеет благополучный конец. Весной 2009 года в администрации села Казачинское появились представители китайской компании, которые приехали заключить договор на выращивание овощей. Будучи заместителем главы администрации села, не очень надеясь на чудо, Галина Николаевна вкратце объяснила суть дела господину Ли Мину. Он согласился помочь в розыске дяди, а через него – и сестры. Ну а вскоре господин Ли Мин привёз фотографии родственников. Они бесконечно обрадовались и приглашают Галину Николаевну навестить их, и сами не прочь приехать сюда. У сестры Су Сян Лин шестеро детей, много внуков. Здравствует и один из престарелых братьев отца. Все имеют достаток. Главное же – стремление к развитию дружественных связей – увенчалось успехом. Особенно Галина Николаевна благодарна господину Ли Мину за неоценимую помощь и готовность содействовать в организации поездки к родным и близким людям, пусть даже они и не видели друг друга никогда…
В апреле музей истории города Бородино прошёл конкурсный отбор в лабораторию основного проекта, где сотрудник Анастасия Маковецкая с востоковедом – екатеринбургской художницей Анной Снегиной создавала прототип будущей выставки под рабочим названием «Что скрывает угольная пыль?».
Итогом стала пространственная инсталляция «Всходы и заходы» – эфемерная конструкция, где угадывается образ «теплицы-пагоды» с грядками, наполненными бурым углем, подсвеченным живительным розовым светом фитоламп. Дополнением стали арт-объекты авторства Анны Снегиной – пять цветочных миниатюр, выполненных углем, и панно из ткани, где на фоне архивной фотографии первого взрыва на Ирша-Бородинском угольном разрезе «расцветает» бамбук.
Из описания к инсталляции: «Работа посвящена судьбам китайских переселенцев, оказавшихся в СССР до и во время Второй мировой войны, интернированных и отправленных на работу в Сибирь, в частности, на Бородинский угольный разрез. Их истории – это истории вынужденной миграции, тяжёлого труда, разорванных связей и пересборки идентичности в чуждых условиях».
Особенно радостно, что 25 сентября, в день открытия биеннале, познакомиться с инсталляцией приехала дочь одного из героев выставки Су Чуан Гуя – Галина Николаевна Курак (Чеузова). Со слезами на глазах и словами благодарности она знакомилась с воплощением истории своего отца такими средствами.
Биеннале «Принцип Надежды» в Музейном центре «Площадь Мира» будет работать до середины февраля. Так что у наших земляков ещё есть время для знакомства с результатами совместной работы художников с музейщиками.
Людмила СОКОЛОВА, директор музея истории города Бородино