Элина прислушалась, затаив дыхание. Из соседней комнаты доносилось отрывистое позванивание пузырьков, а за стеной сиделка, уверенная, что хозяйка спит, вела беседу с кем-то в саду.
— Я бы это в цветочный горшок вылила, — ворчливо проговорила сиделка.
Секунду царила тишина.
— Зачем? — донёсся из-за окна звонкий молодой голос. — Это ведь лекарство, наверное, дорогое.
— Ой, не говори глупостей, — отмахнулась сиделка. — Такими лекарствами разве что на тот свет отправляют.
Слова заставили Элину насторожиться. Она болела уже пять лет. Всё началось с банального вируса — высокая температура, ломота, насморк. Потом, когда основные симптомы отступили, исчезло обоняние. Тогда переболела вся семья, но именно ей пришлось тяжелее всего. До больницы не дошло, однако лечащий врач предупредила о возможных тяжёлых последствиях.
Восстановление шло медленно и трудно. Элине всегда казалось, что деньги решают всё, но в этот раз она ошиблась. Финансы позволили отправиться в хороший санаторий, купить дорогие препараты и витамины, однако жизненные силы от этого не прибавились.
— Ну что ты как тень по дому бродишь? — часто подшучивала подруга, тоже перенёсшая вирус. — Совсем никакой энергии нет.
— И правда, нет, — отвечала Элина. — Бывает, возьмусь за покрывало, чтобы с кровати убрать, а очнусь через два часа — сижу с уголком в руках и будто в отключке была. Или моргну, а время словно проваливается, и меня выбрасывает на полчаса вперёд.
Подружка смеялась над такими сравнениями, но сама уже начинала понемногу бегать по утрам, в то время как Элина поднималась на второй этаж, словно выходила в открытый космос — с одышкой и невероятным усилием. Врачи обещали полное восстановление за полгода. Но проходило полгода, год, два, а постоянная усталость не отступала.
— Дорогая, может, тебе стоит ещё раз обследоваться? — с беспокойством предлагал муж, Марк.
— Да где уже? — устало отвечала она. — Я только и делаю, что анализы сдаю да по врачам хожу. Ничего не находят.
— Тогда давай ты перестанешь работать, хотя бы временно? — однажды предложил Марк. — Это же твой бизнес, ты его с нуля построила. Но сейчас мы вышли на крупные контракты, заработали имя. Ты заслужила отдых. Пусть месяц ты занимаешься только здоровьем, а я возьму управление на себя.
Элина задумалась. Впервые в жизни кто-то предлагал ей остановиться в этой вечной гонке, признать собственную слабость и посвятить время только себе.
Она выросла в большой семье Ростовых. Атмосфера взаимопомощи царила в доме, однако денег постоянно не хватало. Мать едва успевала справляться с хозяйством, отцом и четырьмя детьми, а отец работал без отдыха, чтобы всех содержать. После его смерти наследство поделили несправедливо: братья забрали машину, гараж, мотоцикл и просторную квартиру, а Элине досталась старая дача — хлипкий домик на шести сотках. Скрипя сердцем, она продала участок соседям, которые давно предлагали хорошие деньги.
— Дура, зачем продала? Это же наше родовое гнездо! — кричали братья. — Где мы теперь будем отдыхать?
— А где, по-вашему, мне жить? В летнем домике зимой? — парировала Элина.
— Так замуж выходи и живи у мужа! — предложил старший, Игорь.
— Или найди работу получше, — с гнусным смешком добавил средний, Роман. — И вообще, долго ты ещё в нашей квартире собираешься торчать? Пора бы и честь знать. Даю тебе два дня.
— А куда мне идти? Где жить?
— А меня это волновать не должно, — пожал плечами Роман.
— Дача — это память о родителях, ты не имела права её продавать, — проговорил младший, Артём, и в его голосе прозвучала обида.
— А почему меня должно волновать, где вы шашлыки будете жарить? — лишь пожала плечами Элина.
Тогда она два дня плакала от бессилия и несправедливости, потом собрала вещи и уехала в другой город. Там, шаг за шагом, начала строить свою империю: сначала маленькая швейная мастерская, потом ателье. Благодаря безупречному вкусу и деловой хватке Элина быстро стала известной. Но чтобы зарабатывать по-настоящему, пришлось учиться дальше — маркетинг, инвестиции, возможности интернета. Со временем у неё появился загородный дом, личный водитель и компания, приносившая солидный доход. Ателье осталось любимым хобби, а не основным бизнесом.
— Элина Валерьевна, вы вообще когда-нибудь отдыхаете? — как-то спросил новый директор по закупкам, Марк.
— Случается, — улыбнулась она в ответ.
— Да вы на этой неделе уже третий раз засиживаетесь допоздна. Что скажет муж?
— А ничего не скажет, — пожала плечами Элина. — Разве вам не известно, что хозяйка не замужем?
— Нет, не в курсе, — развёл руками Марк. — Но это не повод работать без передышки.
— Мы готовимся к расширению. Как только выиграем тендер, сразу откроем филиал.
За деловыми обсуждениями она и не заметила, как влюбилась. Марк был младше на пять лет, но обладал такой целеустремлённостью и чутьём, что вместе они чувствовали: смогут вывести компанию на новый уровень, построить империю с филиалами в разных странах. Деловое партнёрство постепенно переросло в личные отношения, а потом пришла пандемия с её ограничениями. Бизнес держался на плаву, но тут заболела сама Элина. Проклятый вирус перечеркнул все планы, в том числе и мечту о ребёнке — какая уж тут беременность, если будущая мать с трудом дышит и передвигается?
Сначала была просто слабость, но Элина старалась жить как обычно. Однако последние полгода она почти не выходила из дома и большую часть времени проводила в постели.
Голоса в соседней комнате то стихали, то снова возникали. Сиделка настаивала, что прописанные Элине препараты не подходят.
— А мне кажется, ты преувеличиваешь, — с лёгкой насмешкой ответил звонкий голос из сада. — Ты же не врач, не можешь судить о назначениях.
— Милая, я может, и не врач, но глаза-то у меня есть, — парировала сиделка. — Она эти таблетки каждый день принимает, а лучше не становится. Даже доктор, когда приезжал, удивлялся, говорил, что должна была давно поправиться.
— А цветок-то при чём? — поинтересовался собеседник.
— Какой цветок?
— Тот, в который ты лекарство вылить хотела.
— А, этот, к слову пришлось, — сиделка махнула рукой. — Ну вдруг бы и он стал лучше расти после такой химии. Ты же видела, во что Элина Валерьевна превратилась.
Оба голоса рассмеялись.
— Слушай, а я вот не пойму, — после паузы снова заговорил молодой голос. — Если ей так плохо, почему Марк другого врача не наймёт?
— Говорит, это его родственник, поэтому за визиты меньше платят.
Слеза покатилась по щеке Элины. За последний год она и правда сильно располнела, кожа стала проблемной, постоянно зудела. А началось всё с того, как доктор прописал антидепрессанты. Сначала стало лучше: появились силы, планы, желание действовать. Потом что-то пошло не так — лишний вес, перепады настроения, панические атаки. Иногда сердце сжималось так, что не могла вдохнуть, накатывал беспричинный ужас. Спать боялась, бодрствовать не было сил, с каждым днём она всё ярче чувствовала собственное угасание. Умрёт — и никто, кроме Марка, не заметит. А ведь совсем недавно она была яркой, успешной, полной жизни.
Элина решила, что сегодня обязательно встанет и выйдет в сад. С огромным трудом, опираясь на руку сиделки, она преодолела несколько десятков шагов и впервые за неделю оказалась во дворе — и тут же пожалела об этом. За густыми кустами сирени, на качелях, сидел Марк и разговаривал по телефону.
— Мне нужно ещё немного времени, — говорил он, и в его голосе звучала непривычная холодность. — Скоро всё закончится. Сердце не выдержит, поверь, я знаю, о чём говорю.
Собеседник что-то спросил, и муж рассмеялся — коротко и беззвучно.
— Если кто и заподозрит, — продолжил он, — у нас же есть сиделка. Ну, напутала с лекарствами, дозировкой, мало ли что. Тем более таблетки у Элины специфические.
Он, видимо, задел экран, и разговор переключился на громкую связь. Элина замерла, услышав в динамике голос, который узнала мгновенно. Это был её средний брат, Роман.
— Не забудь, никто не должен знать, что мы знакомы, — прозвучало из телефона. — Эта выскочка с самого начала думала только о себе. Нам — огрызки, а себе — всё забрала. Такое надо наказывать.
— Да, ты прав, — согласился Марк. — На зоне бы с ней разобрались. Но мы не на зоне, так что проучим по-своему. Спасибо, кстати, что согласился помочь.
— А как же? Мы с тобой столько вместе прошли. Да и мне выгодно проучить зазнайку. Не забудь о договоре — деньги очень нужны. Не могу больше с ней рядом находиться. Видел бы ты, в какую тушу превратилась наша стройняшка.
Элина медленно повернулась к сиделке. Та стояла, застыв с открытым ртом, бледная, словно увидела призрак.
— Это что? Он так и сказал? — прошептала Элина.
— Господи… Это что ж он… — растерянно пробормотала женщина. Она схватила Элину за руку. — Пойдёмте домой, вам нельзя здесь… Завтра… завтра я свою знакомую позову, Веру. Она мудрая, муж у неё врачом был. Она разберётся, что делать.
На следующее утро, как только Марк уехал в офис, пришла баба Вера. Пожилая женщина внимательно посмотрела на Элину и тут же покачала головой.
— Что ж ты с собой сделала, девочка? Зачем всю эту химию в себя запихиваешь?
— Так не сама же. Врач прописал, Марк покупает, сиделка приносит.
— Ой, сиделке-то своей спасибо скажи, — вздохнула Вера. — Марк велел ей человека найти, чтобы за садом присматривал, вот она мою внучку Наташку и пригласила. А та мне про тебя рассказала.
— Что рассказала?
— Да то, что муженёк твой тебя тихо травит. Посмотри на себя — на ногах еле стоишь. Видимо, недолго мне осталось, — тихо прошептала Элина, и снова заплакала.
— Дура, сорока тебе ещё нет, а ты себя хоронишь! — строго сказала Вера. — У меня племянник, Денис, юрист. Завтра привезу, посоветуетесь.
На следующий день Денис действительно приехал. Как оказалось, они с Элиной были давно знакомы — мужчина когда-то даже пытался за ней ухаживать. Сейчас же он смотрел на неё с болью и едва скрываемым шоком, с трудом узнавая в этой бледной, опухшей женщине ту самую Элину, которой когда-то восхищался.
Он внимательно выслушал её историю, а затем твёрдо сказал:
— Собирайтесь. Съездим в клинику, выясним, что происходит. У моего друга своя больница, он поможет.
В клинике Элина со страхом протянула руку медсестре для анализов. Потом были долгие беседы с врачами. Сиделка Галя тоже всё подробно рассказывала, а главный врач лишь качал головой.
— Элина, вы хоть понимаете, что с вами происходит? — спросил он наконец.
— Я думала, это последствия того вируса…
— Нет, вы ошибаетесь. Судя по всему, ваш супруг целенаправленно вас травил. Лишний вес, нарушения сна, панические атаки — это следствие препаратов, которые вы принимали. Марк сам раскладывал вам таблетки?
— Чаще всего да, — кивнула сиделка.
— Я уверен, он подмешивал вам и запрещённые вещества, иначе такие симптомы не объяснить.
— И что теперь делать?
— Мы поговорим с вашим юристом, если вы не против.
Денис обнял Элину за плечи и твёрдо пообещал, что поможет во всём разобраться.
Дальше всё покатилось лавиной. Элине было трудно поверить и принять, что Марк с самого начала строил с ней отношения лишь для того, чтобы завладеть компанией, и что вдохновителем этого чудовищного плана был её собственный брат Роман. А ведь всё началось с казавшейся невинной шутки про то, что цветы от её лекарств тоже разжиреют.
Бабе Вере стоило огромных усилий вернуть Элине волю к жизни. Она поила её травяными отварами, заставляла каждый день выходить на воздух. Сиделка Галя тоже не оставалась в стороне и как-то полушутя велела Элине самой полить цветы на подоконнике. Казалось бы, пустяк, но поднять лейку оказалось невероятно трудно. Однако это простое, понятное действие, видимый результат — блестящие капли на листьях — встряхнули её лучше любых таблеток. Всё время, пока шли суды и разбирательства, Денис постоянно навещал Элину. Он стал первым, кто снова услышал её звонкий смех, и кто увидел, как она сначала прошла, а потом и пробежала свой первый километр. И он же пригласил её на свидание прямо накануне суда над Марком.
Расследование выявило множество нарушений в работе компании, допущенных Марком. От банкротства бизнес спасло только то, что несколько ключевых клиентов согласились продлить контракты. После суда, шаг за шагом, Элина смогла восстановить репутацию фирмы, особенно с таким помощником, как Денис. Спустя некоторое время они сыграли свадьбу — Элина Ростова стала Элиной Денисовой. А ещё через год у них родилась двойня.