Когда-то всё было по‑другому. Мы с Сергеем поженились десять лет назад — молодые, полные планов, смеялись, мечтали купить свой дом, родить детей и съездить на море. Тогда он работал мастером на стройке, я — в ателье. Денег хватало, пусть и не с избытком. Главное — было желание двигаться вперёд.
Теперь я сижу ночью за вязальной машиной, когда весь дом спит, и думаю: где тот человек, который когда‑то обещал нести ответственность за семью?
«Не хочу больше пахать»
— Лена, я устал, — сказал он однажды, возвращаясь с работы. — Мне надоело бегать, выслуживаться, вкалывать ради копеек. Я больше не хочу пахать.
Сначала я подумала, что это просто усталость. Неделя выдалась тяжёлая, начальство давило, зарплату задержали. Но недели сменились месяцами, и ничего не изменилось. Сергей устроился “на подработку раз в пятницу”, потом вообще сказал, что «не видит смысла гнаться за деньгами».
— Денег в жизни не заработаешь всех, — философствовал он, попивая чай на кухне. — Главное — спокойствие и внутренняя гармония.
А я смотрю на его «гармонию», стоя у плиты между приготовлением ужина и вязальной машиной, на которой довязываю детский свитер. Гармония, выходит, у нас на двоих одна — он отдыхает, а я не сплю по ночам.
Когда усталость становится нормой
Сначала я просто брала пару заказов: шапки, носки, варежки. Потом пошли кофты, жакеты, ажурные платья. Люди стали советовать меня знакомым, клиентов прибавилось. Приятно, конечно, что мой труд ценят. Но времени на себя не остаётся.
— Лен, ты опять сидишь до ночи? — иногда спрашивает он, подходя ко мне.
— А кто, по‑твоему, всё это оплатит? Газ, еду, школу Маше?
— Да ладно тебе, не кипятись. Всё ведь хорошо. Я дома, ты при деле. Не грузи себя.
А внутри поднимается злость. Неужели «всё хорошо» — это жить на грани усталости, падать без сил и чувствовать вину, если легла спать пораньше?
Молчание — тоже ответ
Долгое время я не говорила ничего. Боялась скандала. Сергей замыкался в себе, стоило затронуть тему работы. “Не дави на меня, я не машина”, — повторял он.
Однажды я не выдержала. Мы сидели за завтраком, я перечитывала квитанции, считала, как протянуть до конца месяца.
— Серёжа, ты понимаешь, что мы не вытянем долго в таком режиме? — сказала я тихо.
Он пожал плечами:
— Ну, что ты хочешь, чтобы я сделал? Пошёл туда, где опять будут орать? Мне плевать на эти ваши деньги.
— А мне — не плевать! — сорвалось у меня. — Мне надо платить за всё это, кормить ребёнка, одевать, учить!
Он встал из-за стола и, не глядя на меня, сказал:
— Я тебя не просил брать всё на себя. Это твой выбор.
Эти слова я запомнила навсегда.
Женская выносливость
Теперь я смотрю на себя в зеркало и вижу женщину, которая устала, но не сломалась. Я не идеальная, да и не хочу ей быть. Просто надо жить.
Каждая петля на моих изделиях — это не просто узор. Это часы, отнятые у сна, у отдыха, у разговоров с дочерью. Это мой способ держаться на плаву, когда любимый человек решил, что плыть дальше ему неинтересно.
Иногда мне пишут клиентки:
— Лена, как у вас всё успевается?
Я улыбаюсь:
— Главное — не останавливаться.
Но внутри понимаю, что это не про «успевать». Это про «выживать».
Что происходит с мужчинами
Я не психолог, но вижу — у нас не одна такая семья. У кого-то муж уехал на заработки и пропал, у кого-то «потерял себя» в кризисе, у кого-то просто перестал верить, что может что-то изменить.
Мы растём в обществе, где от мужчины ждут силы, стабильности, лидерства. Но когда он устает, никто не даёт ему права быть слабым. И тогда он либо ломается, либо уходит в себя. Только вот женщинам приходится собирать осколки — и жизни, и бюджета, и отношений.
Что делать дальше
Иногда я думаю: уйти или остаться? Не ради выгоды, а ради душевного покоя. Но потом смотрю на Машу, на её глаза — копия Сергея. И понимаю: пока есть надежда, я попробую ещё раз.
Недавно вечер был тихим — без споров, без лишних слов. Я сидела, вязала очередной заказ, а он подошёл и сказал:
— Если хочешь, я попробую куда-то устроиться.
Я не поверила сразу. Просто кивнула. Но в груди что-то оттаяло. Может, он действительно понял?
Пока не знаю. Я не жду чудес, но я всё ещё верю, что человек может вернуться к себе.
А пока — за окном темно, дом спит, и на столе мерцает только лампа над вязальной машиной. Я делаю новый заказ. Работы много. Но, может, завтра будет чуть легче.