Зимой старые гаражные кооперативы превращаются в лабиринт отчаяния. Бесконечные ряды ржавых ворот, сугробы по пояс и тусклые, мигающие фонари, которые скорее пугают, чем светят.
Я задержался допоздна. Перебирал подвеску на своей машине. Дело кропотливое, гайки прикипели, время пролетело незаметно. Очнулся, когда изо рта уже шел пар, а пальцы начали дубеть даже в рабочих перчатках. На часах — половина третьего ночи.
Я вытер руки ветошью, выключил в боксе основной свет и закрыл ворота. Лязг металла в ночной тишине прозвучал как выстрел.
Тишина здесь была особенной. Ватной. Снег поглощал звуки города, оставляя только гул ветра в проводах и треск мороза.
Я пошел к выходу. Идти нужно было через длинный ряд, мимо заброшенных боксов, у которых ворота давно вросли в землю.
И тут я услышал это.
Звук был странным. Резким. Не похожим ни на что.
Дзынь.
Высокий, чистый звук. Как будто кто-то в темноте дернул за басовую струну рояля. Или натянул стальной трос до предела и резко отпустил.
Я остановился.
Дзынь... Дзынь.
Звук приближался. Он был ритмичным.
Шаг — натяжение — удар.
Я достал телефон, включил фонарик. Луч выхватил из темноты падающий снег и угол крайнего гаража.
Там, на снегу, что-то лежало.
Я подошел ближе, думая, что это мешок с мусором или кто-то из местных перебрал и упал.
Это была куртка. Хороший, дутый пуховик.
Я наклонился. Куртка была не пустой. Внутри неё был человек.
Но он выглядел... неправильно.
Он был плоским.
Словно из него выпустили воздух. Лицо, синее от мороза, запало внутрь черепа, обтянув скулы. Кожа висела складками. Тело под одеждой не имело объема. Как будто кто-то вытащил из него весь каркас — мышцы и кости — оставив только оболочку.
В этот момент звук раздался прямо за моей спиной.
Громкое, вибрирующее ДЗЫНЬ.
Я резко обернулся, направив луч света.
И увидел Его.
Оно стояло на крыше соседнего гаража.
Это не было человеком. И это не было зверем.
Представьте анатомическую модель, с которой сняли кожу и удалили весь жир.
Существо состояло из туго скрученных, переплетенных красных и белых жгутов. Мышцы, сухожилия, вены — всё это было натянуто с такой нечеловеческой силой, что, казалось, вот-вот лопнет.
У него не было лица. Вместо него — клубок белесых нервных волокон, пульсирующий в такт его движениям.
Оно дернулось.
Движение было неестественным. Рваным.
Оно было там — миг — и оно уже на земле, в пяти метрах от меня.
Дзынь.
Звук издавало его собственное тело. Его жилы звенели от перенапряжения при каждом рывке. Это был звук ходячей катапульты.
Я не стал ждать. Инстинкт самосохранения сработал быстрее мозга.
Я швырнул в него тяжелый гаечный ключ, который держал в руке (чисто рефлекторно, чтобы сбить концентрацию), и рванул обратно к своему гаражу.
Бежать по льду в тяжелых ботинках — то еще испытание.
Сзади слышался звон. Частый, быстрый.
Дзынь-дзынь-дзынь.
Оно нагоняло. Не бежало, а сокращалось, выбрасывая тело вперед пружиной.
Я подлетел к своим воротам. Руки тряслись, но страх придал точности.
Ключ вошел в скважину. Поворот. Еще один.
Удар в спину был такой силы, что меня впечатало в металл створки.
Но ударило не кулаком.
Меня хлестнуло чем-то тонким и острым, как плетью.
Я ввалился внутрь гаража, падая на бетон. Успел пнуть створку ворот ногой и накинуть массивный засов изнутри.
Секунду спустя в ворота что-то врезалось снаружи. Металл загудел.
Я включил свет.
Моя куртка на спине была разрезана ровной линией. Кожу жгло.
Я посмотрел на щель между створками ворот. Старый металл прилегал неплотно.
Оттуда, из темноты, просунулось Это.
Тонкий, красный щуп. Похожий на оголенный нерв или жилу. Он шарил по воздуху, извиваясь как червь. Он искал тепло.
Я отполз назад.
Щуп дернулся на звук моего дыхания. Он резко удлинился, выстрелив в мою сторону, и ударил по деревянному верстаку, оставив глубокую борозду, словно там прошлись пилой.
Я понял, что ему нужно.
Это существо — паразит. Оно износилось. Его струны рвутся, слабеют, теряют эластичность. Ему нужен «ремкомплект». Мои вены, мои нервы, мои сухожилия. Чтобы вплести их в себя.
Тот «сдутый» парень на улице... оно его просто разобрало на запчасти.
Оно начало ломиться.
Петли на моих воротах были старыми.
Дзынь! — звук лопнувшего металла.
Верхняя петля не выдержала напора. Створка перекосилась, образовав зазор в ладонь шириной.
В щель пролезла рука.
Не рука — пучок красных тросов, сплетенных в форме кисти.
Оно раздирало металл, как картон.
Я огляделся. В тупике.
Монтировка? Бесполезно, удар увязнет в мягких тканях. Нож? Слишком короткая дистанция, оно быстрее.
Мне нужно что-то, что работает быстрее его рефлексов. Что-то, что может перерезать натянутый трос.
Взгляд упал на верстак.
Там лежала «болгарка» (УШМ). Большая, профессиональная, с диском по металлу. Я работал ей днем и не убрал в ящик. Шнур был в розетке.
Существо уже просунуло плечо. Я видел, как под его «кожей» (которой не было) перекатываются узлы. Оно вибрировало от напряжения.
Я схватил инструмент. Нажал пуск.
Визг мотора наполнил гараж. Диск превратился в размытое пятно.
Тварь замерла. Звук высоких оборотов сбил её акустику.
Я сделал шаг вперед.
— Давай, — прошептал я сквозь зубы.
Существо среагировало.
Оно выбросило вперед пучок жил, целясь мне в лицо. Это было быстрее удара змеи.
Но я не стал уклоняться. Я просто выставил перед собой работающий инструмент.
Вращающийся абразивный диск на скорости 6000 оборотов встретился с натянутыми жилами.
Физика.
Если перерезать перетянутый канат, он не просто рвется. Он «стреляет».
Диск не просто разрезал их. Он нарушил целостность конструкции под диким натяжением.
ДЗЫНЬ-НЬ-НЬ!!!
Звук лопнувшей басовой струны, усиленный в сто раз, ударил по ушам.
Существо буквально взорвалось в месте разреза.
Магистральные жилы, которые держали его форму, лопнули и разлетелись, хлеща во все стороны.
Его «рука» расплелась, превратившись в хаотичную массу дергающихся нитей.
Оно завыло. Это был звук трения пенопласта о стекло.
Оно рванулось назад, пытаясь вытащить остатки себя из щели.
Я давил на инструмент. Диск вгрызался глубже.
— Получай! — заорал я от адреналина.
Последний рывок.
Существо отпрянуло, оставив часть своей конечности на полу моего гаража.
Отрезанные жилы на бетоне извивались, сворачиваясь в узлы, пока не затихли.
За воротами слышался хаотичный звон и удары о стены соседних боксов. Тварь потеряла баланс и целостность. Её тело начало разваливаться.
Я слышал, как она уползает. Звук удалялся. Но теперь это было не ритмичное дзынь, а жалкое шуршание волочащейся кучи мусора.
Я просидел в гараже до рассвета, не выпуская из рук инструмент.
Утром, когда взошло солнце и послышались голоса других автомобилистов, я рискнул выйти.
Снег у ворот был залит темной, густой жидкостью, похожей на гидравлическое масло. Следы — беспорядочные борозды — вели в сторону оврага и там терялись.
Того парня в пуховике нашли через два дня. В протоколе написали: «Смерть от общего переохлаждения». Патологоанатом, говорят, был в шоке от состояния тканей, но списал всё на редкое дегенеративное заболевание мышц. Так проще закрыть дело.
Я продал гараж через неделю. Скинул цену, лишь бы избавиться.
Теперь я ставлю машину на платной стоянке под камерами.
Но больше всего я боюсь звуков.
Если я иду по улице и слышу, как где-то вдалеке натягивается струна или звенит провод на ветру...
Я не останавливаюсь посмотреть.
Я бегу.
Все персонажи и события вымышлены, совпадения случайны.
Так же вы можете подписаться на мой Рутуб канал: https://rutube.ru/u/dmitryray/
Или поддержать меня на Бусти: https://boosty.to/dmitry_ray
#страшныеистории #гаражи #мистика #выживание