Девяностые в России — время, когда менялось вообще всё. Деньги, реклама, язык, одежда, представления о норме. Телевидение в этом смысле шло даже не в ногу со временем, а слегка впереди — спотыкаясь, экспериментируя и периодически падая лицом в рейтинги.
Если в советские годы экран был аккуратным, выверенным и местами даже стерильным, то в 90-е он внезапно стал дерзким, громким и абсолютно не стесняющимся. В эфире появлялись передачи, которые сначала смотрели с интересом — просто потому что «такого раньше не было». А потом начинались жалобы, недоумение и быстрые закрытия.
Сегодня эти проекты выглядят странно, местами неловко, а иногда и откровенно дико. Но именно они и создают тот самый портрет эпохи.
Вспоминаем самые сомнительные телепередачи «лихих» 90-х.
«Про это»
Название не обманывало. Передача действительно была про это — про секс, отношения, запретные темы и разговоры, которые раньше вели только шёпотом и исключительно на кухне.
Вела программу Елена Ханга — одна из немногих телеведущих того времени, кто спокойно и без хихиканья обсуждал интимные вопросы на всю страну. Для одних это было откровением, для других — шоком.
Писем с жалобами приходило столько, что редакция физически не успевала на них отвечать. Часть зрителей искренне не понимала, зачем такое вообще показывать по телевизору. В итоге программа продержалась около трёх лет и стала символом того, как далеко телевидение готово было зайти в погоне за новизной.
Эфиры с Аланом Чумаком
Если вы в 90-е ставили банки с водой к экрану телевизора — вы точно помните Алана Чумака.
Он «заряжал» воду, кремы, мази и всё, что зрители успевали поднести к экрану. Делал это молча, с серьёзным выражением лица и видом человека, который точно знает, что делает.
Самое поразительное — масштабы веры. Сотни тысяч людей всерьёз считали, что получают целебную энергию прямо через телевизор. Позже академик Эдуард Кругляков официально назвал методы Чумака лженаучными, но к тому моменту эпоха уже сделала своё дело.
Отдельный сюрприз — попытка Чумака баллотироваться в Госдуму в 2000 году. Логика, как говорится, где-то рядом, но не здесь.
«Моя семья»
На первый взгляд — почти приличное семейное шоу. Выходило на ОРТ, обсуждало проблемы отношений, конфликты, личные драмы. В студии появлялись психологи, эксперты и известные гости.
Но была деталь, которая делала программу по-настоящему странной. Рубрика «Маска откровения». Гость надевал маску и рассказывал свою историю, скрывая лицо. Выглядело это одновременно театрально, неловко и слегка тревожно.
Позже автор проекта Валерий Комиссаров пойдёт ещё дальше и запустит «Окна» с Дмитрием Нагиевым. Но это уже совсем другая история.
«Девичьи слёзы»
Передача выходила на СТС и обещала помогать молодым девушкам решать жизненные проблемы. На деле всё довольно быстро скатилось в хаос.
Странные сценарии, неубедительные персонажи, ведущие, которые могли позволить себе резкие фразы и откровенную грубость в эфире. Иногда складывалось ощущение, что шоу существует ради скандала, а не ради помощи.
Самый показательный момент — история с Дмитрием Маликовым. Его планировали пригласить в передачу, но певец вовремя передумал. И, как показало время, сделал это крайне разумно.
«Дрёма»
Музыкальная программа, которая выглядела как эксперимент ради эксперимента.
Четыре ведущих, среди которых Анфиса Чехова и Владимир Епифанцев, включали андеграундную музыку, читали поэтические тексты и разыгрывали примитивные сценки. Всё это напоминало студенческий капустник, случайно попавший в эфир.
Передача продержалась около полугода. После закрытия вся команда перешла на ТВЦ с новым проектом — «Культиватор». Его судьба оказалась примерно такой же короткой.
Девяностые дали телевидению свободу — и не всегда понятно, что с ней делать. Эти передачи были странными, иногда неловкими, порой откровенно сомнительными. Но без них эпоха была бы неполной.
Это было время, когда телевизор искал себя. Иногда — очень странными способами.
«Окна»
Если «Моя семья» выглядела как странный, но ещё относительно приличный разговор о личном, то «Окна» стали моментом, когда телевидение окончательно сняло тормоза.
Формально это было ток-шоу о семейных конфликтах и человеческих драмах. Фактически — театр абсурда, где скандал был не побочным эффектом, а основной валютой.
В студии кричали, дрались, швырялись предметами, выясняли отношения с таким накалом, будто это финал мыльной оперы, снятый без сценария. Дмитрий Нагиев в роли ведущего выглядел идеально подходящим для этого хаоса: ироничный, язвительный, с ощущением, что он одновременно и внутри происходящего, и чуть выше него.
Позже выяснилось, что многие «реальные истории» были постановочными. Но в тот момент зрителям было всё равно. Передача собирала огромные рейтинги именно потому, что каждый выпуск напоминал аварийную ситуацию: неприятно, странно, но оторваться невозможно.
Сегодня «Окна» смотрятся почти сюрреалистично. Как будто кто-то решил проверить, сколько крика и неловкости можно уместить в один эфир. Девяностые ответили: «Да сколько угодно».
«Империя страсти»
Передача, которую сегодня просто невозможно представить в федеральном эфире.
В студию приглашали парня и девушку. Они отвечали на вопросы ведущего — Николая Фоменко. За каждый неправильный ответ участники снимали с себя предмет одежды. Тур за туром. Без особых полутонов.
Рейтинги были высокими, обсуждений — ещё больше. Передача балансировала на грани допустимого, и именно это привлекало зрителей. Однако долго так продолжаться не могло. Проект просуществовал всего год, после чего тихо исчез из сетки вещания.