Первая мировая война часто воспринимается как следствие цепочки дипломатических кризисов и случайных решений. Или как борьба «империалистических хищников».
Отчасти это верно: все государства того времени расширяли свою территорию при помощи вооруженных сил, конкурировали за колонии и рынки, имели свои интересы.
Однако для Германии война с самого начала была не оборонительным конфликтом и не борьбой с ограниченными целями, а попыткой радикального «вооруженного переустройства» Европы и мира.
За военными операциями стояла продуманная программа территориальной экспансии, экономического подчинения и политического доминирования — от Атлантики до Чёрного моря.
Вернее, программ-то было несколько: особенность Второго Рейха — несколько партий и борьба между разными группами интересантов. Но практически все эти программы предполагали гигантские территориальные приобретения.
Пангерманская идея: Европа как пространство для «нового порядка».
Между Вторым и Третьим Рейхами на самом деле можно найти немало общего. Но истоки следует искать ещё раньше, в том числе — касаемо отношения к славянам.
Ещё задолго до 1914 года в Германии сложилось пангерманское движение, провозглашавшее право немецкой нации на господство над «низшими» народами.
В рамках этой идеологии будущий «новый порядок» предполагал лишение ненемецкого населения политических и имущественных прав, передачу их собственности немецким колонистам и превращение покорённых территорий в ресурсную базу Рейха.
Официально правительство дистанцировалось от этих программ, но на практике они всё глубже проникали в государственную политику.
Даже рейхсканцлер Теобальд фон Бетман-Гольвег признавал их влияние на стратегические решения Берлина уже в ходе войны.
Хорошую «практику» по вытеснению и даже уничтожению коренного населения германцы получили ещё до Первой мировой — в своих африканских колониях.
Главная цель — континентальная империя.
Побеждённая Европа, по замыслам германских стратегов, должна была стать военной и экономической опорой для будущего мирового господства.
Но путь к этому лежал через разгром двух ключевых противников — Франции и России. Для борьбы с британцами создавался мощный флот.
На западе Германия планировала уничтожить Францию как великую державу, аннексировать стратегические районы Бельгии и французские железорудные бассейны Лонгви и Бриэ, а также отодвинуть границу далеко за линию Верден — Бельфор — Сомма.
Уже в августе 1914 года кайзер Вильгельм II откровенно заявлял: «Франция должна быть раздавлена».
Восток как «жизненное пространство».
Ещё более радикальными были планы на востоке.
Германия намеревалась лишить Россию выхода к Балтийскому и Чёрному морям, разделить её на зависимые от Берлина образования и превратить огромные пространства Восточной Европы в сельскохозяйственную и сырьевую базу Второго Рейха.
В аннексионистских проектах фигурировали Польша, Литва, Прибалтика, Белоруссия, Малороссия и даже Черноморское побережье.
Эти земли рассматривались как территории для немецкой колонизации, где местное население должно было утратить политические права и экономическую самостоятельность.
Роль Австро-Венгрии: Балканы под германским контролем.
Вообще, про роль Австро-Венгрии как-то часто забывают. А порой выставляют её уж совсем «забавной» марионеткой кайзера.
Но вообще-то именно Австро-Венгрия была основным противником Российской империи в Первой мировой войне. И это «лоскутное государство» имело собственные амбиции, хотя и скромные относительно Германии.
Австро-Венгрия стремилась подчинить Сербию и Черногорию, установить контроль над Албанией и добиться господства на Балканах, в Адриатике и Эгейском море.
Всё это органично вписывалось в германский проект «Срединной Европы» — огромного блока зависимых государств под немецким руководством.
Но против австро-венгров сыграло вот что: их идеологи откровенно рассказывали о том, что «немецкие успехи будут приобретены ценой жизни славянских солдат».
Чехи и словаки послушали такое — и начали массово переходить на сторону России (так и появился тот самый Чехословацкий корпус).
Аннексионисты у власти.
Ключевую роль в формировании этих целей играли Пангерманский союз, военные и колониальные организации, юнкерские объединения, национал-либеральные и консервативные партии.
Их поддерживали банки, крупная промышленность и аграрные союзы. Именно они требовали от правительства обширных территориальных захватов на западе и востоке.
К концу 1914 года германское руководство фактически возглавило это движение. В секретных записках обсуждалось превращение Бельгии в вассальное государство без собственной армии, с германскими гарнизонами, маркой вместо франка и передачей колоний Германии.
Проект передела мира
В 1914–1915 годах были подготовлены меморандумы, в которых предлагалось:
— аннексировать Бельгию и значительные районы Франции;
— перенести германскую границу далеко на запад;
— присоединить к Рейху территории от Балтики до Чёрного моря;
— создать колониальную империю в Африке, Азии и на Тихом океане;
— уничтожить морское господство Великобритании.
Будущая империя, по этим планам, делилась на «коренную Германию» и завоёванные земли, население которых лишалось бы прав и собственности в пользу немецких господ.
После 1917 года: Россия как главный приз.
Всё это могло бы оставаться планами, но проблема в том, что немцы и австрийцы заняли обширные территории — практически всю Бельгию, Сербию, часть Польши и Прибалтики, позднее — Румынию.
Революции в России только усилили аппетиты Берлина. Брестский мир — одно из главных доказательств амбициозных экспансионистских планов Второго Рейха.
Германское руководство рассматривало бывшую империю как пространство для разделения, ослабления демографического потенциала и превращения в систему зависимых государств, связанных исключительно с Германией. Держава Скоропадского, Белоруссия, Прибалтика, Польша и Причерноморье должны были стать «залогом» для полного закрепления германского господства в Восточной Европе.
Германия вступила в Первую мировую не ради обороны и не ради компромиссного мира. Её целью был масштабный передел Европы и мира — создание континентальной и колониальной сверхдержавы с «новым порядком», основанным на подчинении народов и экономической эксплуатации завоёванных территорий.
В этом смысле Второй Рейх мало отличался от Третьего. Да, был менее отбитым в практике уничтожения коренного населения, но долгосрочные планы весьма напоминали уже гитлеровский «дранг нах остен».
В связи с этим не стоит полагать, что Версальский мир был каким-то несправедливым. Де-факто он оказался слишком мягким, не в пример того же Бреста.
И в результате все эти идеи получили в Германии 1920-х-1930-х годов «дополнительное развитие».
PS: вообще всё это спокойно описывали и в советское время. Рекомендую — профессор Филипп Иванович Нотович (бывший командир РККА, участник Гражданской войны). Захватническая политика германского империализма на Востоке в 1914—1918 гг. М., 1947.
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!