Valentino, коллекция couture весна-лето 2026

Максималист от мира моды и сценарист сложносочиненных сюжетов (спасибо маме за это), Алессандро Микеле закончил работу над кутюрной коллекцией Specula Mundi за пару дней до того, как последний Император итальянской моды Валентино Гаравани ушел из жизни. В своем фирменном послании Микеле написал, что он и команда продолжают работать «в этом пространстве не для того, чтобы заполнить пустоту, а чтобы сохранить ее».

Говоря о пространстве вообще, как месте, где могут разворачиваться самые интригующие и разноплановые события, дизайнер обратился к формату кайзерпанорамы — оптической деревянной машины круглой конструкции с маленькими окулярными отверстиями по периметру. В конце XIX века зрители собирались вокруг нее, чтобы отправляться в дальние странствия и скрупулезно изучать этот мир. По сути, каждый пребывал с собой наедине, вместе с тем этот ритуал был публичным. Но, что особенно интересно, объясняет Микеле, «в этом театре эфемерных явлений, согласно воспоминаниям Вальтера Беньямина, практиковалось дисциплинированное, терпеливое, гипнотическое видение, прокладывающее путь для кинематографа, сохраняя при этом нечто более архаичное: созерцание, дистанцию, замирание. Изображение не подавляет зрителя, пока еще нет, оно его обучает. Оно учит оставаться неподвижным, фокусировать взгляд и занимать позицию, основанную на внимании».

Как все это связано с самой коллекцией, спросите вы. Алессандро уверен, высокая моды сегодня может и хочет предложить другой путь взаимодействия, направленный на замедление, близость и концентрацию. И, следовательно, такой способ ее «потребления» как кайзерпанорама, — то, что Микеле прописал.

Его кутюрная коллекция — это мифологическое хранилище и фабрика икон, «живой архив фигур и жестов, постоянно участвующих в становлении истории». Его кутюрная коллекция — это узнаваемые и понятные обители Голливуда. Его кутюрная коллекция, демонстрируемая с помощью кайзерпанорамы, — это попытка превратить одежду во что-то священное. Эта коллекция — трибьют красоте, воображению и, конечно, наследию Валентино Гаравани.

Держа в голове все составляющие, Микеле выводил на подиум (а точнее, в каждую из кайзерпанорам) «актрис» в красных драпированных платьях, утопающих в цветочной вышивке; актрис в платьях, щедро расшитых золотыми и серебряными пайетками, и минималистичных, которым, кроме украшений, «сковывающих» шею и запястья, больше ничего не нужно. Он позаботился о том, чтобы в гардеробе не было недостатка в перьях и вариациях на тему оперных перчаток, а еще всегда находилось место лаконичным приталенным жакетам в паре с юбкой-карандашом. Микеле вывел на подиум «богинь», облачая их в драгметаллы с ног до головы и не забывая о диадемах в виде нимба. Ключевой для дизайнера принцип «больше — лучше» здесь работал безотказно, о чем сигнализируют ушанки в бисере и мантии, имитирующие чешую золотой рыбки.

Кинодивы и небожительницы Valentino под чутким руководством Микеле заслуживают отдельного и сфокусированного только на них внимания. И, будем честными, в полной мере получают его.