Помните старый фильм «Мимино»? Тот момент, когда Валико пытается позвонить в Телави, а попадает в Тель-Авив? Мы часто думаем, что языковой барьер — это проблема словарей. Ерунда. Я убежден, что мы и на одном языке друг друга не слышим.
Это как жена говорит мужу «купи хлеба», а он слышит «ты испортил мне молодость». Виктор Зуев эту проблему решил радикально. Он перестал разговаривать. По крайней мере, в своих работах.
Маршрут без навигатора
Судьба у него сделала кульбит, который никакой логикой не объяснишь. Родился человек в 1954-м в глубинке, где тишина звенит в ушах, выучился на педагога-художника, а потом взял и рванул в Запорожье.
Представьте этот контраст. Сменить патриархальный покой на город, где небо подпирают заводские трубы, а воздух можно резать ножом. Зачем поехал? История умалчивает. Но именно в этом индустриальном котле Зуев сварил свой стиль.
И вот что интересно: диплом он получил в 76-м, а первую картинку напечатал только в 80-м. Четыре года тишины. Знаете, что делают обычные новички? Они бомбят редакции всем, что попало под руку. Зуев выжидал. Копил злость? Наблюдал? Точил перо? Неизвестно. Но когда он наконец вышел к зрителю, это был уже не дебютант, а мастер с поставленным ударом.
Черным по белому
Я люблю смотреть, как работают старые мастера. Никаких тебе «Ctrl+Z». Зуев берет тушь, бумагу и проводит линию. Дрогнула рука — лист в корзину. Это честный бой. Тут нельзя спрятать отсутствие мысли за красивым градиентом или фотошопным фильтром.
Его графика работает как скальпель. Лишнее отсекается, остается голая суть. Именно за эту лаконичность его и полюбили жюри международных конкурсов.
Трудности перевода (байка из жизни)
Почему я так ценю его «немой» стиль? Был у меня приятель, Серега. Поехал он как-то в Китай по бизнесу. Языка не знает, переводчик заболел. Захотел Серега в ресторане курицу заказать. Стал изображать: крыльями машет, кудахчет. Официант кивает, улыбается, приносит... яичницу. Логика-то железная: курица была? Была. Просто в ранней стадии развития.
У Зуева таких проколов не бывает. Он создает визуальные коды, которые понятны любому.
Мировая коммуналка
Посмотрите на его послужной список: Сеул, Стамбул, Бельгия, Загреб. Больше 130 выставок. Казалось бы, что общего у корейского клерка и турецкого базарного торговца?
Зуев доказал: общее у нас — наши слабости. Глупость не имеет национальности. Бюрократ, который требует справку на справку, выглядит одинаково и в Запорожье, и в Брюсселе. Ревнивый муж везде одинаково смешон.
Художник нашел тот самый универсальный эсперанто. Он рисует ситуации, где переводчик не нужен. Жюри в Хорватии смотрит на рисунок и видит своих соседей. Судьи в Анкаре узнают своих политиков. Это высший пилотаж — заставить смеяться людей, которые живут в совершенно разных культурных кодах.
Смех без злобы
За сорок с лишним лет Зуев нарисовал тысячи сюжетов. И знаете, что я заметил? В них нет желчи. Он иронизирует, поддевает, иногда ставит героев в пикантные положения, но не унижает.
В его работах, даже в самых острых, чувствуется спокойная мудрость человека, который еще в 1988 году открывал свою первую персоналку в музее и уже тогда всё про нас понял. Мы смешные. Мы нелепые. Мы пытаемся казаться важными, но поскальзываемся на банановой кожуре бытия.
Зачем нам это?
Чтобы выдохнуть. Чтобы посмотреть на свои проблемы со стороны и понять: всё это уже было, всё это переживаемо, и всё это — повод для улыбки, а не для инфаркта.
Подписывайтесь на канал «Рисовалки Андрея», если любите умный юмор и тех, кто умеет говорить молча.