Моя дочь Маша написала мне в субботу: «Мам, скинь на карту, я в зашкваре полном, краш инвайтнул в кино».
Я перечитала три раза. Потом ещё раз. Потом показала мужу.
— Серёж, это русский язык?
— Не моё дело, — философски отозвался Серёжа и ушёл в гараж.
Ну да. Конечно. Когда надо разобраться в чём-то важном — сразу «не моё дело». Когда надо решить, какой телевизор купить — три часа в интернете. Но я отвлеклась.
Так, сообщение. Разберём по частям, как археологи разбирают древние свитки.
«Зашквар» — судя по интонации, что-то плохое. Гуглю. Так, позор, неловкая ситуация. Логично. Дочь в беде.
«Краш» — авария? Она попала в аварию?! Меня аж в жар бросило. Нет, стоп. Она просит денег на кино. В аварии в кино не ходят. Гуглю дальше. Ага, «краш» — объект романтического увлечения. Мальчик, короче. Мальчик позвал мою дочь в кино. Так.
«Инвайтнул» — пригласил? Наверное. Звучит как приглашение.
Десять минут я потратила на расшифровку одного предложения. Десять минут. Я, между прочим, два языка знаю. Английский и немецкий. Но с подростковым русским не справляюсь.
Собрала волю в кулак и решила ответить на её языке. Чтобы показать: мама современная, мама понимает.
Написала: «Окей, скину! Я тоже в зашкваре полном — папа опять краш!»
Хотела сказать: папа опять меня расстроил. Разбил мою любимую кружку.
Отправила. Горжусь собой.
Тишина.
Потом три точки. Маша печатает. Долго печатает. Очень долго.
И вот оно:
«МАМА»
«МАМА ТЫ ЧТО»
«ТЫ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛА ЧТО ПАПА — ТВОЙ КРАШ»
«ЭТО ЖЕ МОЙ ОТЕЦ»
«МНЕ ТЕПЕРЬ К ПСИХОЛОГУ???»
Я похолодела. Перечитала своё сообщение. Полезла смотреть, что там гугл писал про «краша». Объект. Романтического. Увлечения.
Я только что написала дочери, что влюблена в её отца. Ну, в своего мужа. Который, по идее, и должен быть... Но не так же это звучит!
— Нет, подожди, я хотела сказать, что он меня разозлил!
«Мам, ты бы тогда написала „кринж" или „душнила"»
«А не краш»
«Краш это романтика»
«Мне нужны деньги на терапию теперь»
Я схватилась за голову. Кринж. Душнила. Ещё два слова, которых я не знаю. Сколько их вообще?
— Серёж! — крикнула я в сторону гаража. — Ты мой краш или нет?!
— Не моё дело! — донеслось в ответ.
Универсальный ответ на все вопросы мироздания, вот честно.
И тут позвонила мама. Моя мама. Машина бабушка. Зинаида Павловна, шестьдесят восемь лет, пенсионерка, вяжет носки и смотрит «Давай поженимся».
— Оленька, я тут видела твою переписку с Машей...
У нас семейный чат. Проклятый семейный чат, где все всё видят.
— Мам, я не то хотела сказать...
— Я поняла. Ты хотела сказать, что папа тебя расстроил. Но краш — это другое. Это когда сердечко ёкает. Как у меня на Боярского в восемьдесят третьем.
— Откуда ты знаешь?!
— Машенька научила. Мы с ней переписываемся. Она говорит, я быстро учусь. Я теперь рофлю в телеграме.
Я села. Вот это поворот. Моя мама рофлит в телеграме. Моя шестидесятивосьмилетняя мама, которая до прошлого года думала, что «скинуть в личку» — это вроде как физическое действие.
— Мам, а «рофлить» — это как?
— Оленька, ну это же просто. Это когда смеёшься в интернете. Rolling on floor laughing. Машенька показала.
Rolling on floor laughing. Моя мама знает английские аббревиатуры. Моя мама объясняет мне сленг.
Я положила трубку и уставилась в потолок.
Потом написала Маше: «Прости. Я не знала. Папа не мой краш. Ну, он мой краш, но не в том смысле. Ну, в том тоже, но... В общем, держи деньги».
Ответ пришёл через секунду: «Лол. Спс. Ты топ мама, но плиз не пытайся говорить на моём языке, ок?»
Я пообещала. Торжественно. С этого дня — только нормальный русский.
А вечером услышала, как Маша разговаривает с подружкой по телефону:
— Прикинь, моя мама назвала папу крашем! В семейном чате! Бабушка её спасла, она вообще в теме! А мама... ну, она старается, но это такой кринж жёсткий...
Кринж. Я теперь знаю это слово. Это когда твоя мама пытается быть современной.
Серёжа вышел из гаража, посмотрел на меня и спросил:
— Что случилось?
— Я кринж, — буркнула я.
— Это хорошо или плохо?
— Не твоё дело.
И впервые эта фраза прозвучала как мудрость.
P.S. Бабушка теперь ведёт телеграм-канал. Что-то типа «Зина рофлит» или «Зинаида в тренде» — я уже, честно, запуталась. Двадцать три подписчика, в основном её подруги из хора. Маша — главный редактор.
P.P.S. Я до сих пор не знаю, как переводится «инвайтнул». И не уверена, что хочу знать.
___
Если вам понравился этот рассказ, поставьте лайк. 🙏
___
Подписывайтесь на наш канал 👉тут, мы будем рады всем.😉