Проснулся я оттого, что голова гудит, как после трёх литров, а в груди жжёт, будто угли там натопили. Посмотрел на термометр - 38,5. Думаю, сегодня точно на работу не пойду. Позвонил на фирму, буркнул секретарше: «Болею, отгул беру». Она вздохнула: «Выздоравливайте, Максим Петрович».
Ирина уже умотала, как всегда, ни свет ни заря. Поцеловала в щёку на прощание, сказала: «Милый, лежи, я вечером лекарства принесу и суп сварю».
Я улыбнулся, обнял её, хотя внутри что-то кольнуло. Последние месяцы она какая-то странная стала: то задерживается «на переговорах», то новая помада, то телефон прячет.
Но я отгонял мысли - двадцать лет вместе, двое детей уже взрослых, зачем накручивать себя?
Допил чай с малиной, решил полежать. Потом в ноутбуке посидеть. А он с телефонами нашими синхронизирован и моим и жены.
Только взял ноут, экран мигнул. Мигнул календарь телефона жены: сегодня, 14:00, «Встреча с Д., отель «Звёздный», 312 номер.» И сердечко рядом с датой. Сердце ухнуло в пятки. Д. - кто это? это Дмитрий или Денис? Какие еще имена на Д есть? Я только Дмитрия знаю, её одноклассника из школы, с которым она в сети фотками лайкается? « А может все-таки Работа, деловая встреча?», — успокаиваю себя.
Но руки сами набрали номер такси.
Температура прёт, пот градом, а я думаю: надо проверить.
Приехал в отель через полчаса. Холл нарядный, ковры толстые, народ в костюмах шарится. Я стою в своей старой куртке, кашляю, как тубер.-кул.-ёзник.
Спрашиваю на ресепшене: «312-й номер где?» Девчонка моргнула: «Лифт налево, третий этаж». Поднялся, ноги ватные, сердце колотится. Подхожу к двери 312, прислушиваюсь - ничего не слышно. Стучу сильно, три раза.
— Еда? — кричит мужской голос из-за двери. — Заходите!
Замок щёлкнул, дверь приоткрылась. И там - они. Ирина в одной рубашке, расстёгнутой наполовину, волосы растрёпанные. Дмитрий в тр.-у-сах, с бокалом в руке. На столе бутылка шампанского, клубника, постель смятая. Они замерли, как статуи.
— Макс?! — Ирина ахнула, пытаясь запахнуть рубашку.
— Ты... муж? — Дмитрий отшатнулся, бокал чуть не выронил.
Я ввалился внутрь, дверь за собой хлопнул. Ярость ударила в голову, кашель разорвал горло:
— Да, муж! Двадцать лет муж! А вы тут, любовнички, шампанское хлещете? «Встреча с Д.» - это так измену зовут, Ирка?
Она бросилась ко мне, глаза полные слёз:
— Макс, родной, это не то, что ты думаешь! Мы просто... поговорили, выпили! Дима, скажи ему!
Дмитрий схватил брюки с пола:
— Братан, успокойся. Иди домой, болен же ты. У тебя галлюцинации. Никто никого не трогал.
— Не трогал? — ору я, тычу пальцем в постель, в её белье на стуле. — Я слепой, что ли? Сердечко в календаре - это «просто поговорили»? В номере, полуголые? Убирайся, пока я тебя не прибил!
Он оделся кое-как, схватил куртку:
— Ира, звони потом. Когда этот твой цирк закончится.
Дверь хлопнула. Ирина села на кровать:
— Прости, Макс! Глупость, ошибка! Люблю тебя, детей, дом! Поехали домой, обсудим!
Я плюнул на пол:
— Домой? Всё, Ирка. Развод. Катись к своему Диме.
Вылетел из номера, еле дошёл до лифта. Такси увезло домой. Лёг в кровать, а сил встать нет. Горло дерёт, голова раскалывается, кашель рвёт на части. Температура подскочила, весь в поту.
Чуть позже жена пришла домой, влетела с пакетами из аптеки, с курицей для бульона.
— Макс, милый, прости меня! — умоляет она. —Давай забудем.
— Вали отсюда. Не трогай меня, — бормочу я.
Но она не уходит. Кормит с ложки, компрессы ставит, температуру меряет. Целые сутки так - моет, меняет постельное бельё, даже соседку позвала, чтоб укол сделала. Я злюсь, ору: «Не нужна твоя жалость!», но сил нет сопротивляться. Температура под 40 подскочила. Она рядом: «Я не уйду, Макс.».
На третий день мне полегчало чуть.
— Ну что, Макс, про развод передумал?
— Спасибо, конечно, что ухаживала за мной, но ты выполнила так сказать свой долг жены, напоследок. Развод не отменяется.
— Ну что ж, я пыталась сохранить семью. Что детям скажем, когда приедут в гости?
— Взрослые они уже, но если хочешь скажем что устали друг от друга.
— Спасибо тебе, Макс.
Жена пошла и собрала сумку с вещами.
— Куда пойдешь? — спрашиваю ее.
— К Диме. Я не хотела от тебя уходить, ты меня как муж полностью устраиваешь. Но раз так все сложилось... пойду к нему. Он давно меня зовёт жить вместе. Так что я не пропаду!
Дверь за ней захлопнулась.
Я остался один, с пустой квартирой и жаром в груди похуже любой простуды. Лежу, думаю: двадцать лет - и вот оно. Выздоравливай, Максим, сам теперь.