Ссылка на вторую часть 👆
Сталкеры, все еще тяжело дыша после стычки с турелями, переглянулись в полумраке зала. Свет в бункере мерцал, как будто сам комплекс дышал, оживая после долгого сна. Кремень, потирая ушибленное плечо, где пуля лишь слегка чиркнула по коже, кивнул своим парням.
– Ладно, парни, не расслабляемся, – прохрипел он, голос его эхом отразился от бетонных стен, покрытых паутиной трещин и слоем серой плесени, что воняла, как гнилые грибы в сыром подвале.
– Эта халабуда – сплошной капкан, а мы тут как мухи в паутине. Хмырь, ты с Шатуном проверьте правый коридор, Пыж – со мной слева. Ищите выходы, хабар, что угодно, но шаг от шага не отходите. Зона любит шутить, а тут она явно в ударе.
Они двинулись дальше по лабиринту туннелей, где воздух был густым, как сироп, пропитанным запахом ржавчины и химикатов. Пол под ногами хлюпал – вода просачивалась сквозь швы, образуя лужицы, в которых отражались лучи их фонарей. Стены, когда-то гладкие и стерильные, теперь обросли странными наростами: то ли грибами, то ли мутировавшей плесенью, что светилась слабым фосфоресцирующим светом, отбрасывая жуткие тени. Первую ловушку они учуяли инстинктом, тем самым сталкерским чутьем, что спасает шкуры в Зоне чаще, чем любой детектор. Пыж, шедший впереди с Кременем, наступил на едва заметный плиточный люк в полу коридора. Тот с тихим скрипом подался, и из щели вырвался шипящий газ – зеленоватый, едкий, как кислота, что жрет кожу за секунды.
Если Вас не затруднит, можете прямо сейчас подписаться на канал🔔.Оставляйте комментарии, для меня важно видеть обратную связь! Пальцы вверх, так же приветствуются. Спасибо всем моим людям!
– Стой, чертяка! – заорал Кремень, хватая Пыжа за шиворот и оттаскивая назад. Газ клубился, заполняя коридор, и они, кашляя, накинули противогазы. Пыж, не успев натянуть защиту, чихнул, и на его руке вспух красный волдырь – газ слегка задел кожу.
– Это нервно-паралитическая штука какая-то, старая гадость из советских запасов. Дыши медленно, пацан, и не суйся вперед! Они обошли ловушку, используя импровизированный крюк из обломка арматуры, который нашли неподалеку, чтобы подпереть люк. "Хорошо, что так, – буркнул Пыж. – А то бы мы тут корчились, как рыбы на суше". Кремень только хмыкнул: – Зона не прощает ошибок, но сегодня она, видать, в щадящем настроении. Дальше коридор вывел их в комнату, заставленную лабораторными столами, заваленными пожелтевшими пробирками, ржавыми центрифугами и стопками документов, покрытыми пылью не одного десятка лет. Противогазы можно было снимать, что они и сделали. Здесь воняло формалином и чем-то металлическим, как кровь на ржавом лезвии...
Шатун и Хмырь, тем временем, наткнулись на свою беду в параллельном проходе – натянутую проволоку, замаскированную под обрывок кабеля. Когда Хмырь шагнул, она дернулась, и с потолка обрушился град стальных шипов, выстреленных из скрытых механизмов в стенах. Шипы свистели, впиваясь в бетон и металл столов.
– Валим! – прорычал Шатун, толкая Хмыря в сторону. Один шип чиркнул по бедру громилы, оставив неглубокий порез, из которого начала сочиться кровь. Хмырь зарычал, как раненый медведь, но устоял, размахнувшись своим "Абаканом" и разнеся ближайший механизм вдребезги. – Чтоб эти яйцеголовые сдохли в аду! – сплюнул он, и принялся перевязывать рану. Шатун, бледный кивнул: – Ладно, братан, как закончишь, хромай потихоньку. Мы прорвемся, Зона не сломает нас так просто. Они воссоединились всей группой в следующем зале, где воздух был тяжелее, а эхо их шагов отдавалось, как в гробнице. Кремень, присев на корточки у стены, осматривал панель с кнопками – старую, с облупившейся краской и надписями, выцветшими от времени.
"Это, видать, их научная контора была, – пробормотал он. – Эксперименты над Зоной, мать их. А мы теперь их наследство разгребаем". Но расслабиться не дали. Продвигаясь глубже, они активировали очередную пакость – инфракрасный датчик, спрятанный в углу комнаты с рядами шкафов, набитых старыми компьютерами и магнитными лентами. Как только Пыж прошел мимо, раздался гул, и пол под ними задрожал. Из ниш в стенах выехали металлические плиты, сжимаясь, как челюсти капкана, и начали смыкаться, давя воздух и все, что попадется. – Бежим, ребята! К той гермодвери! – заорал Кремень, указывая на массивную стальную дверь в конце комнаты, покрытую слоем коррозии и предупреждающими знаками "Опасно! Радиация". Они рванули, петляя между шкафами, что трещали и ломались под натиском плит.
Продолжение следует. . .