Предыдущая история:
Петров переминался с ноги на ногу, не зная, что ему дальше делать - будить хозяина или нельзя?!
- Ну? Чаво стоишь мнёсси? - поинтересовалась у гостя Галина:
- Зачем так рано приперси? На кой тя нелёгкая принясла? По делу иль от нечем заняться?
- По делу, Галь! - сообщил женщине Петров и тут же осёкся: а ну, как попросит сейчас его Анатолиева жена рассказать об энтом деле поподробнее?!
- Воду што ль из погреба выгребать будитя? - предположила Галина и Юрка ухватился за это предположение, как за спасительную соломинку: а что ему ещё оставалось?
- Ага, Галь! Воду.
- И откудова она только взяласи там? - принялась рассуждать женщина и качать головой:
- А? Энто ж надо! Вясной не было, а чичас пришла - нате вам, пожалуйста! Канализацию, штоль хто пустил..
Петров пожал плечами:
- Я не знаю, Галь. Можа и пустили..
Галина помолчала немного, а потом разрешила:
- Ну ступай буди тады, чаво ж стоишь..
И Юрка опрометью кинулся в спальню...
***
Недовольная Татьяна Иванна вернулась на кухню. Неприятный у нее остался осадочек от того, что она увидела. От того, сколько нарядов у этой Лиды-гниды.
Села Писькаева за стол и стала дальше чай свой пить. Губы надула обиженно. А на кого обиделась - неизвестно. Молчала, молчала и придумала - решила выплеснуть немного гов желчи своей:
- А где это она у тебя столько времени шляется? Уже часа полтора, наверное, я тут у вас, а ее всё нет. Не боишься, что хвостом где-нибудь виляет с кем-нибудь? Нарядов-то не зря у нее столько. Не для тебя же она их столько накупила! Порядочной-то женщине и пары-тройки платьев хватит и пары юбок. А у этой... Даже и не знаю, что сказать. Слепой ты, что ли совсем?..
***
- Таня! - Александр Петрович сделал очень серьёзное лицо, а глаза сузились у него и взгляд стал таким холодным и острым, как ножик перочинный. Писькаева и не видела его таким никогда раньше и капельку струхнула, хоть и знала прекрасно, что бывший муж ее мухи не обидит.
- Не нужно людей судить по себе! - нажимая на каждое слово, произнес мужчина.
Татьяна Иванна хотела было возмутиться и уже даже рот открыла для этого и глаза удивленные сделала, но наткнулась на всё тот же острый пронизывающий взгляд Рябова от котрого веяло каким-то холодом, и заткнулась. Обиделась опять и губы надула. И к окну отвернулась. И заплакать хотела даже от бессилия. Еле сдерживалась, чтобы не разреветься.
- Лида уехала к дочери в Алушту. Юля вышла замуж и родила недавно. Вот она и поехала ей помочь на первых порах. Муж у Юли военный и сейчас находится в командировке. Так что крутится девчонка совсем одна...
...И Писькаева плакать перехотела сразу. Сразу улучшилось у нее настроение. Повернулась она и спрашивает, еле сдерживая радость:
- А надолго уехала?
Александр Петрович лишь плечами пожал:
- Не знаю. На недельку или на две. Как только Юля привыкнет немножко к роли матери. Это, сама знаешь, самая трудная роль и самая ответственная.
- Да уж знаю! - махнула рукой Писькаева и заулыбалась:
- Помню родила я Катьку свою, а мы у мужниных родителей сначала жили. И вот давай к нам гости ходить - и сёстры его с мужьями и детьми и братья с женами... Мама дорогая! Я чуть с ума не сошла. Мне бы отдохнуть полежать, а они в гости идут и идут, и конца и края им не видать. Ну и переругалась я тогда со всеми ними. А родня мужа меня так и не приняла. Лентяйкой посчитали и что я их обычаи не уважаю. Посчитали, что я легкомысленная. А я разве легкомысленная, а? Шунечка, ты как считаешь?
Но Александр Петрович лишь промолчал вежливо...
***
Продолжение: