Найти в Дзене

Вокзал больших ожиданий

Снаружи — сталинская неоклассика, внутри — ветер заброшенных идей...Несколько лет назад художница Мария Хардикова вместе с командой превратила руинированный вокзал в Кировске в арт-объект: на стенах появились исполины-горняки, собранные будто из камней Хибин. Атланты у входа «охраняют» парадный вход, головы-валуны «вырастают» из горы, а сам вокзал вдруг начинает говорить не про запустение, а про масштаб человеческого замысла. Он снова стал точкой притяжения — не для поездов, а для смыслов. А масштаб тут был серьезный. Вокзал строили в 1934–1939 годах как парадные ворота в Хибины — для будущей железнодорожной ветки длиной почти 300 км, которая должна была уйти вглубь гор за рудами. В здании планировались и гостиница, и ресторан. Проект железной дороги не реализовали, но здание успели сделать по всем канонам эпохи: высокие залы, колонны, витражи, гранитная облицовка, мрамор, бронзовые люстры. Архитектор Николай Матурич мыслил масштабно — и даже при скромном пассажирском потоке здание выг
Фото из тура на Кольский
Фото из тура на Кольский

Снаружи — сталинская неоклассика, внутри — ветер заброшенных идей...Несколько лет назад художница Мария Хардикова вместе с командой превратила руинированный вокзал в Кировске в арт-объект: на стенах появились исполины-горняки, собранные будто из камней Хибин. Атланты у входа «охраняют» парадный вход, головы-валуны «вырастают» из горы, а сам вокзал вдруг начинает говорить не про запустение, а про масштаб человеческого замысла. Он снова стал точкой притяжения — не для поездов, а для смыслов.

Источник: https://club-voshod.com/info/pohodnoe_info/dostoprimechatelnosti/murmansk/kirovsk_jeleznodorojnyy_vokzal/
Источник: https://club-voshod.com/info/pohodnoe_info/dostoprimechatelnosti/murmansk/kirovsk_jeleznodorojnyy_vokzal/

А масштаб тут был серьезный. Вокзал строили в 1934–1939 годах как парадные ворота в Хибины — для будущей железнодорожной ветки длиной почти 300 км, которая должна была уйти вглубь гор за рудами. В здании планировались и гостиница, и ресторан. Проект железной дороги не реализовали, но здание успели сделать по всем канонам эпохи: высокие залы, колонны, витражи, гранитная облицовка, мрамор, бронзовые люстры. Архитектор Николай Матурич мыслил масштабно — и даже при скромном пассажирском потоке здание выглядело как обещание большого будущего.

-3

Но вокзал останется «дачной станцией» для электричек большую часть своей жизни. Поездов здесь было немного, и в 1996 году пассажирское сообщение вообще закрыли, вокзал выгорел, был разграблен и постепенно превратился в заброшку. Сегодня у него нет крыши и стекол: летом внутри растёт трава, зимой — наметает сугробы. Зато остались колонны, кассовые окна, арочные проёмы и живописный фасад, который теперь украшен живописными граффити. К работам Марии постепенно присоединились местные художники.

-4

И в этом есть редкая честность: архитектура, ландшафт и современное искусство сошлись здесь в одной точке — чтобы напомнить, каким большим когда-то был замысел и как по-разному он может продолжать жить.

Спасибо, что дочитали!