Март 1906 года. Петербург сияет витринами, экипажами и мундирами — и ещё не знает, какой треск скоро пойдёт по всему этому хрусталю. Двадцатитрёхлетний сиамец по имени Най Пум сидит над листом бумаги, который перевернёт его жизнь. Это прошение о вступлении в российское подданство.
Его товарищ по учёбе и службе, принц Сиама Чакрабон, только что тайно обвенчался с русской девушкой в Константинополе. Без благословения отца-короля. Без разрешения двора. Новость ещё не дошла до Бангкока, но когда дойдёт — будет скандал. А рядом с принцем всё это время находился человек, которого назначили «присматривать». И теперь этот человек хочет остаться в России навсегда.
Вот и завязка этой истории: два пятнадцатилетних мальчишки приехали из Бангкока в Петербург за образованием. Восемь лет спустя один увозит домой «запретную» любовь, а другой решает не возвращаться вовсе. Как это вышло — и чем они заплатили за свой выбор?
Зачем королю Сиама понадобился русский царь
Чтобы понять эту историю, нужно на минуту отмотать назад — в 1890-е годы, когда Сиам (сегодняшний Таиланд) держался за независимость, как за поручень в трясущемся вагоне.
Вокруг — колониальный пресс. Франция уже откусила территории к востоку от Меконга. Британия давит с запада, из Бирмы. В 1893 году французские канонерки вошли в устье реки Чаопрайя и навели орудия на королевский дворец — Сиам был вынужден подписать унизительный договор. Вопрос стоял просто: сколько ещё продержится эта страна, зажатая между двумя хищниками?
Король Чулалонгкорн (Рама V) искал выход. Нужен был сильный союзник, у которого нет колониальных аппетитов в Юго-Восточной Азии. И такой союзник нашёлся — Россия.
В 1891 году цесаревич Николай (будущий Николай II) во время кругосветного путешествия заехал в Бангкок. Чулалонгкорн принял его с невиданной пышностью — и между ними завязалась личная дружба. Шесть лет спустя, в 1897 году, сиамский король сам отправился в Европу и провёл в Петербурге одиннадцать дней. Николай II, уже император, принимал его как родного.
Именно тогда возникла идея: а что если отправить одного из сыновей учиться в Россию? Под личное покровительство царя?
Выбор пал на Чакрабона — любимого сына короля и королевы Саовабхи. Ему было четырнадцать лет. И вместе с ним должен был поехать компаньон.
Принц и «белый слон»: два мальчика на Неве
Най Пум родился 23 января 1883 года в семье торговца. По меркам сиамского двора — никто. Но мальчик выделялся с детства: легко учился, схватывал языки, умел держаться. Когда отбирали спутника для принца, Най Пум оказался лучшим из кандидатов.
В тайской традиции есть образ «белого слона» — существа редкого и ценного. Так, по некоторым источникам, называли Най Пума чиновники, курировавшие отбор. Я честно помечу: документального подтверждения этой характеристики в открытых архивах я не нашёл, но сама логика понятна. Мальчика из простой семьи не отправили бы с принцем просто так — он должен был быть исключительным.
Летом 1898 года (обычно указывают июнь) они прибыли в Россию. И тут начались декорации, от которых у любого подростка закружилась бы голова.
Николай II лично распорядился: принц будет жить в Зимнем дворце. Царь берёт на себя все расходы на образование. Оба мальчика зачислены в Пажеский корпус — самое престижное военно-учебное заведение империи, куда принимали только детей высшей знати первых трёх классов по Табели о рангах.
Принц Чакрабон стал первым азиатом в истории Пажеского корпуса. Это не метафора — буквально первым.
Пажеский корпус: что это было на самом деле
Снаружи — привилегия и блеск. Внутри — машина, которая делала из подростков идеальных «людей формы».
Пажеский корпус готовил офицеров для гвардии и чиновников для высших государственных постов. Программа была изнурительной: военные науки, математика, языки, право, танцы, верховая езда, фехтование. Дисциплина — жёсткая. Распорядок — до минуты.
Но главное — воспитанники корпуса считались причисленными к императорскому двору. Лучшие из лучших получали звание камер-пажей и несли службу при императрице и великих княгинях: стояли часами на приёмах, подхватывали шлейфы платьев, носили накидки, терпели неудобные мундиры.
Это была не награда. Это была проверка на выносливость.
Принцу Чакрабону пришлось тяжело — он приехал, не зная русского языка, и должен был догонять сверстников, которые учились уже пять лет. Ему выделили отдельных репетиторов. Он протестовал, когда его заставляли участвовать в охоте — буддистские ценности не позволяли убивать животных ради развлечения. Но он справился.
В 1902 году, на выпускных экзаменах, принц Чакрабон занял первое место. Най Пум — второе. Их имена выбили на мраморной доске в стенах корпуса.
Оба были приняты в лейб-гвардии Гусарский полк Его Величества — элитную кавалерийскую часть, которая вела историю ещё с наполеоновских войн. Для иностранцев это была невиданная честь.
Салоны Петербурга и рыжеволосая девушка
После корпуса началась другая жизнь — гвардейская. Это означало: лошади, мундиры, рестораны «из списка», балы, светские обязательства. Офицер гвардии не мог жить скромно — это было бы позором для полка.
Принц и его компаньон вошли в петербургский свет. Они бывали в салонах, на приёмах, на театральных премьерах. По одной из версий, именно Най Пум первым попал в салон Елизаветы Храповицкой — вдовы военного, которая собирала у себя молодых офицеров и интеллигенцию. А потом привёл туда принца.
Там, в этом салоне, Чакрабон встретил Екатерину Десницкую.
Ей было восемнадцать. Рыжеволосая, с белой кожей — по меркам Сиама почти неземное существо. Екатерина Десницкая родилась в Луцке (Волынь). После смерти отца семья жила в Киеве. Оттуда она и приехала в Петербург к брату-студенту и поступила на курсы сестёр милосердия при госпитале императрицы Марии Фёдоровны.
Принц влюбился. Но девушка собиралась на войну.
Война, которая всё изменила
Шёл 1904 год. Началась русско-японская война. Екатерина, только окончив курсы, записалась в санитарный отряд и уехала на Дальний Восток.
Принц был против. Он умолял её остаться. Но Екатерина была из тех, кто принимает решения сам.
Она провела на фронте больше года. Работала в полевых госпиталях, под обстрелами, в условиях, которые сегодня сложно представить. И вернулась с тремя наградами.
Вот здесь я остановлюсь, потому что эта деталь важная и её стоит отметить.
Согласно русскоязычной Википедии и ряду других источников, Екатерина Десницкая получила Знак отличия ордена Святого Георгия — так называемый «солдатский Георгий». За всю русско-японскую войну этой награды удостоились только четыре женщины. Также она получила медали на владимирской и аннинской лентах.
Это не легенда. Это задокументированный факт.
Девятнадцатилетняя сирота из Киева вернулась с войны героиней. И принц, который ждал её в Петербурге, сделал предложение.
Почему они венчались тайно — и не в России
Теперь начинается самое сложное.
Чакрабон понимал: его семья никогда не одобрит этот брак. Екатерина — не принцесса. Не буддистка. Не азиатка. Для сиамского двора она была никем — хуже, чем никем. Она была иностранкой, которая могла «испортить кровь» династии.
Просить разрешения — значило получить отказ. Поэтому принц решил действовать по-другому.
В начале 1906 года он попрощался с Николаем II, ничего не объяснив. Сказал, что возвращается в Сиам — учёба окончена, пора домой. Царь отпустил его с подарками и добрыми пожеланиями.
А дальше — почти шпионский сюжет.
Вместо того чтобы ехать в Бангкок, Чакрабон и Екатерина отправились в Константинополь. Там, 14 августа 1906 года, в греческой православной церкви Святой Троицы, они обвенчались.
Для этого принц-буддист принял православие. Насколько глубоким было это обращение — вопрос открытый. Но Екатерина настаивала на церковном браке, и принц пошёл ей навстречу.
Почему Константинополь? Версия простая: достаточно далеко, чтобы новость не дошла до Бангкока раньше времени. Достаточно православно, чтобы брак был законным в глазах Екатерины.
Но принц боялся. Он боялся, что его друг, османский султан Абдул-Хамид II, узнает и проболтается. Он боялся, что информация просочится в европейские газеты. Он знал, что делает то, за что отец никогда его не простит.
Сингапур: невеста в изгнании
После венчания молодожёны двинулись на восток — через Египет, Порт-Саид, дальше морем. Но в Сиам Екатерина не поехала.
Принц оставил её в Сингапуре. «Для конспирации», как сказано в семейных источниках. Он хотел сначала вернуться один, подготовить почву, как-то смягчить удар.
Три недели Чакрабон жил в Бангкоке, делая вид, что ничего не случилось. Поселился во дворце Парусакаван, получил должность начальника Военной академии. А потом до короля дошли слухи: в Сингапуре живёт некая «мадам Питсанулок».
На одном из приёмов Чулалонгкорн спросил сына напрямую: «Ты женился на русской?»
Принц ответил: «Да».
Скандал был грандиозным.
Клетка с золотыми прутьями
Король был в ярости. Королева Саовабха — оскорблена до глубины души. Но что сделано, то сделано. За Екатериной послали, и она приехала в Бангкок.
То, что началось дальше, сложно назвать семейной жизнью.
Екатерину не принимали при дворе. Её не приглашали на официальные мероприятия. Когда принц ездил с дипломатическими миссиями — она оставалась дома. Даже когда в 1911 году Чакрабон приехал в Россию с официальным визитом, Николай II дал приём в его честь — но Екатерину не позвали.
Она жила во дворце мужа, но это была жизнь в изоляции.
Что делала Екатерина? Она адаптировалась. Выучила тайский язык — по свидетельствам, через два года говорила свободно. Носила местную одежду. Вела хозяйство. Занималась садом. Пыталась выстроить мосты с семьёй мужа.
В одном из писем брату она написала: «Всё обернулось лучше, чем я ожидала. Конечно, наш брак не мог обойтись без скандала — это был возмутительный поступок со стороны Лека (так она называла мужа), учитывая, что он сиамец, буддист и сын короля».
Это письмо сохранилось в семейном архиве и опубликовано в книге внучки принца.
Внук, который всё изменил
28 марта 1908 года Екатерина родила сына. Его назвали Чула — «маленький Чакрабон».
Это был первый внук королевы Саовабхи. И это изменило всё.
Королева, которая до сих пор отказывалась признавать невестку, растаяла. Она захотела видеть внука каждый день. Потом забрала его к себе — мальчик спал в её покоях, а мать видела сына только дважды в неделю.
Для Екатерины это было тяжело. Но это была цена принятия.
Сам король Чулалонгкорн впервые увидел внука, когда тому исполнилось два года. По свидетельствам, он сказал: «Я его сразу полюбил. В конце концов, он моя плоть и кровь — и внешне совсем не похож на европейца».
Через несколько месяцев после этой встречи король умер.
На трон взошёл старший брат Чакрабона — Ваджиравуд (Рама VI). И новый король официально признал брак. Екатерина получила титул герцогини Питсанулок — по названию провинции, которой управлял её муж.
Казалось, что худшее позади.
Параллельная история: человек, который остался
А теперь вернёмся к Най Пуму — тому самому компаньону, с которого началась эта история.
В 1906 году, пока принц готовился к тайному венчанию, Най Пум подал прошение о российском подданстве. Он не хотел возвращаться в Сиам.
Почему?
Официальная причина, которую он указал: он приехал в Россию подростком, получил здесь образование, служит в гвардии императора. Россия стала его «истинной родиной».
Но была и другая причина — об этом говорят несколько источников. Най Пум влюбился. В Елизавету Храповицкую — хозяйку того самого салона, где принц встретил Екатерину.
Елизавета была старше. Она была замужем (или вдова — источники расходятся). Это была не та любовь, которую можно было оформить «просто и официально». Но это была любовь, ради которой человек отказался от родины.
К концу 1906 года Най Пум принял православие с именем Николай (в честь императора, который стал его крёстным) и стал Николаем Николаевичем Пумским.
Сиамская сторона была в ярости. Мальчика отправили «присматривать» за принцем — а он «не уследил» и сам остался в России. По некоторым данным, сиамское посольство пыталось удержать его, предлагая должность. Но Пумский отказался.
Две войны и одна революция
Дальше судьбы разошлись — географически, но не драматургически.
Николай Пумский служил в русской армии. Когда началась Первая мировая, он воевал, командовал подразделением, получал награды. К 1917 году дослужился до полковника.
Принц Чакрабон в это время был начальником Генерального штаба сиамской армии. Он модернизировал вооружённые силы по русскому образцу, основал авиационный корпус — сегодня его называют «отцом Королевских ВВС Таиланда». В 1917 году Сиам вступил в войну на стороне Антанты, и Чакрабон отправил экспедиционный корпус в Европу.
А потом грянула революция.
Екатерина с ужасом следила за новостями из России. Её брат Иван бежал — сначала в Харбин, потом в Шанхай. Мир, в котором она выросла, рушился.
И в этот момент рухнул её собственный мир.
Племянница, которая стала последней каплей
В 1918 году здоровье Екатерины ухудшилось — климат Сиама был для неё тяжёл. Врачи рекомендовали путешествие. Она уехала в Китай и Японию.
Пока её не было, в доме принца появилась частая гостья — его племянница, принцесса Чавалит. Ей было пятнадцать. Официально она приходила «развлекать маленького Чулу».
Когда Екатерина вернулась, она обнаружила, что муж не просто увлёкся племянницей — он считал это нормальным. Полигамия была частью сиамской традиции. Король мог иметь множество жён. Принц рангом ниже — тоже.
Чакрабон предложил Екатерине «позаботиться о Чавалит». Принять её как младшую жену.
Для русской женщины — даже той, которая двенадцать лет адаптировалась к чужой культуре — это было неприемлемо.
Екатерина потребовала развода.
Принц умолял её остаться. Но она не изменила решения. В 1919 году брак был расторгнут. Екатерина уехала в Шанхай, где жил её брат.
Финал, которого никто не ждал
Через год после развода принц Чакрабон отправился в путешествие в Сингапур — с сыном Чулой и с Чавалит, которая так и не стала официальной женой (король не дал разрешения на брак с племянницей).
Во время плавания принц заболел. Чавалит, по свидетельствам, не придала этому значения — настаивала, что морской воздух пойдёт ему на пользу.
В Сингапуре состояние резко ухудшилось. Врачи диагностировали пневмонию — возможно, осложнённую «испанкой», которая тогда косила людей по всему миру.
13 июня 1920 года принц Чакрабон умер. Ему было тридцать семь лет.
Екатерина приехала на похороны. По свидетельствам, она винила Чавалит в смерти мужа — хотя это, конечно, было несправедливо.
Двенадцатилетний Чула остался сиротой при живой матери. Он любил отца и долго не мог простить мать за то, что она «бросила» их — хотя позже они примирились.
Что было потом
Екатерина Десницкая больше не вернулась в Сиам. Она жила в Шанхае, помогала русским беженцам. Потом вышла замуж за американского инженера Гарри Клинтона Стоуна. Переехала в Париж, где и умерла в 1960 году — через пятьдесят четыре года после того тайного венчания в Константинополе.
Николай Пумский после революции эмигрировал вместе с Елизаветой. Жили трудно — бывший полковник русской армии не имел в эмиграции ни статуса, ни денег. Елизавета умерла в 1935 году. После её смерти Пумский, по некоторым данным, работал секретарём у... Екатерины Десницкой.
Круг замкнулся странно и почти литературно.
Николай Пумский умер 21 ноября 1947 года в Англии — рядом с окружением принца Чулы, сына своего давнего друга и подопечного.
Сын двух миров
Принц Чула Чакрабон вырос между культурами. Бабушка-королева воспитывала его в Бангкоке. Потом его отправили учиться в Англию — в Харроу, как многих отпрысков британской и европейской знати.
Дважды он был близок к тому, чтобы стать королём Таиланда. Дважды его отводили — формально или неформально — из-за «иностранной крови» матери.
Но он нашёл другой путь.
В Англии Чула создал гоночную команду White Mouse Racing — название происходило от его детского прозвища «мышонок». Его кузен, принц Бира, стал одним из лучших автогонщиков своего времени, участвовал в Формуле-1. Сам Чула управлял командой, финансировал её, писал книги о гонках.
Он написал тринадцать книг — включая историю династии Чакри, которую до сих пор цитируют историки. Женился на англичанке Элизабет Хантер. Их дочь Нариса родилась в 1956 году.
Именно Нариса Чакрабон написала книгу «Катя и принц Сиама» — на основе семейного архива, писем и дневников бабушки и дедушки. Благодаря ей мы знаем эту историю в деталях.
Принц Чула умер от рака в 1963 году, в возрасте пятидесяти пяти лет, в Корнуолле. Далеко от Сиама, который так и не стал для него до конца своим.
Что осталось от этой истории
Два человека — принц и его компаньон — сделали похожий выбор. Оба предпочли любовь «правильной» жизни. Оба заплатили.
Принц Чакрабон получил двенадцать лет счастья, потом потерял жену, а через год умер в тридцать семь. Он мог стать королём — но его сын так и не взошёл на трон.
Николай Пумский потерял родину, но прожил долгую жизнь рядом с теми, кого любил. Он умер в чужой стране, но не в одиночестве.
Екатерина Десницкая была героиней войны, принцессой, эмигранткой — и закончила жизнь в Париже, пережив почти всех участников этой истории.
А теперь вопрос, который я хочу оставить вам.
Кто рискнул больше — тот, кто выбрал любовь, имея корону, или тот, кто выбрал любовь, не имея ничего, кроме таланта? И кто из них, в конечном счёте, выиграл?
Если я где-то ошибся — поправляйте, только с источником. Так интереснее.