Постепенно обида угасла, но алкоголь прочно закрепился в жизни. Я вернулся к маме, где возлег на диван с бутылкой - с работы меня вскоре поперли. От переживаний у бабушки обострились все её болячки, и вскоре она умерла. Я к тому времени был настолько индеферентен к происходящему, что воспринял её кончину почти безразлично: бабушки, которая меня вырастила, любила больше жизни! Но это было так. Мой эгоизм, отягощенный алкоголем, превратил меня в бездушного монстра, которого интересовали только собственные примитивные потребности, и который, по малодушию, во всех бедах винил близких.…
Мама затосковала, и вскоре тоже отправилась вслед за бабулей...
Вот, вкратце моя история, типичная для большого количества мужиков без внутреннего стержня.
…К тому времени, как я добрался до дома бабы Тани, силы почти покинули меня. Выпить, на удивление, не хотелось, но одолела какая-то вселенская усталость, и, едва я закрыл за собой дверь в убогой заброшенной лачуге, то тут же упал на пыльную кровать и заснул тяжелым, галлюциногенным сном. Сколько спал – не знаю, но очень долго, и спал бы ещё, если бы не растолкала старушка из соседней избы:
- Ты кто? Что здесь делаешь? Я полицию вызову!
Пришлось вставать, объяснять: кто я, откуда, какое отношение имею к сим хоромам.
- Пьющий? Можешь не отвечать – и сама вижу. На черта ты мне здесь сдался – избу подпалишь и меня спалишь! – сурово сказала бабуля.
- Пьющий.– Сознался я, - Но не курящий. И с сегодняшнего – завязавший! Чес-слово! Бабуль, у тебя пожрать нет ничего?
- У нас тут полдеревни пьющих, попрутся к тебе с самогонкой, и все твои благие намерения быстро пропадут… - ворчала старуха, - пожрать-то я тебе сейчас принесу – чай мы не звери, но сразу говорю: замечу, что алкашня местная к тебе шастает, или сам втихую пьешь – мигом тебя отсюда выселю! У нас участковый с такими как ты, не церемониться. Бабка ушла, но вскоре вернулась с чугунком пшенной каши и чайником с заваркой.
- Ешь. Травы тебе заварила, чтобы ты отоспался, и подольше, а то как бы «белочка»* тебя не посетила – мало тогда не покажется. Пей! Она ткнула мне чайником прямо в рот, и я судорожно начал заглатывать какую-ту странную теплую жидкость.
- Чайник прямо у кровати поставлю. Пей! – жалостливо сказала она, - ох и дураки мужики! Облик человеческий теряют из-за зелья этого проклятого!
…Ночью я будто спал, а будто и нет. Виделись всякие кошмары, ноги сводило судорогой, и пот лил градом, хотя не покидало ощущение озноба. Под утро я все-таки заснул, и опять не знаю – сколько проспал: чайник я выпил, потом появился новый, и я снова пил из него…
…В какой-то момент я все-таки пришел в себя и вышел во двор. Солнце только-только показалось из-за горизонта и молодая зелень (был ранний май) мелко трепетала под напором утреннего ветерка, свежего и бодрящего. Я пошел за дом, где густели заросли одичавшего сада, шедшего под уклон. Внизу поблескивало то ли озерцо, то ли речка. Спотыкаясь о бурелом, пробрался к воде. Это была небольшая речушка. Было прохладно, но мне до одури захотелось искупаться.
Я разделся и плюхнулся в воду – холодную, чуть не ледяную. Ощущение было мощное, и я вдруг заорал, из меня будто вырвался, выпрыгнул глубоко запрятанный звук. Вместе с голосом – верьте или не верьте, мне показалось, что вывалилась какая-то черная субстанция, и грязной косынкой поплыла по течению, затем словно отяжелела и утонула. Мой ангел – хранитель все ещё не бросил меня, помогал.
Одежда была грязной, одевать после процедуры очищения – так я её воспринял - было противно, но другой у меня не было, и пришлось влезать в грязное. Пошёл в соседний дом к бабке и попросил её истопить баню и постирать одежду – не бесплатно, конечно. Она внимательно посмотрела на меня, дала какое-то стародавнее рубище, забрала мои отрепья и ушла, не сказав ни слова.
Я сел на старенький диванчик и осмотрелся. В избе царила безупречная чистота – идеальный портрет деревенского быта. Вышитые думочки, накидки, портреты близких в металлических рамках, герань на подоконнике, иконы. Правда, в углу стоял современный телевизор, но это был единственный экспонат современного мира. Я взял пульт и включил его, да так с пультом в руках и заснул. Что-то меня в последнее время все в сон тянет…
Напарился, бабка накормила меня щами из русской печки – вкуснотища! За столом, разглядывая меня и подоткнув руками лицо, спросила:
- И что дальше делать-то собираешься? Если даже пить бросишь, то жить-то надо по-человечески.
- Слушай, - неожиданно для себя спросил я, - а дом мой подправить можно – как думаешь? И плотников, нет ли в селе нормальных, непьющих – за себя боюсь, не сорваться бы. Хотя пока не тянет совсем.
- Да как же нет – есть! Ты что думаешь, мы из города мастеров выписываем, когда надо? – ухмыльнулась старуха, - да вот, брат у меня двоюродный, Павел, мастер отличный, он сейчас как-раз без работы мается. Бабка деловито надела очки и вытащила из кармана кнопочный мобильный (ещё одно новоприобретение, хотя и устаревшее). Я был ошеломлен такой быстрой реакцией старухи, но та, поговорив по телефону, поставила меня перед фактом и сказала, что сейчас Павел подойдет.
Продолжение следует.
• «белочка» - Алкого́льный дели́рий, бе́лая горя́чка алкого́льная, состояние отмены алкоголя с делирием, . Delirium tremens (буквально — «трясущееся помрачение»)
Автор Ирина Сычева.