Марина, заваривая вечерний чай, увидела на экране имя «свекровь Лидия Петровна» и почувствовала, как внутри всё сжалось. Антон, её муж, в это время разбирал документы.
— Алло, Лидия Петровна, добрый вечер, — голос Марины прозвучал ровно и вежливо.
— Мариночка, дорогая! Я просто не могу не поделиться такой радостью! — голос свекрови звенел, как хрустальный колокольчик. — Наденька наша решилась! Подала документы на смену фамилии! Будет теперь Надежда Антоновна Светлова. Какая красивая, благозвучная фамилия, прямо песня! Я всегда говорила, что Светлов — это намного лучше, чем какая-то Крутогорская. Неблагозвучно.
Марина прислонилась к холодной столешнице. Светлова? Её фамилия, которую Антон взял, женившись на ней пять лет назад.
Жест романтичный, почти рыцарский. И теперь её будет носить его двадцатидвухлетняя дочь от первого брака.
— С какого... с какой радости? — вырвалось у Марины, и она тут же прикусила губу, но сдерживаться уже не было сил. — У неё есть фамилия отца, который её растил, есть девичья фамилия матери… Мою-то зачем брать?
Лидия Петровна фыркнула, но не сердито, а, скорее, снисходительно.
— Ну, что ты, Мариночка, ревнуешь что ли? Какая разница? Красиво же! И потом, она всегда к тебе хорошо относилась, подружкой своей считала. Вот и хочет быть ближе. Ты же умная девочка, пойми.
От этих слов Марине стало дурно. Она была ровесницей матери Нади. Разница с Надей — восемнадцать лет.
Никогда они не были подругами. Но с самого начала Надя, высокая, гибкая блондинка, копировала ее.
Сначала неуверенно, потом всё наглее. Марина купила дорогие итальянские сапоги-ботильоны — через неделю такие же, чуть дешевле, появились у Нади.
Марина сделала каре — через месяц Надя состригла свои длинные волосы. Новогодний корпоратив, платье цвета бордо, простое, но безупречного кроя — и вот Надя в почти точной его копии щеголяет на выпускном в институте.
А потом были очки. Марина носила стильную модель с линзами без диоптрий, чтобы снимать напряжение с глаз после работы за компьютером, и Надя появилась в таких же.
На вопрос Антона: «Зачем? У тебя же идеальное зрение», — дочь пожала плечами: «Стильно, как у Марины». А теперь очередь дошла и до фамилии.
— Передай трубку Антону, пожалуйста, он же в шоке будет от счастья! — защебетала свекровь.
Марина молча протянула телефон мужу. Он взял, настороженно глядя на её бледное лицо.
— Алло, мам. Что случилось?
Он слушал минуту, потом две. Его лицо, обычно спокойное и собранное, стало каменным. Жилка на виске задергалась.
— Что? Что она сделала? Мама, ты в своем уме? Какую «красивую фамилию»? Это фамилия моей жены. Моя фамилия. Надя — взрослая женщина, у неё своя жизнь. Зачем ей это? А, «красиво»… Прекрасно. Знаешь что, мама? Передай Надежде от меня, что если она сменит фамилию, то в моей жизни не будет ни ее, ни тебя! Я не шучу. Вы перешли всякие границы. Ты еще и подначиваешь ее! — он бросил телефон на диван, не дослушав возмущенных причитаний матери. — Они с ума сошли. Ты слышала? «Красивая фамилия». Бред какой-то!
— Она копирует меня, Антон. Ты разве не видишь? — Марина присела, у неё задрожали руки. — Платья, прически, очки… Теперь фамилия. Что дальше? Моего ребенка захочет? — она положила руку на еще плоский живот.
О беременности знали только они вдвоем, не решившись сказать даже свекрови. Антон резко обернулся.
— При чем тут ребенок? Надя просто нездоровая, черт знает что! Она всегда была странной, но это... наглость… Нет. Я поговорю с ней лично!
Разговор состоялся на следующий день. Надя приехала в тех самых очках, для стиля.
Они сидели в гостиной. Марина делала вид, что разбирает бумаги, но слышала каждое слово.
— Папа, не устраивай драму. Мне просто нравится эта фамилия. Она гармоничнее звучит с моим именем. Надежда Светлова. Правда же красиво?
— Надя, это не просто набор букв! Это фамилия моей жены! Ты понимаешь, как это выглядит? Это неуважение и к Марине, и ко мне.
— Какое неуважение? Я же не твою фамилию беру, а Маринину. Если она не против…
— Я против! — прогремел Антон. — И Марина против! Ты что, хочешь, чтобы все думали, будто ты моя жена? Или сестра Марины? Это бред какой-то!
— Пусть думают что хотят, — в голосе Нади послышались знакомые Марине нотки упрямства, доставшиеся ей, видимо, от бабушки. — Я уже подала документы. Через месяц всё будет готово.
— Тогда готовься к тому, что у тебя не будет отца, — голос Антона оборвался. — Я серьезно, Надя. Это точка невозврата.
Наступила тишина. Потом Марина услышала шарканье ног, приглушенное: «Ну и ладно». Хлопнула входная дверь.
Антон вошел в комнату к жене, присел напротив и опустил голову на руки. Он выглядел разбитым.
— Она не послушала. Ничего не поделаешь. Придется выполнять обещание. Иначе… иначе они с матерью сожрут нас с тобой заживо, по частям. Под предлогом «красивой фамилии» и «семейной близости».
Марина посмотрела на него и подумала о Наде, которая только что хлопнула дверью.
— Знаешь, — тихо сказала она, подходя к окну. — Мне её почти жалко. Она так отчаянно хочет быть кем-то другим, что готова украсть даже чужую фамилию, хорошо хоть, не имя.
— Жалеть её не надо, — отрезал Антон. — Она взрослый человек и несет ответственность за свои поступки. Она делает тебе больно и мне тоже. Ради какой-то своей прихоти. Мама её в этом поддержала… Это предательство.
Через месяц Надя прислала отцу фотографию нового паспорта с другой фамилией — Надежда Антоновна Светлова.
Факт свершился. Возмущенный Антон, как и обещал, разорвал все контакты с дочерью и матерью.
Он перестал отвечать на их звонки. Лидия Петровна сначала бомбила его гневными сообщениями, взывала к совести, а затем стала умолять. Однако молчание Антона было твердым.
Однажды, листая ленту социальных сетей, Марина наткнулась на новый аккаунт — Надежда Светлова.
На аватарке было фото в тех самых очках, в платье, похожем на то, что Марина надевала на прошлогодний день рождения Антона, и подпись: «Новая жизнь — новое имя».
Марина тяжело вздохнула и закрыла вкладку. Казалось, больше ее ничего не могло удивить.
Однако спустя полгода Марина и Антон узнали о том, что в городе, помимо нее, появилась еще одна Марина Светлова.
Надя в конец рехнулась и решила поменять имя. Она была уверена, что с ним станет счастливее.