Мне стукнуло тридцать два. Жена Алёна накрыла стол. Позвала родителей, друзей.
Не люблю шум. Предпочитаю скромно. Но Алёна настояла.
Стали дарить подарки. Мои родители вручили конверт с деньгами на ноутбук. Друзья подарили конверт с деньгами. Тесть протянул коробку с наушниками.
— Спасибо, Пётр Иванович!
Он кивнул. Налил себе рюмку.
Теща Ирина Анатольевна (ей пятьдесят шесть) встала. Достала из сумки конверт. Протянула мне.
— Вот тебе, зятёк. Полезный подарок.
Я открыл конверт. Купон в спортзал. Пробное занятие. Бесплатное. Рекламная листовка.
— Спасибо, — сказал я сдержанно.
— Ну вот и прекрасно, — улыбнулась теща. — Тебе пора похудеть. Животик появился. Смотреть стыдно становится.
Она сказала это громко. При всех.
Повисла тишина. Алёна поперхнулась компотом. Друзья уставились в тарелки. Тесть застыл с рюмкой у рта. Моя мама сжала губы.
Посмотрел на себя. Да, набрал килограмм пять. Но не критично.
— Ирина Анатольевна, это неприлично, — тихо сказала моя мама.
— Да что вы! — замахала руками теща. — Я же как лучше хочу! Забочусь о зяте. Он молодой ещё. Надо за собой следить. А то Алёночка с таким ходит. Мне перед подругами неловко.
Жена покраснела. Опустила глаза. Промолчала.
Мне было обидно. Но я промолчал.
— Спасибо за заботу.
Продолжили праздновать. Но настроение испортилось. Я ел молча. Думал о словах тещи. Меня это взбесило. Но я терпел. Не хотел портить вечер.
Ирина Анатольевна весь вечер подкалывала меня. Когда я положил ещё салата:
— Олег, ещё берёшь? Ну-ну. Купон не зря дала.
Когда я налил газировку:
— Сладкое! Сахар! От этого и толстеют, между прочим!
Когда я сел на диван:
— Ой, как прогнулся диван под тобой! Видите, девочки?
Я сидел красный. Мне было неприятно. Алёна пыталась несколько раз остановить мать. Но тёща не унималась.
Гости разошлись. Я мыл посуду. Злость не проходила. Нарастала.
— Олег, не обижайся, — сказала жена. — Мама такая. Она не со зла.
— Не со зла? — я повернулся к ней. — Она весь вечер меня унижала! При моих родителях! При друзьях!
— Ну она просто хочет, чтобы ты был здоровым...
— Алён, она публично назвала меня толстым! Сказала, что ей стыдно за тебя! Это нормально по-твоему?
Жена вздохнула. Обняла меня.
— Прости её. Я поговорю с ней завтра.
Знал эти разговоры. Ирина Анатольевна всегда такая. Считает себя вправе всех учить. Критиковать. Давать советы. Жена её не остановит. Боится матери с детства.
Я лёг спать злой. Всю ночь думал. К утру решил. Ответить той же монетой.
На следующий день поехал в торговый центр. Зашёл в магазин косметики. Долго выбирал.
— Мне нужен крем от морщин.
— Для кого?
— Для тещи. Пятьдесят шесть лет.
Консультантка показала варианты. Выбрал хороший. Заметный эффект обещали. Взял коробку.
Вечером поехали к родителям Алёны. Ирина Анатольевна открыла дверь.
— О, детки! Заходите!
Она вела себя так, будто ничего не было. Будто не унижала меня вчера.
Сели за стол. Попили чай. Достал коробку.
— Ирина Анатольевна, это вам. В благодарность за вчерашнюю заботу.
Она удивилась. Открыла коробку. Увидела крем. Прочитала этикетку вслух:
— Крем против глубоких возрастных морщин?
— Да. Вам пора за кожей следить. Морщины глубокие. Смотреть стыдно.
Я повторил её слова. Слово в слово.
Ирина Анатольевна побледнела. Потом покраснела пятнами.
— Ты... ты что себе позволяешь?!
— Забочусь о вас. Как вы обо мне вчера. Справедливо же?
Тесть прыснул в чай. Прикрыл рот ладонью. Алёна закрыла лицо руками.
— Ты меня оскорбляешь! — взвизгнула теща. — Я тебе купон принесла! Для твоего здоровья! А ты мне...
— А я вам крем купил. Тоже для здоровья. Кожа стареет. Надо ухаживать. Или вам можно других критиковать при всех, а себя нельзя?
— Петя! — заорала она мужу. — Ты слышишь, как он со мной разговаривает?!
Тесть отставил чашку. Посмотрел на жену:
— Ирочка, он прав. Ты первая начала. Вчера. На его празднике. При его родителях и друзьях.
— Я же не со зла!
— И я не со зла, — спокойно сказал я. — Просто забочусь о вас. Крем эффективный. Результат через месяц будет. Пользуйтесь на здоровье.
Я встал. Надел куртку.
— Алёна, пойдём.
Жена молча поднялась. Мы вышли из квартиры. В машине она сидела тихо. Потом спросила:
— Зачем ты так поступил?
— Чтобы она поняла. Каково это — слышать о себе такое при людях.
— Она обижена страшно.
— А мне вчера было не обидно? Слушать весь вечер, какой я толстый?
Алёна вздохнула. Больше не спорила.
Ирина Анатольевна не звонила три недели. Потом позвонила жене. Алёна говорила с ней вежливо. Коротко. Обо мне не спрашивала.
Ещё через неделю нас пригласили на ужин. Я пришёл. Ирина Анатольевна встретила сдержанно. Без подколок. Без советов. За столом вела себя тихо. Не критиковала. Не комментировала.
С тех пор Ирина Анатольевна тише воды. Про мой вес молчит. Советы даёт только если просят.
Крем использовала весь. Морщины разгладились. Хвастается подругам. Какой чудесный крем нашла. Про то, что я купил, не говорит. Зато помнит отлично. Что она мне бесплатную листовку принесла.