Интерес инвесторов и частных покупателей к старым деревенским домам заметно изменился. Москвичи активно выходят на рынок старых изб и особняков, взвинчивая цены даже на постройки, которым больше века. Вместе с ними в российские сёла пришли и те, кто ищет не столько заработок, сколько новый формат жизни и отдыха, следует из материала Коммерсанта.
Откуда такой интерес?
Деревянные и каменные дома в глухих сёлах теперь рассматриваются как семейный актив. Это уже формат отдыха без привычных удобств, но с высокой ценой за атмосферу и ощущение подлинности. Для многих жителей крупных городов такие места становятся второй, а иногда и третьей дачей, пусть и в пяти или шести часах езды от Москвы.
«Нельзя говорить о том, что среднестатистическая семья пошла и купила участок в глухой деревне и планирует там жить. Скорее, многие насмотрелись в соцсетях на то, как это может быть круто, и решили попробовать. Если мы рассматриваем деревни Золотого кольца, то некоторые объекты находятся под государственной охраной, и владелец не может поменять, например, фасад здания. Некоторые покупают для себя дома на улочках Суздаля, воссоздают историю для того, чтобы проживать самим. Можно привести в пример Пушкинские горы в районе Пскова», — отметила директор департамента вторичной недвижимости Est-a-Tet Юлия Дымова
Сколько это стоит?
В Саратовской области дом предлагают за 150 тысяч рублей и уверяют, что можно сразу заезжать и жить. В Ульяновской области цена уже доходит до 1 млн рублей, зато в доме есть рабочая печь, а в селе работают два магазина и школа. Подобные варианты стремительно исчезают, а спрос продолжает подталкивать цены вверх. Чем ближе к столице, тем заметнее рост стоимости. Под Тверью бревенчатый дом середины XX века с участком 16,5 соток продают за 3,5 млн руб. Все удобства находятся на улице, но рядом река и лес, что для многих покупателей становится решающим аргументом. За сопоставимую сумму в Архангельской области можно найти купеческий кирпичный особняк на берегу Онеги. Правда, туда сложнее добираться, а сам дом требует серьёзного капитального ремонта. Дешёвых вариантов на рынке почти не осталось, отмечают участники рынка.
За последние два года цены изменились радикально, говорит Юлия Дымова. Полуразваленный дом, который раньше стоил 500-700 тыс. рублей, сегодня стартует от 1,5 млн рублей и в отдельных случаях доходит до 4,5 млн рублей. Особенно быстро дорожают объекты с историей и удачным расположением. Брокеры сходятся во мнении, что всё, что связано с историей, даёт туристический потенциал и в перспективе будет только расти в цене. Этот сегмент недвижимости до сих пор остаётся слабо развитым. Специализированных риелторов здесь почти нет, а сделки часто проходят по принципу эмоционального выбора. Увидел дом, влюбился в него и решил купить.
Именно так поступила основатель ювелирного бренда Moonswoon Ольга Локшина, которая два года назад приобрела 120-летний дом. Рядом находится природный парк «Бажовские места», водохранилище и всего 60 км до Екатеринбурга, где расположен её основной бизнес.
«Купили участок с домом за 4 млн руб. потому что цена земли в этом посёлке достаточно высокая. 13 соток, печка, туалета не было, ремонт предыдущие владельцы делали очень давно. Понравилась локация. Дом можно было бы снести, но возникло желание его восстановить. На это мы потратили примерно 2,5 млн руб. Львиная доля работ была сделана самостоятельно. Мы решили, что это небольшой семпл дачи. Перед тем как строить большой дом, мы решили попробовать пожить в таком формате. Зачем разрушать то, что и так хорошо стоит уже 100 лет, если можно отнестись к этому с вниманием и с уважением», — рассказала Ольга Локшина.
Иногда исторический дом можно найти почти за символическую сумму. Муниципальные власти периодически проводят аукционы, предлагая объекты за 1 рубль или по минимальной стартовой цене. Такой подход используют регионы, которые делают ставку на развитие культурного туризма и рассчитывают на вложения частных инвесторов.
Какие регионы выбирают?
Директор департамента архитектурного проектирования компании «Даль» Анастасия Култаева объясняет, что для бизнеса чаще всего выбирают Московскую область и популярные туристические города.
«Если речь идёт про бизнес, выбирают Московскую область — Зарайск, Коломну, Елец и Суздаль. Цены выросли кратно. Если локация не раскручена, можно найти исторический дом по цене от 15 тыс. руб. до 40 тыс. руб. за квадратный метр. Многие объекты выставляются муниципалитетами по сниженной цене», — рассказала Анастасия Култаева.
Однако низкая стартовая цена далеко не всегда означает доступность проекта. Показательный пример — усадьба XVIII века в двух часах езды от Санкт-Петербурга. Изначально объект выставили за 4 тысячи рублей. Объявление быстро разошлось по соцсетям, интерес оказался огромным, и торги длились почти месяц. В итоге цена выросла до 22 млн рублей. Расчёты показали, что восстановление усадьбы потребует около 300 млн рублей.
Сегодня на агрегаторах, которые работают с объектами исторического наследия, представлено порядка 100 зданий. Среди них можно найти бывшие уездные земские управы XIX века, полуразрушенные доходные дома, старые мельницы и многочисленные купеческие особняки. Только в подмосковном Зарайске насчитывается около 10 старинных домов, которые теоретически могут превратиться в бутик-отели без изменения фасадов. Интерес к таким объектам подогревается и экономическими расчётами. Формат малых отелей, гостевых домов и арт-резиденций в старинных зданиях становится всё более востребованным. Туристы ищут опыт проживания в месте с характером. Это постепенно меняет и отношение местных властей, которые всё чаще готовы идти навстречу инвесторам, помогая с инфраструктурой и согласованиями.
Эксперты отмечают, что восстановление старых домов требует денег и терпения. Проекты могут растягиваться на годы из-за сложностей с документами, ограничений по охране памятников и банальной нехватки специалистов, умеющих работать с традиционными технологиями. Но именно это, по словам участников рынка, и формирует особую ценность таких объектов. Старые избы и особняки постепенно выходят из категории заброшенной недвижимости и становятся частью новой деревенской экономики.