«ВЫ ВСЁ ЕЩЁ ВОЮЕТЕ САМИ С СОБОЙ ИЛИ УЖЕ ПОБЕДИЛИ?» БГ - РАУНД 1: РИИНГ-2.0
Тамара: Друзья, сегодня в нашей студии зашкаливает концентрация истории. Февраль для «Музыкального ринга» всегда был сакральным. Именно в феврале 1984 года здесь впервые появился человек с гитарой, чей голос изменил всё. Та запись почти не сохранилась, время оставило нам лишь зернистый фрагмент пророческой «Рок-н-ролл мертв».
Настя: Но история любит возвращаться. В феврале 1986-го Борис Гребенщиков и «Аквариум» снова вышли на РИНГ — уже с полноценной программой на всю страну. Это был прорыв, момент, когда подполье официально стало достоянием миллионов. И вот, спустя сорок лет, в феврале 2026-го, круг замыкается. Тот же месяц, та же студия, но совсем другой мир.
Тамара: Мы назвали этот раунд «Информационный туман». Мы не будем искать, «мертв ли рок-н-ролл». Мы будем искать человека в этом тумане.
Борис Гребенщиков: (входит в свет прожектора, голос тихий, но заполняющий всё пространство) Здравствуйте. Знаете, сорок лет назад здесь пахло озоном и предчувствием. Сегодня — тишиной. Но я здесь, чтобы звучать.
(Звучит «Поезд в огне». В версии 2026 года ритм замедлен до пульса. Струны гитары звенят как натянутые нервы. Каждое слово «мы воевали сами с собой» падает в тишину студии как свинец.)
1. Журналист издания «Культурный код»: Борис Борисович, в 86-м эта песня была приговором системе. Сегодня вы поете её из добровольного изгнания. Не кажется ли вам, что ваш «поезд» давно превратился в комфортабельный вагон-ресторан для избранных, а «война с собой» — лишь удобная поза, чтобы не замечать, как горят другие поезда?
БГ: Видите ли, из вагона-ресторана не пишут песен, от которых сорок лет перехватывает дыхание. Мой поезд никуда не сворачивал. А война с собой — единственная, в которой победа не означает поражения другого.
Настя (рефери): (вмешивается) Секунду, Борис Борисович! Вы уходите в философию. Ответ на вопрос про «вагон-ресторан» не получен. Вы сейчас чувствуете боль тех, кто под обстрелом, или вам из Лондона всё кажется «туманом»?
БГ: Боль не имеет географии. Если я пою, значит, я чувствую.
2. Скептик из зала: Гребенщиков, хватит загадок! Вы сорок лет кормите нас метафорами. Это глубина или вы просто боитесь сказать «да» или «нет», чтобы не испортить имидж «гуру»? Кто вы в 2026 году — пророк или удачно продающийся антиквариат?
БГ: Я — зеркало. Если вы видите во мне антиквариат, значит, вы сами давно не вытирали пыль со своей души.
3. Музыкальный критик со стажем: Почему ваши новые тексты стали напоминать генератор случайных мудростей? Это реальная мудрость или удобный способ ничего не говорить прямо о трагедии сегодняшнего дня?
БГ: Если музыка не говорит вам ничего прямо, значит, вы пытаетесь слушать её умом. Ум — плохой переводчик для песен. Сердце понимает всё без словаря.
Тамара (рефери): БГ, стоп. Критик спросил про «генератор случайных слов». Завсегдатаи нашего канала хотят знать: за вашими новыми песнями еще стоит живая рана или только отточенная техника словосложения?
БГ: За каждой песней стоит рана. Просто я перестал показывать её всем подряд, чтобы её не посыпали солью ради рейтингов.
4. Разочарованный фанат: Вы когда-то пели «Я хочу быть понят тобой». Сейчас вам всё еще важно, чтобы вас понимали, или вам достаточно того, что вас цитируют в учебниках истории? Вы стали слишком далеки от земли.
БГ: Чтобы видеть землю целиком, иногда нужно подняться повыше. Но я всё так же хожу по ней ногами. Просто моя земля теперь везде, где звучит правда.
5. Студент-филолог: Почему в ваших последних альбомах всё меньше людей и всё больше абстрактных символов? Вы окончательно разуверились в человечестве?
БГ: Люди — это и есть символы. Мы слишком привыкли видеть только оболочку. Я смотрю глубже.
6. Журналист независимого портала: Борис Борисович, ваши старые песни сегодня звучат как обвинительный приговор вашему нынешнему молчанию. Вам не стыдно перед тем парнем из 84-го года, который не боялся называть вещи своими именами?
БГ: Мне не может быть стыдно за правду. Она не стареет. Это люди меняются, а истина — константа.
Настя (рефери): Опять уходите от ответа! Тот парень из 84-го пожал бы вам руку сегодня или отвернулся бы?
БГ: (после паузы) Он бы сел рядом и начал настраивать гитару.
7. Блогер-миллионник: Вы не боитесь стать «радио для эмигрантов», потеряв связь с теми, кто слушает вас здесь, в наушниках в метро?
БГ: Метро везде одинаковое. И одиночество в наушниках — тоже. Я пою для человека, а не для его прописки.
8. Пожилой поклонник с галерки: Борис Борисович, если бы вам сейчас предложили вернуться в ту ленинградскую студию 86-го года, вы бы повторили свои слова или промолчали бы, зная, к чему всё придет?
БГ: Я бы спел еще громче. Каждое слово было на своем месте тогда, и каждое на своем месте сейчас.
9. Культуролог: Вы долгое время считались «послом рок-н-ролла в неритмичной стране». Сегодня страна стала еще более «неритмичной», а вы — «послом» без верительных грамот. Чьи интересы вы теперь представляете в этом мире?
БГ: Я представляю интересы Света. И для этого мне не нужны печати и подписи чиновников.
10. Представитель «нового поколения» музыкантов: Борис Борисович, вы когда-то вынесли рок из подполья. Теперь рок снова уходит в тень. Вам не кажется, что вы бросили своё детище на произвол судьбы, уехав в тишину лондонских студий?
БГ: Рок — это не ребенок, которого нужно водить за ручку. Это стихия. Если он уходит в тень, значит, там сейчас больше правды, чем на свету.
11. Бывший рок-дилетант (из первых зрителей РИНГа): Вы в 86-м говорили, что «Аквариум» — это образ жизни. Сегодня ваша жизнь — это фестивали в Европе и йога. Где в этой жизни осталось место для «электрического пса» и той ярости, которая нас зажигала?
БГ: Ярость проходит, осознанность остается. Я больше не хочу никого зажигать, я хочу, чтобы люди научились светиться сами.
12. Радикальный критик: Ваша музыка стала слишком «удобной». Она не царапает, не вызывает желания спорить. Вы сознательно превратили свой стиль в фоновый шум для медитаций, чтобы не провоцировать власть?
БГ: (спокойно) Если моя музыка вас не царапает, значит, ваша кожа стала слишком толстой от привычки к грубости. Моя музыка — это шепот. А шепот иногда слышнее крика.
Тамара (рефери): БГ, не увиливайте! Вопрос был про «удобство». Вы стали «удобным» артистом для всех и ни для кого конкретно?
БГ: Правда никогда не бывает удобной. Но она может быть тихой.
13. Социолог: В ваших текстах 2026 года нет ни одного слова о трагедии, которая происходит прямо сейчас. Это высокомерие художника или обыкновенный страх потерять статус «небожителя»?
БГ: Я пою о причинах трагедии, а не о её симптомах. Газеты пишут о симптомах, я — о том, почему в душах людей гаснет свет. Это страшнее любых новостей.
14. Завсегдатай канала «Т и В делали ТВ»: Вы часто говорите о любви. Но любовь — это действие. Какое действие Бориса Гребенщикова в 2026 году подтверждает его слова о любви к тем, кто остался в тумане?
БГ: То, что я здесь. И то, что я продолжаю петь на языке, который нас когда-то объединил. Песня — это тоже действие.
15. Скептик из зала: Финальный вопрос раунда: Борис Борисович, кто вы на самом деле в 2026 году — последний пророк или просто очень усталый артист, который не знает, как вовремя уйти со сцены?
БГ: (долго смотрит прямо в камеру) Я — тот, кто держит окно открытым, когда все остальные заколачивают двери. А уйти... уйти невозможно, когда ты никуда не приходил. Я просто есть.
(После ответа БГ на 15-й вопрос в студии повисает долгая пауза. Камера крупным планом держит лицо Бориса Борисовича, затем переключается на ведущих.)
Тамара (рефери): (решительно) Стоп! Раунд закончен!
Настя (рефери): Фух... Информационный туман сегодня был плотным, но, кажется, нам удалось разглядеть в нем несколько вспышек настоящей искренности. Борис Борисович, спасибо за выдержку.
Тамара: А теперь слово за вами, наши завсегдатаи и зрители канала «Т и В делали ТВ». Напоминаю, что на нашем РИИНГе-2.0 судьи — это вы. Победитель раунда определяется по числу лайков в комментариях.
Настя: Да, теперь всё в ваших руках! Ищите под текстом наш закрепленный комментарий: «Выиграл ли Борис Гребенщиков 1-ый раунд?». Ставьте 👍 или 👎 и помните, что каждый ваш «палец» — это шаг артиста к Хрустальному скрипичному ключу… или от него. Голосуйте честно, итоги подведем в субботу!
Тамара: А завтра мы вернемся в эту студию для самого сложного этапа. Второй раунд — «Социально-психологический». Будет еще жарче, ведь мы начнем разбирать не метафоры, а конкретные поступки и принципы выживания в 2026 году.
Настя: Встречаемся здесь же, во вторник, в 6:00 по московскому времени. Не пропустите, поединок только начинается!