27 января 2026 года отмечается 200-летие со дня рождения первого русского сатирика - писателя Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина. Он вел двойную жизнь. Днем нес службу государственного чиновника высокого ранга. Вечером брался за перо и высмеивал бюрократию. Многие слова, придуманные писателем, остались в русском языке и используются сегодня. Например, «гласность», «мягкотелость», «головотяпство», «халатность».
Приведем отрывок из мемуаров сына писателя Константина Салтыкова о дружбе его отца с поэтом Некрасовым:
"Салтыков-Щедрин, восторгаясь талантом поэта Некрасова - «печальника земли русской», не очень-то его жаловал. Причиной было пристрастие Николая Алексеевича к игре в карты, при чем у поэта игра велась азартная, к нему шел кто хотел, среди гостей встречались люди с сомнительной репутацией, вследствие чего на квартире Некрасова нередко происходили прискорбные сцены из-за допускавшихся некоторыми из игроков нечестных приемов. Иногда дело доходило до скандалов, причем в ход пускались и тяжелые подсвечники.
Некрасов, всегда одетый с иголочки, в узких клетчатых брюках, коротеньком пиджачке, с галстуком, небрежно завязанным а-ля «бабочка», приезжал к нам довольно часто, говорил комплименты маме, трепал меня и сестру рукой в замшевой перчатке по голове, а затем, особенной, качающейся походкой, отправлялся в папин кабинет, где усаживался, заложив ногу на ногу, в позу, которую он, вероятно, считал модной и грациозной, вынимал из бокового кармана пиджачка серебряный портсигар, из которого извлекал сигару и пускался в разговор с отцом.
Смерть Некрасова очень огорчила папу, который говорил, что Россия теряет большого поэта и патриота, но, что смерти следовало ожидать ввиду того образа жизни, который вел поэт. Нас, детей, смерть эта не очень тронула. Только потом, когда нам стали известны стихотворения Николая Алексеевича, мы поняли, какого гениального человека потеряла с его смертью Россия.
Страсть Некрасова к карточной игре дала повод моему отцу помянуть поэта во время его похорон оригинальным образом. Некрасов жил в Петербурге на углу Литейного проспекта, а наша квартира находилась в близком расстоянии. Похоронен был Николай Алексеевич на кладбище Новодевичьего монастыря. Следовательно, похоронная процессия должна была проследовать мимо окон нашей квартиры. И вот, мы всей семьей, за исключением отца, отправившегося отдать последний долг своему бывшему редактору, собрались у окон, выходивших на улицу.
Скоро перед нашими глазами начала развертываться громадная процессия людей всех слоев общества, искренно оплакивавших того, который, несмотря на свои нравственные качества, никому из широкой публики неизвестные, весь великий талант отдал на служение массе униженных и обиженных, требуя для них тех же прав, которыми обладала лишь кучка привилегированных лиц. Похороны были величественны. Гроб несли на руках, толпа заполнила всю ширину проспекта, сотни голосов пели покойному «вечную память».
За катафалком ехал ряд карет. Из одной из них вдруг высунулся папа и, показав нам игральную карту, скрылся в окошечке экипажа. Когда отец приехал домой, то мама спросила его, что значил этот его жест, на что он ответил, что, едучи на кладбище, он и его компаньоны по карете засели за партию в винт, будучи уверенными, что душа Некрасова должна была радоваться, видя, что его поминают тем же образом, каким он любил проводить большую часть своей жизни".
Михаил Евграфович был в переписке с драматургом Островским, который, просил его посмотреть новую свою комедию «Таланты и поклонники», имевшую большой успех на сцене петербургского Александринского театра, в исполнении Савиной и Петипа, и сообщить ему об этой комедии свое мнение.
О том, что случилось в театре, расскажем в следующей истории.
Подпишитесь, чтобы не пропустить.