Лена сидела на кухне и разглядывала обручальное кольцо, которое Максим надел ей на палец три месяца назад. Тогда всё казалось сказкой — ресторан с видом на реку, живая музыка, его дрожащий голос и слова о вечной любви. Она плакала от счастья, а он целовал её мокрые щёки и обещал, что они будут самой счастливой парой на свете.
Свадьбу назначили на август. До торжества оставалось меньше двух недель, и голова шла кругом от списков дел: платье, ресторан, фотограф, рассадка гостей. Лена работала менеджером в строительной компании, и каждую свободную минуту посвящала подготовке к главному дню своей жизни.
Максим в последнее время вёл себя странно. То отмалчивался весь вечер, то вдруг начинал придираться по мелочам — не так посолила суп, не туда положила пульт, слишком громко смеялась по телефону с подругой. Лена списывала это на предсвадебные нервы. У всех так бывает, убеждала она себя.
Сегодня он пришёл с работы раньше обычного и не один. За его спиной маячила Тамара Петровна — будущая свекровь. Женщина с поджатыми губами и цепким взглядом, от которого Лене всегда хотелось спрятаться.
– Чай будете? — спросила Лена, поднимаясь навстречу.
– Не до чая, — отрезала Тамара Петровна, усаживаясь за стол. — Разговор есть.
Максим сел рядом с матерью, и Лена вдруг заметила, как они похожи — одинаково сведённые брови, одинаково поджатые губы. Раньше она этого не замечала.
– Лена, нам нужно обсудить кое-что важное, — начал Максим. — Мы с мамой посоветовались и решили, что нужно внести некоторые изменения в наши планы.
– Какие изменения?
Тамара Петровна подалась вперёд.
– Вы молодая семья, вам нужно думать о будущем. О квартире, о детях. А не разбрасываться деньгами на ерунду.
Лена нахмурилась.
– Я не понимаю, о чём вы.
– О твоей машине, — сказал Максим. — Мы с мамой решили, что после свадьбы ты её продашь.
Несколько секунд Лена думала, что ослышалась. Её машина — белая Мазда, которую она купила два года назад на свои собственные деньги, откладывая с каждой зарплаты. Первый крупный самостоятельный поступок в жизни, предмет гордости.
– Что значит продам? С какой стати?
– С такой, что семье нужны деньги на первоначальный взнос за квартиру. Мама узнавала, на вторичке есть хорошие варианты. Но нужен стартовый капитал.
– У меня есть накопления. И у тебя. При чём здесь машина?
Тамара Петровна усмехнулась.
– Твои накопления — это слёзы, а не деньги. А машина — это живые миллионы. Продашь, добавите, и будет нормальный взнос. Максим правильно говорит, нечего на бензин и ремонт деньги переводить.
– Но я езжу на работу. До офиса час на общественном транспорте, а на машине — двадцать минут.
– Поедешь на метро, как все нормальные люди, — отрезала свекровь. — Или пусть Максим тебя возит на своей, раз уж припрётся охота на колёсах кататься.
Лена перевела взгляд на жениха.
– Макс, ты сейчас серьёзно? Это моя машина. Я её купила сама, на свои деньги. Ты к ней вообще никакого отношения не имеешь.
– Будем женаты — будет иметь, — вставила Тамара Петровна. — Совместно нажитое имущество слыхала про такое?
– Машина куплена до брака. Она останется моей личной собственностью.
– Ишь, юрист выискалась! — свекровь хлопнула ладонью по столу. — Ты в семью входишь, а не в партнёрство деловое. Нужно думать об общем благе, а не за своё цепляться.
Лена встала из-за стола. Внутри клокотала смесь обиды и возмущения.
– Максим, я хочу поговорить с тобой наедине.
– Всё, что ты скажешь, можешь при маме говорить, — ответил он. — У нас секретов нет.
Эти слова ударили больнее всего. Не «у нас с тобой», а «у нас с мамой». Лена вдруг отчётливо поняла, что в этой комнате она чужая.
– Хорошо, — сказала она как можно спокойнее. — Тогда при маме и скажу. Машину я продавать не буду. Это не обсуждается.
Тамара Петровна побагровела.
– Ты как с будущим мужем разговариваешь? Максим, ты слышишь? Вот она, её натура! Я тебя предупреждала!
– Мама, подожди, — Максим поднял руку, но голос его звучал неуверенно. — Лен, ты не кипятись. Мы же просто обсуждаем.
– Нет, Максим. Вы не обсуждаете. Вы ставите меня перед фактом. Пришли вдвоём и объявили, что я должна продать свою машину. Не спросили, не посоветовались — решили за меня.
– Потому что ты бы отказалась!
– Конечно, отказалась бы. Это моя собственность, моё решение.
– Вот так всегда! — Тамара Петровна всплеснула руками. — Своя рубашка ближе к телу. А о семье подумать? О детях будущих? На что им квартиру покупать будете?
– На зарплату. На накопления. Как все нормальные люди делают.
– Много ты накопишь со своими копейками!
Лена посмотрела на свекровь, потом на жениха. Максим избегал её взгляда, вертел в руках солонку.
– Знаете что, Тамара Петровна, давайте начистоту. Вы не первый раз пытаетесь указывать, как мне жить. Какое платье надеть, какую причёску сделать, куда ехать в отпуск. Я молчала, потому что не хотела портить отношения. Но машина — это уже слишком.
– Подумаешь, машина! Железка!
– Для вас железка. А для меня — моя независимость. Моя свобода. И я не собираюсь от неё отказываться.
Максим наконец поднял глаза.
– Лена, ты всё усложняешь. Мы просто хотим как лучше. Мама дело говорит — квартира важнее.
– Тогда продай свою машину, — предложила Лена. — Твоя Тойота дороже моей Мазды.
– С ума сошла? — взвился жених. — Мне для работы нужна! Я клиентов вожу, на встречи езжу!
– А мне не нужна? Я тоже на встречи езжу. Или моя работа менее важна?
– Ну, объективно говоря... — начала Тамара Петровна, но Лена её перебила.
– Объективно говоря, моя зарплата выше, чем у Максима. Если уж считать, кто больше в семейный бюджет вкладывает.
Повисла тишина. Максим побледнел, а на лице свекрови проступили красные пятна.
– Ты ещё и попрекать будешь? — прошипела она. — Максим, ты слышишь? Вот она, настоящая! Деньгами в лицо тычет!
– Я не попрекаю. Я констатирую факт. Вы пришли с требованием, чтобы я пожертвовала своим имуществом ради общего блага. Но почему жертвовать должна только я?
Максим вскочил из-за стола.
– Знаешь что, хватит! Надоели эти споры! Или ты делаешь, как мы решили, или...
– Или что?
Он замолчал, но Тамара Петровна договорила за него:
– Или свадьбы не будет.
Лена медленно кивнула. Странно, но внутри не было ни страха, ни паники. Только усталость и какое-то холодное облегчение.
– Хорошо, — сказала она тихо. — Значит, свадьбы не будет.
– Что? — Максим явно не ожидал такого ответа.
– Ты слышал. Если для тебя машина важнее меня, если ты не способен принять ни одного решения без маминого одобрения, если ты ставишь ультиматумы — значит, мы не пара.
– Лена, ты что несёшь? Свадьба через две недели!
– Отменим. Гостям позвоню сегодня, в ресторан завтра.
– Да ты больная! — Тамара Петровна вскочила. — Максим, пойдём отсюда! Пусть сидит со своей драгоценной машиной! Посмотрим, как она её обнимать будет по ночам!
Они ушли, хлопнув дверью. Лена села обратно за стол и уставилась на кольцо. Красивое, с маленьким бриллиантом. Три месяца назад оно казалось символом счастья. А теперь — просто украшение, за которым ничего нет.
Она позвонила маме и всё рассказала. Та примчалась через час с тортиком и бутылкой вина.
– Доченька, ты правильно сделала, — сказала мама, разливая вино по бокалам. — Если он сейчас под маминой юбкой сидит, то и дальше так будет. Ты бы всю жизнь с ней воевала.
– Я просто не понимаю, как я раньше не замечала.
– Влюблённые слепые. Это нормально. Главное, что прозрела до свадьбы, а не после.
Прошёл месяц. Лена постепенно приходила в себя, возвращалась к обычной жизни. На работе дали повышение, подруги вытаскивали в кино и кафе, мама звонила каждый вечер.
А потом позвонил Максим. Голос был тихий, виноватый.
– Лен, привет. Можно поговорить?
– Говори.
– Я был неправ. Погорячился. Мама... мама иногда перегибает палку, а я ведусь. Давай попробуем сначала? Я скучаю.
Лена молчала, глядя в окно. За стеклом начинался дождь, капли медленно ползли по стеклу.
– Максим, а мама знает, что ты звонишь?
Пауза.
– Нет.
– Вот когда ты сможешь сказать ей, что любишь меня и женишься независимо от её мнения, тогда и поговорим. А пока — до свидания.
Она положила трубку и улыбнулась. Машина стояла во дворе, белая и красивая. Завтра Лена поедет на ней в отпуск — одна, к морю, куда давно мечтала. И это будет лучшее путешествие в её жизни.