Сегодня 28 января. На календаре — критическая дата для всех, кто живет полем и хлебом. Осталось всего три дня до закрытия окна подачи заявок на экспортные квоты. И пока в высоких кабинетах шуршат бумагами, у нас в деревнях и на мехтоках разговоры только об одном: «А нам-то что перепадет?»
Когда объявляют о новых правилах игры, малый бизнес радостно потирает руки, ожидая перемен, но в итоге всё сводится к старой доброй дележке «по старшинству». Раньше я думал, что квоты — это инструмент порядка. Мол, чтобы всё зерно не вывезли, чтобы дома хлеб не подорожал. Но глядя на то, как распределяются эти заветные 20 миллионов тонн в 2026 году, я всё чаще чувствую горечь. И дело не в цифрах, а в том, как эти цифры работают против простого мужика.
Цифры, которые пахнут болью
Давайте по фактам. Правительство выделило на этот сезон рекордные 20 миллионов тонн. С 15 февраля по 30 июня 2026 года эти миллионы потекут в порты. Казалось бы — живи и радуйся! Потенциал экспорта у нас под 55 миллионов тонн, урожай — рекордные 137 миллионов. Зерна завались, элеваторы трещат.
Но тут вступает в силу великий и ужасный «исторический принцип».
Для тех, кто не в курсе, объясню на пальцах. 90% всей квоты (а это, на минуточку, 18 миллионов тонн!) распределяется между теми, кто уже вывозил зерно в первой половине сельхозгода. То есть, если ты — крупный агрохолдинг с собственным терминалом в Новороссийске и флотом зерновозов, ты в шоколаде. Ты уже «в истории», тебе и карты в руки. А если ты фермер из-под Воронежа или Самары, который только-только нашел прямого покупателя в Египте и решил попробовать свои силы? Твой «исторический вклад» — ноль.
Малый предприниматель бьется лбом в закрытую дверь, потому что у него нет «истории». Он бы и рад экспортировать, но место под солнцем уже занято теми, кто забронировал его годами ранее.
«Понижающий коэффициент»: новый кнут для экспортера
В 2026 году Минсельхоз ввел еще одну «фишку» — понижающий коэффициент. Суть простая: если ты в прошлом году нахватал квот, но не смог их выбрать (не хватило вагонов, подвели партнеры или просто цена не устроила), в этом году тебе «урежут пайку».
С одной стороны — справедливо. Не собака же на селе: сам не ам и другим не дам. Но давайте посмотрим глубже. Кто чаще всего не справляется с объемами? Те, у кого нет своего административного ресурса и приоритета на железной дороге. Малый и средний бизнес! В итоге эта норма, которая должна была подстегнуть рынок, превращается в очередной фильтр, отсеивающий «неблагонадежных» мелких игроков.
Мне говорили, что это поможет очистить рынок от перекупщиков. Но мне кажется, что вместе с водой выплескивают и ребенка. Те 10% «дополнительной» квоты, на которые могут претендовать новички, — это крохи с барского стола. За них развернется такая битва, что мало не покажется.
Ловушка посредника: почему фермер всё равно проигрывает?
А теперь самое острое. Если фермер не может получить квоту сам, он идет к кому? Правильно, к «большому брату» — крупному трейдеру, у которого эта квота есть. И вот тут начинается настоящая «экономика».
Трейдер прекрасно понимает: деваться фермеру некуда. Зерно на элеваторе стоит денег, кредиты в банке капают (а задолженность в АПК к началу 2026 года, напомню, перевалила за 3 триллиона рублей!). И трейдер говорит: «Слушай, друг, я заберу твою пшеницу. Но дорога дорогая, вагонов нет, квота в дефиците... Давай-ка скинем по паре тысяч с тонны?»
Я раньше думал иначе, верил, что свободный рынок всё расставит по местам. Но какой же это свободный рынок, когда ты заранее знаешь, кто заберет 90% пирога? В итоге наш производитель — тот, кто в жару и холод в поле — кормит не только страну, но и огромную армию посредников, которые просто удачно вписались в «исторический принцип».
Где место для малого бизнеса?
Честно говоря, я не вижу в нынешней системе места для самостоятельного выхода фермера на экспорт. Малый бизнес в АПК 2026 года — это всё еще «сырьевой придаток» для гигантов. Да, урожай рекордный. Да, квоты увеличили вдвое. Но распределение этих объемов напоминает мне закрытый элитный клуб, куда вход по пропускам, выданным еще в прошлом десятилетии.
Мы радуемся успехам АПК, но за красивыми отчетами часто забываем, что сельское хозяйство — это не только миллионы тонн пшеницы, но и тысячи живых людей, которые хотят честно зарабатывать, а не просто выживать.
А как у вас в регионах обстановка? Удалось кому-то из знакомых фермеров пробиться к прямым экспортным контрактам, или все по-старинке сдают перекупам «за копейки»? Верите ли вы, что исторический принцип распределения квот — это справедливо, или систему пора менять в пользу тех, кто реально производит зерно?
Пишите в комментариях, мужики. Давайте обсудим, пока еще есть три дня до того, как захлопнется дверь 2026 года. Я всё читаю!