— Ирочка, доченька, мы на месяц приехали! — Галина Петровна распахнула дверь гостевого дома так, будто он принадлежал ей. — И Леночку с Витей привезли, внучата соскучились!
Ира замерла у стойки администратора, в руках застыла ручка над журналом бронирования. Июль. Пик сезона. Все номера расписаны на два месяца вперёд.
— Мама, я же говорила, что у меня нет свободных...
— Как нет? — свекровь прошла в холл, оглядывая интерьер. — Тут пять номеров! Нам много не надо, три хватит.
— Все заняты платными гостями, — Ира положила ручку и взяла телефон, где уже мигало три пропущенных от постояльцев.
— Платными? — Галина Петровна прищурилась. — А мы что, чужие? Витя твой муж, я его мать! Или ты забыла, кто помогал тебе этот домик открывать?
Лена уже тащила чемоданы в коридор. Витя курил на веранде, делая вид, что ничего не слышит.
— Семья превыше денег, Ирочка. У нас так не принято, — свекровь опустилась в кресло. — Или ты уже совсем буржуйкой стала?
Ира посмотрела на журнал. Семья Кравченко заселяется через час. Молодожёны Соловьёвы ждут номер с видом на море. Пенсионеры из Воронежа оплатили две недели.
— Значит, так, — Галина Петровна достала из сумки домашние тапки. — Витя с Леночкой в один номер, нам с внуками два. Сама посчитай.
Телефон завибрировал. Кравченко интересовались, готов ли номер.
— Мам, вы не понимаете...
— Это ты не понимаешь! — свекровь повысила голос. — Кто тебе жизнь подарил? На чьи деньги ты половину ремонта делала?
Три года назад Витя клялся, что кредит на гостевой дом — их общее дело. Галина Петровна дала двести тысяч, потом требовала отчёты за каждую купленную люстру. Ира работала сутками — сама красила стены, выбирала постельное бельё, училась вести соцсети. Витя приезжал раз в месяц, проверить, как идут дела.
— Постояльцы уже едут, — Ира показала свекрови экран телефона. — Вот договор с Кравченко, предоплата за неделю. Вот Соловьёвы, молодожёны...
— Молодожёны пусть на турбазу едут! — Лена вышла из ванной. — Мы свои, нам приоритет.
— Лен, ты вообще о чём? У людей билеты на поезд, они уже в пути!
— Ну и пусть снимут где-нибудь в частном секторе, — Лена достала из холодильника йогурт, который Ира приготовила для завтрака постояльцам. — Ир, не прибедняйся. У тебя тут денег куры не клюют, а нам отдохнуть негде.
Витя зашёл с веранды, пахнуло табачным дымом.
— Ир, ну неужели сложно? На месяц всего. Потом освободятся, и сдашь кому хочешь.
— Потом? — Ира почувствовала, как внутри всё сжалось. — У меня сезон три месяца! Я год к нему готовлюсь!
— Семья важнее, — Галина Петровна встала и направилась к лестнице. — Покажешь, где номера? Или мы сами найдём?
Дети уже носились по коридору. Ира услышала, как на втором этаже хлопнула дверь.
Через полчаса Галина Петровна спустилась с третьего этажа, где располагался люкс для молодоженов Соловьёвых.
— Вот этот нам подойдёт, с балконом. Внуки будут на воздухе.
— Мама, это люкс! Там бронь на два месяца вперёд!
— Ну и что? Отмени. Скажешь, форс-мажор.
Ира набрала номер Соловьёвых. Сбросила. Посмотрела на Витю, который разбирал чемоданы в номере напротив кухни.
— Ты хоть что-то скажешь?
— Ир, ну они ненадолго, — он даже не поднял головы. — Потерпи.
Лена вышла на веранду с полотенцами для бассейна.
— Ир, а бассейн у тебя бесплатно? Или для своих тоже деньги дерёшь?
— Для постояльцев включено в стоимость, — Ира сжала кулаки.
— Вот и славно! Дети покупаются. Витёк, тащи надувной круг!
В час дня приехали Кравченко. Супруги лет пятидесяти, усталые с дороги. Ира встретила их у калитки.
— Здравствуйте, проходите. Только у нас небольшая заминка с номером...
— Какая заминка? — Кравченко достал телефон с подтверждением брони. — Мы за неделю заплатили, я скриншот сохранил.
— Понимаете, родственники приехали...
— Ваши родственники — наши проблемы? — женщина посмотрела на Иру так, будто та предложила им ночевать в сарае. — Либо номер, либо возврат денег и компенсация за билеты.
Галина Петровна выглянула из окна второго этажа.
— Ирочка, ты чего там с чужими людьми шепчешься? Иди лучше обед готовь, дети проголодались!
Кравченко развернулись и ушли. Ира перевела им деньги обратно, дрожащими пальцами набирая сумму. Минус сорок тысяч. Плюс скандальный отзыв, который появился через десять минут.
Соловьёвы прислали сообщение: "Мы уже на вокзале, через два часа будем".
Ира поднялась на третий этаж. Галина Петровна уже расставила на полках свои кремы, дети прыгали на кровати.
— Мам, вам придётся переселиться. Сюда едут молодожёны, они три месяца назад бронировали.
— Да ну? — свекровь даже бровью не повела. — Скажешь, что номер затопило. Или ещё что-нибудь придумай, ты ж умная.
— Я не буду врать клиентам!
— Тогда проблема твоя, а не наша.
Вечером Лена устроила барбекю. Развела костёр прямо на газоне, где Ира полгода выращивала английскую траву. Дети бегали с шашлыками, капая жиром на тротуарную плитку.
— Лен, здесь нельзя! У меня постояльцы жалуются на дым!
— Какие постояльцы? — Лена перевернула мясо. — Тут же никого нет, ты всех выгнала.
Соловьёвы приехали в восемь вечера. Молодая пара, платье невесты ещё белело в чемодане. Ира вышла к ним с красными глазами.
— Ваш номер занят моими родственниками. Могу предложить соседний, чуть меньше, но с тем же видом...
— Нам нужен люкс, — жених посмотрел на неё жёстко. — Это свадебное путешествие. Мы не для того копили год, чтобы ночевать в каморке.
— Я верну деньги...
— Деньги? — невеста всхлипнула. — Мы отпуск взяли! Билеты купили! Я родителям обещала фотографии с балкона!
Витя вышел с шампуром в руке.
— Ир, ты чего шумишь? Дети спать ложатся.
— Дети? — Ира развернулась к нему. — Твои племянники носятся тут до полуночи, твоя мать командует, как в своём доме, а ты... Ты вообще на чьей стороне?
— Не ори, — Витя махнул рукой. — Они родня, потерпишь.
— Я четыре года этот дом строила! Я кредит плачу! Я репутацию зарабатываю!
— На моих деньгах строила, — Галина Петровна вышла на веранду. — Или забыла, кто двести тысяч дал?
— Я их вернула! Полтора года назад! С процентами!
— Проценты? — свекровь скривилась. — Значит, мы теперь чужие, да? Ты нас за постояльцев считаешь?
Соловьёвы стояли у калитки с чемоданами. Ира видела, как парень обнимает плачущую девушку.
— Знаете что, — она медленно подошла к веранде, — забирайте ваши шашлыки, баулы и сматывайтесь. Немедленно.
— Ты что, обалдела? — Витя уставился на неё.
— Нет. Впервые за три года я в своём уме.
Ира зашла в дом, достала из шкафа все вещи Галины Петровны и вынесла их на веранду. Кремы, тапочки, халат в цветочек — всё полетело в сумку.
— Ты что творишь?! — свекровь попыталась схватить её за руку.
— Отпустите, — Ира отстранилась. — Или вызову полицию за незаконное проживание.
— Витя! Ты видишь, что твоя жена делает?!
Витя стоял с шампуром, растерянно переводя взгляд с матери на Иру.
— Ир, может, не надо так...
— Надо, — она занесла последний чемодан Лены к калитке. — Вы приехали без предупреждения, заняли оплаченные номера, выгнали моих клиентов. Вы считаете, что я вам должна за двести тысяч, которые я вернула. Знаете что? Я никому ничего не должна.
— Ты выгоняешь нас на улицу? — Галина Петровна схватилась за сердце. — Меня, больную женщину, внуков маленьких?
— В посёлке пять гостиниц. Платите, как все нормальные люди.
Ира развернулась к Соловьёвым, которые так и стояли у калитки.
— Ваш номер готов. Проходите, пожалуйста. Завтрак с восьми до десяти, в стоимость включено.
Невеста неуверенно шагнула вперёд. Жених взял чемоданы.
— Витя, собирайся, — Галина Петровна стянула с руки обручальное кольцо и швырнула ему под ноги. — Такой жене ты больше не нужен.
— Вы правы, — Ира подняла кольцо и протянула Вите. — Забирай. И мать свою забирай тоже.
Через полчаса родня уехала на такси, громко возмущаясь и обещая больше ноги сюда не ставить.
Ира закрыла калитку, вернулась в дом и увидела в зеркале холла свое отражение. Усталое, но впервые за долгое время — свободное.
— Добро пожаловать, — она улыбнулась Соловьёвым. — Теперь это точно ваш дом.