На обеде бы мне было совсем грустно, если бы меня не веселил Витёк, а ему надо было меня веселить. Потому что я тоже была его вечерней таблеткой от грусти. Поэтому он меня убедил в том, что потерпеть мне придется буквально час, потому что за час всем будет понятно, что Марина тупая. Просто потому что за час в экспедиции, если не выпускать машины, создаётся натуральный коллапс. Мы же не только свои машины грузим, но еще и сторонние организации, поэтому коллапса конечно не допустят. Я конечно сильно надеялась на то, что Витькины прогнозы верны, но все равно мне не нравился этот эксперимент, просто потому, что в нем участвовала я.
В экспедицию из столовой мы шли с Ольгой Карасовой. Она тоже заверяла меня в том, что поддержит меня, и будет помогать изо всех сил. И да, Ольга была единственная реальная помощница, потому что у нее так же легко было с цифрами , как у меня. И навык у нее был каждодневный, как и у меня, поэтому у нас двоих все и шло на ура, когда нам никто не мешал. Света, которую мне пообещали на подмогу, была тоже профессионал, но она работала на весах, там не надо было никуда торопиться. Поэтому она даже привыкнуть к нашему темпу не успеет, как все закончится. По этой причине ее помощь мне в тот момент казалась вообще бессмыссленной.
К часу собрались участники фестиваля. Я, Хризантема, Ольга, Наталья Игнатьевна, и Валентина Игнатьевна. Посторонних в контору не запускали, только бумаги забирали. И экспедиторы и водители грелись в машинах, зима же на улице. Поэтому почти все машины, стоящие у платформы, работали. Дышать на платформе было нечем, да и в нашей каморке пахло не тем, чем надо. Ровно в час мы приступили. Я, в глубине души, уверенная в том, что Маринка тупая, теперь ей объясняла суть нашей работы, попутно этой самой работе. К тому же мне сразу приходилось объяснять ей, как работать на счетах. А счеты, кто на них работал понимают, что это натуральный квест для новичка. А если нужна скорость, то это просто засада.
Должна отметить, что первые полчаса Маринка изо всех сил пыталась что то понять. А потом у нее просто отключился мозг, и она изо всех сил старалась держать лицо. Ну хоть как то соответствовала. А я за это время выпустила на свободу две машины, и предложила Маринке третью машину отписать самостоятельно. У нее не было вариантов. Я ей помогать не собиралась, просто делала вид, что контролирую. А на самом деле наблюдала за Валентиной Игнатьевной. И мне казалось, что до сегодняшнего дня она даже не предполагала, как работают отписчики в экспедиции. У нее на лице было написано недоумение.
Я смотрела на нее и понимала, что она то для себя уже решила, что вот она так не сможет, ни со стажировкой, ни без стажировки. Но она из последних сил надеялась, что Маринка это осилит только потому, что здесь сидит она, и ее стимулирует. А Маринка по умолчанию не могла это осилить. У нее было плохо с математикой, со счетами у нее было совсем никак, поэтому стимулировать ее было бесполезно. Она заполнила шапку фактуры, переписала ассортимент, который был погружен в эту самую машину и на этом самом моменте случился стоп кадр. Дальше она не знала что делать, и к тому же не умела. Я откинулась на спинку стула и наблюдала за ней, Наталья Игнатьевна, как я поняла, засекла время.
И если наши машины были в курсе того, что происходит в экспедиции, то левые водители не понимали, а почему это их так тихо обслуживают, и попросту долбились сначала в закрытую дверь, а потом в окно, и в итоге начинали кричать:"Наталья Игнатьевна, а сколько ждать то еще? Я в восемь часов к платформе встал, до сих пор выехать не могу". Ведь Наталью Игнатьевну прекрасно было видно в окно, и наверное всем казалось, что эта самая Наталья Игнатьевна ничего не делает. Так выглядела со стороны ее поза на стуле. Расслабилась, понимашь, ногу на ногу закинула, а работа стоит.
Ну и конечно, у Натальи Игнатьевны у первой лопнуло терпение. Ведь она то уже давно сделала соответствующие выводы. И терпела она это все так долго, потому что начальство требовало. Но и у нее наконец то терпелка сломалась. К тому же и в текущий момент, машины плохо или хорошо, но грузились, а выехать им не давали. Просто потому что не хотели верить на слово тому, кто изучил процесс работы экспедиции от и до. И вот сейчас был показательный номер, но никто не торопился сделать вывод. Поэтому Наталья Игнатьевна встала:" Вы что хотите думайте, а мне все понятно. Я пошла работать, и не забывайте, что до конца рабочего дня осталось три с половиной часа". Дверь хлопнула. Я встала и попросила Маринку освободить моё рабочее место
Поддержать канал 2202208070220844