Найти в Дзене

Я невольно подслушала разговор мужа со свекровью через невыключенную радионяню: их разговор застал меня врасплох. Я приняла решение: бежать

Я, Елизавета, 30 лет, стояла у окна, вглядываясь в сумрак осеннего сада. Каштановые волосы, обычно собранные в строгий пучок, сегодня волнами рассыпались по плечам. В глубине карих глаз, обычно лучистых и открытых, таилась тревога, словно чернильное пятно, расползающееся по чистому листу. В руках дрожала кружка с остывшим чаем – слишком многое сегодня пошло не так. Мой муж, Артем, 35 лет, был воплощением успеха и надежности. Высокий, спортивный, с пронзительными голубыми глазами и волевым подбородком. Он казался скалой, за которой можно укрыться от любых невзгод. Успешный архитектор, любящий отец и заботливый муж… по крайней мере, так казалось со стороны. Его мать, Инга Петровна, внушительная дама лет шестидесяти, с серебристыми волосами, уложенными в безупречную прическу, и острым, проницательным взглядом. Она никогда не упускала возможности подчеркнуть свое превосходство, свою образованность, свой вкус. В наших отношениях всегда ощущалось напряжение – под маской любезности скрывалась

Я, Елизавета, 30 лет, стояла у окна, вглядываясь в сумрак осеннего сада. Каштановые волосы, обычно собранные в строгий пучок, сегодня волнами рассыпались по плечам. В глубине карих глаз, обычно лучистых и открытых, таилась тревога, словно чернильное пятно, расползающееся по чистому листу. В руках дрожала кружка с остывшим чаем – слишком многое сегодня пошло не так.

Мой муж, Артем, 35 лет, был воплощением успеха и надежности. Высокий, спортивный, с пронзительными голубыми глазами и волевым подбородком. Он казался скалой, за которой можно укрыться от любых невзгод. Успешный архитектор, любящий отец и заботливый муж… по крайней мере, так казалось со стороны.

Его мать, Инга Петровна, внушительная дама лет шестидесяти, с серебристыми волосами, уложенными в безупречную прическу, и острым, проницательным взглядом. Она никогда не упускала возможности подчеркнуть свое превосходство, свою образованность, свой вкус. В наших отношениях всегда ощущалось напряжение – под маской любезности скрывалась неприязнь, словно два хищника, медленно кружащие вокруг добычи.

Вечер начался как обычно. Уложила в кроватку нашу трехлетнюю дочку, Милочку, оставила включенной радионяню, чтобы слышать, если малышка проснется, и спустилась в гостиную. Артем должен был вернуться с работы позже, и я решила провести время за чтением. Но тишину квартиры прорезал тихий треск, исходящий из динамика радионяни, оставленной в спальне Милы. Я машинально повернула регулятор громкости – и замерла.

"…я же тебе говорила, Артем! Она становится невыносимой! Эта ее наивная доброта, это ее стремление всем угодить… Она разрушает тебя!" – голос Инги Петровны был полон яда.

Мое сердце бешено заколотилось. О ком они говорят? Обо мне? Случайность ли то, что радионяня была включена?

"Мама, перестань. Лиза – моя жена. Я ее люблю," – ответил Артем. Но в его голосе прозвучала усталость, какая-то обреченность.

"Любишь? Ты уверен, что любишь ее, а не образ, который ты себе придумал? Она же совершенно не из твоего круга! Она простовата, наивна, не умеет держать себя в обществе… Артем, ты достоин большего!"

Наступила давящая тишина. Я почувствовала, как к горлу подступил ком. Неужели все эти годы она так ко мне относилась? Неужели Артем согласен с ней?

"Мам, не говори так. Лиза – хорошая мать. Она очень любит Милочку," – Артем пытался оправдаться.

"Милочку? Да, она любит Милочку. Но любит ли она тебя? Ты уверен, что она не вышла за тебя только из-за твоего положения, из-за твоих денег? Ты забыл, кто ее отец? Провинциальный учитель, который еле сводит концы с концами…"

Тут моя кровь похолодела. Что она такое говорит? Что она знает о моем отце?

"Мам, не неси чушь. Какое это имеет значение? Я сам сделал свой выбор," – огрызнулся Артем.

"Выбор? Ты думаешь, это выбор? Артем, очнись! Она тянет тебя назад! Она не дает тебе развиваться! Ты обязан думать о своей карьере, о своем будущем! А она… она только мешает тебе!" – голос Инги Петровны звенел от гнева.

Вновь наступила тишина. Я стояла, как громом пораженная, не в силах поверить в то, что слышала. Неужели все это время я жила в обмане? Неужели все эти годы Артем и его мать плели за моей спиной интриги?

Я вспомнила нашу первую встречу с Артемом. Я работала в небольшой галерее, он пришел выбирать картины для своего нового проекта. Он был уверен в себе, обаятелен, остроумен. Он покорил меня своим талантом, своей энергией, своей любовью к прекрасному. Я влюбилась в него без памяти. Мне казалось, что он – моя родственная душа.

Потом – стремительный роман, предложение руки и сердца, роскошная свадьба. Я оставила работу, чтобы посвятить себя семье, чтобы поддерживать мужа в его начинаниях. Я всегда старалась быть идеальной женой, идеальной хозяйкой, идеальной матерью. Но, видимо, мои старания были напрасны.

Внезапно из радионяни донеслось:
"И еще об этом. Есть одна возможность избавиться от нее, но ты должен будешь мне помочь."

Я застыла. О чем они говорят? Избавиться от меня?

"Мам! Не говори глупости. Я никого убивать не собираюсь."

Но в голосе Артема слышалось: он не шокирован. Он ожидал этого? Знает о чем она?

"Убивать? Кто говорит об убийстве. Мы можем сделать так, что она сама уйдет. У нас есть компромат."

Компромат? Тут я вспомнила странное поведение отца после свадьбы. Он стал замкнутым, просил денег, а как то раз пришел пьяный и говорил о каком-то долге перед Артемом. Неужели и тут меня обманывали?

"Мам, что это значит?"

"Ты же знаешь ее отца? Он много лет назад ввязался в одну историю. Так вот, если мы расскажем Лизе об этом, то она сама уйдет. Она же не сможет жить с этим позором. А уж мы сделаем так, чтобы она не смогла забрать Милу."

Ком подкатил к горлу, а живот скрутило от безысходности. Они обсуждали мою судьбу, как вещь. Презирали за происхождение, за отца, за прошлое. Но теперь я знаю правду. Теперь я знаю – у меня нет будущего в этом доме.

Внезапно раздался щелчок, и радионяня выключилась. Они закончили разговор. Но для меня он только начинался. В голове билась только одна мысль: "Спасать Милу. Спасать себя."

Я поднялась с кресла, вытерла слезы и решительно направилась в спальню. В зеркале я увидела бледное, искаженное лицо. Но в моих глазах горел огонь. Огонь ярости и отчаяния. Они недооценили меня. Они думали, что я слабая и безвольная. Но они ошибались. Я боролась за свою жизнь , за свою дочь.

Я достала старый дорожный чемодан и начала собирать вещи. Не свои – Милочки. Ее любимую плюшевую зайчиху, несколько платьев, теплый комбинезон. Расческу, книжку со сказками, даже тот ночничок в виде месяца, который она так любила. Мои вещи подождут. Главное – увезти Милу подальше от этих чудовищ.

Куда я поеду? Я не знала. Но я знала, что не могу оставаться здесь. Не могу позволить им разрушить мою жизнь и жизнь моей дочери.

Я услышала, как открылась входная дверь. Артем вернулся. Я похолодела.

"Лиза, ты еще не спишь?" – спросил он, входя в гостиную. Он был приветлив, как обычно. Словно ничего не произошло.

Я посмотрела на него в упор. В его глазах я увидела фальшь. Он лгал мне прямо в лицо.

"Я все слышала, Артем," – тихо сказала я.

Он побледнел. Улыбка сползла с его лица. "Что ты имеешь в виду?" – пробормотал он.

"Я слышала твой разговор с мамой. Я знаю все," – мой голос дрожал, но был твердым.

Артем сделал шаг ко мне, попытался обнять. Я отшатнулась.

"Лиза, это неправда. Ты все неправильно поняла," – он попытался оправдаться.

"Не трогай меня, Артем. Я не верю ни одному твоему слову. Ты никогда не любил меня. Ты всегда считал меня недостойной тебя. Ты презирал меня," – я с трудом сдерживала слезы.

"Это не так! Я люблю тебя! Я люблю Милочку! Мы семья!"

"Семья? Какая же это семья, если вы готовы меня уничтожить? Вы готовы разрушить мою жизнь? Вы готовы лишить меня дочери?"

В глазах Артема мелькнула растерянность. Он понял, что все кончено.

"Что ты собираешься делать?" – спросил он тихо.

"Я ухожу, Артем. Я ухожу и забираю Милочку с собой," – я ответила твердо, хоть внутри все дрожало.

"Ты не имеешь права! Мила – моя дочь! Я не позволю тебе ее забрать!" – в его голосе зазвучала угроза.

"Она – моя дочь тоже. И я сделаю все, чтобы защитить ее от вас. Я не позволю вам сломать ее жизнь," – я подняла голову. Нужно быть сильной. Ради Милочки.

Я пошла в детскую, Артем последовал за мной. Он пытался остановить меня, хватал за руки, умолял. Но я была непреклонна.

Я взяла спящую Милочку на руки, закутала в одеяло и понесла к выходу. Артем пытался вырвать ее у меня, но я крепко держала дочь. Словно хищник, защищающий свое дитя.

Выбежав из дома, я села в первое попавшееся такси и назвала адрес вокзала. Мне нужно было уехать как можно дальше от этого проклятого места.

Всю дорогу я смотрела в окно, на мелькающие огни ночного города. Слезы ручьем текли по щекам. Я не знала, что меня ждет впереди. Но я знала, что должна выжить. Ради себя и ради своей дочери. И я отомщу. Я еще покажу им, чего я стою.

В кармане завибрировал телефон. Номер Артема. Я сбросила вызов. Я не хочу его слышать. Я не хочу больше ничего знать о нем и о его семье.

Я начала новую жизнь. С чистого листа. И я сделаю все, чтобы моя дочь была счастлива. Чтобы она никогда не узнала, как жестоко и подло поступил ее отец.

P.S. Друзья, если вас зацепила эта история, ставьте лайки, пишите комментарии и обязательно подписывайтесь на мой канал! Здесь вас ждут еще более захватывающие и непредсказуемые истории из жизни. Не пропустите новые публикации!
И главный вопрос: а что бы сделали вы на месте героини? Напишите в комментариях! Мне очень важно ваше мнение. Вместе мы сила!