Пассажир забрался на заднее сиденье в половине одиннадцатого вечера. Пробормотал адрес. Откинулся и закрыл глаза.
Я подумал: устал человек. Бывает.
Поехал по адресу. Минут двадцать пути.
В салоне тихо. Только шум колёс и гул мотора.
Я глянул в зеркало. Мужик спал. Голова на бок, рот приоткрыт.
Ничего необычного. Люди часто дремлют в такси.
Приехали. Я остановился у нужного дома.
Сказал: мужчина, приехали.
Он не шевельнулся.
Я повторил громче: всё, ваша остановка.
Тишина.
Я обернулся. Посмотрел на него внимательнее.
Он спал так глубоко, что даже не дышал, казалось.
Нет, дышал. Грудь поднималась. Медленно, ровно.
Но не просыпался.
Я потянулся назад. Тронул его за плечо.
Мужчина, вставайте. Приехали.
Никакой реакции.
Я потряс сильнее. Эй, вставайте!
Он даже не застонал. Просто спал.
У меня в груди что-то сжалось.
Я вышел из машины. Открыл заднюю дверь.
Наклонился к нему. Потряс за плечо ещё раз.
Мужик! Хватит спать! Приехали!
Ничего.
Я попробовал взять его за руку. Поднять. Рука была тяжёлая, безвольная.
Он не просыпался.
Запах изо рта был. Не алкоголь. Что-то другое. Не мог понять что.
Я стал нервничать.
Полез в его карман за телефоном. Нашёл. Экран чёрный. Нажал кнопку. Мёртвый.
Полез в другой карман. Искал кошелёк, документы.
Ничего. Пусто.
Только ключи на связке.
Я выпрямился. Посмотрел на дом.
Это тот адрес, который он назвал. Обычная девятиэтажка.
Но какая квартира? Он не говорил.
Я снова тряс его. Сильнее. Почти грубо.
Мужик, ну вставайте же! Мне надо ехать дальше!
Бесполезно.
Я достал свой телефон. Хотел вызвать... кого? Скорую? Но он же дышит. Просто спит.
Стоял, не зная, что делать.
Вдруг увидел: из подъезда выходит женщина с собакой.
Я шагнул к ней.
Извините, вы тут живёте?
Она остановилась настороженно. Да.
Я показал на машину: вот мужчина, заказал такси сюда, заснул в дороге. Не могу разбудить. Может, вы его знаете?
Она подошла. Посмотрела в открытую дверь.
Лицо у неё изменилось.
Она сказала тихо: это Игорь. С пятого этажа.
Я выдохнул. Слава богу. Значит, правильный адрес.
Спросил: может, позовём кого-то? Жену, родных?
Она покачала головой. Жена уехала к маме. Недели две назад. Он один там.
Я растерялся. И что делать?
Она помолчала. Потом: давайте вместе попробуем его поднять. Доведём до квартиры.
Я кивнул.
Мы вдвоём вытащили его из машины. Он был тяжёлый, но не огромный.
Встал на ноги, опираясь на нас. Глаза закрыты. Ноги еле переставлял, как автомат.
Женщина взяла ключи из моей руки. Открыла подъезд.
Мы затащили его в лифт. Поехали на пятый.
Она всю дорогу молчала. Лицо каменное.
Вышли на площадку. Она ключом открыла дверь квартиры.
Мы завели его внутрь. В прихожей пахло застоявшимся воздухом и немытой посудой.
Дотащили до дивана в комнате. Уложили.
Он сразу свернулся калачиком. Продолжал спать.
Женщина выпрямилась. Посмотрела на него сверху вниз.
Сказала устало: спасибо. Я тут посижу. Прослежу.
Я спросил осторожно: а что с ним?
Она вздохнула. Таблетки пьёт. Сильные. От депрессии. Когда выпьет лишнего — вот так вырубается.
Я молчал.
Она продолжала: жена не выдержала. Ушла. Говорит, устала бороться. А он ещё глубже ушёл в себя. Днями на работе, вечером таблетки и сон.
Я посмотрел на мужика. Он спал, ничего не слыша.
Женщина достала из сумки телефон. Я сейчас его жене напишу. Пусть знает хотя бы, что он дома.
Она набрала сообщение. Отправила.
Посмотрела на меня: за такси сколько?
Я назвал сумму.
Она достала из кошелька. Отсчитала. Дала мне.
Я взял деньги. Попрощался. Вышел.
Спускался по лестнице. Слышал, как она закрывает дверь на ключ изнутри.
Сел в машину. Уехал.
Всю дорогу до следующего заказа думал об этом мужике.
Человек едет домой в такси. Засыпает так глубоко, что его невозможно разбудить.
Таблетки от депрессии. Жена ушла. Он один в пустой квартире. И засыпает так, что мир перестаёт существовать.
Может, это единственный способ не чувствовать. Просто отключиться.
Я вспомнил запах в квартире. Несвежий. Как будто там давно никто не убирал, не проветривал.
Вспомнил женщину-соседку. Как она молча набирала сообщение жене. Которая ушла, устала бороться.
А он остался один. С таблетками и глубоким сном, из которого не выходишь, даже когда тебя трясут.
Я включил следующий заказ. Поехал забирать пассажира.
Обычная ночь. Обычная работа.
Но тот мужик не выходил из головы.
Через три дня я случайно проезжал мимо того дома. Притормозил. Посмотрел на окна пятого этажа.
Не знаю, какие именно его. Но смотрел.
Интересно, проснулся ли он той ночью? Вспомнил ли, как ехал в такси? Узнал ли, что соседка привела его домой?
Написала ли ему жена?
Или он снова выпил таблетки, лёг спать и отключился от всего.
Я не узнаю. Больше он мне не попадался.
Просто пассажир, который заснул в дороге. Которого я не смог разбудить.
С тех пор, когда кто-то засыпает на заднем сиденье, я начинаю нервничать. Проверяю в зеркале — дышит ли, шевелится ли.
И когда подъезжаем к адресу, бужу заранее. За пять минут до остановки.
Говорю громко: скоро приедем. Просыпайтесь.
Потому что не хочу снова стоять у открытой двери и трясти человека, который не реагирует. Искать в карманах телефон, который разряжен. Гадать, что с ним и кому звонить.
Не хочу заходить в чужую пустую квартиру, где пахнет одиночеством и застоявшейся болью.
Иногда люди спят в такси просто от усталости. А иногда — чтобы хоть на двадцать минут исчезнуть из жизни, которая стала невыносимой.
И ты везёшь такого человека, не зная, что в его голове. Не зная, вернулась ли жена, помогла ли соседка, нашёл ли он силы встать с того дивана.
Просто везёшь. А потом отпускаешь в его пустую квартиру. И уезжаешь дальше.
Как думаете, вернулась ли к нему жена после того сообщения от соседки, или он так и остался один с таблетками и молчанием?
Коллеги в таксопарке, когда я рассказал эту историю, разделились: одни говорят, что я правильно сделал, помог человеку, а другие крутят пальцем у виска — мол, связался с чужими проблемами, ещё неприятности получишь, а диспетчер Марина только вздохнула и сказала: "Люди сломанные везде. Мы просто их перевозим из точки А в точку Б. Чинить — не наша работа."