Представьте себе писателя, который потратил семнадцать лет на книгу о событиях одного-единственного дня. Представьте человека, который был настолько близорук, что перенёс более двадцати операций на глазах, но при этом видел литературу так ясно, как никто до него. Сегодня, 2 февраля, исполняется 144 года со дня рождения Джеймса Джойса — ирландца, который перевернул представление о том, что вообще может быть романом, и заодно свёл с ума несколько поколений литературоведов.
Джойс — это тот парень, после которого писать «нормально» стало как-то неприлично. Он взял английский язык, встряхнул его как коктейль и подал в совершенно новой форме. И если вы думаете, что «Улисс» — это просто толстая книга про мужика, который гуляет по Дублину, то вы драматически недооцениваете масштаб безумия этого человека.
Родился наш герой в 1882 году в Дублине, в семье, которая знала лучшие времена. Отец Джойса был весёлым выпивохой, который умудрился промотать приличное состояние и оставить семью с десятью детьми в относительной бедности. Именно от папаши Джеймс унаследовал две вещи: любовь к хорошим историям и умение влезать в долги. Мать была набожной католичкой, и религия в семье Джойсов присутствовала в таких количествах, что юный Джеймс получил от неё стойкое отвращение к церкви на всю жизнь.
Образование Джойс получил у иезуитов — и надо отдать им должное, учили они качественно. Латынь, греческий, философия, теология — всё это потом всплывёт в его текстах с такой частотой, что читатели будут хвататься за энциклопедии. Но самое главное, что дали иезуиты — это дисциплину мысли и умение строить сложные конструкции. Без этого «Улисс» был бы просто кучей слов.
В двадцать два года Джойс совершил поступок, который определил всю его жизнь: он сбежал из Ирландии с женщиной по имени Нора Барнакл. Нора была горничной из Голуэя, малообразованной, но чертовски практичной. Она не читала книг своего мужа — и, честно говоря, правильно делала, потому что «Улисс» способен разрушить любые отношения. Но именно она стала прототипом Молли Блум и её знаменитого монолога, который заканчивается словом «да», повторённым столько раз, что это уже похоже на мантру.
Первый серьёзный удар Джойс нанёс литературному миру в 1914 году, опубликовав «Дублинцев» — сборник рассказов, который издатели отвергали десять лет. Почему? Потому что Джойс отказывался убирать названия реальных пабов и магазинов, а также некоторые слова, которые викторианская мораль считала неприличными. Слово «кровавый» в то время было почти ругательством. Представляете, какой скандал вызвал бы «Улисс», если бы его начали читать сразу?
«Портрет художника в юности» вышел в 1916 году и показал миру, что Джойс умеет не просто рассказывать истории, а залезать в голову персонажа и показывать, как там всё устроено. Поток сознания — техника, которую он позже доведёт до абсолюта — здесь уже присутствует, но ещё в приручённом виде. Это как демо-версия перед полноценным релизом безумия. Читать далее ->
#Джеймс_Джойс #Улисс #Дублинцы #модернизм #ирландская_литература #поток_сознания #Блумсдэй #Портрет_художника_в_юности #литература_XX_века #день_рождения_писателя