15 (27 н.ст.) января 1826 года в селе Спас-Угол Тверской губернии в семье потомственного дворянина и купеческой дочери родился Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. Человек, всю сознательную жизнь посвятивший разоблачению злоупотреблений и преступлений, творившихся в тогдашней России. И активной борьбе с ними.
В русской литературе найдётся немного писателей, которых ненавидели бы так сильно и упорно, что ненавистью были пропитаны даже некоторые посвящённые ему некрологи.
Салтыков-Щедрин закончил Царскосельский лицей и Московский дворянский институт. Одно время вместе с Плещеевым, Достоевским и другими будущими знаменитостями посещал знаменитые "пятницы" Михаила Петрашевского. Раз в неделю прогрессивно настроенная молодёжь обсуждала то, что Щедрин позже назовёт "свинцовыми мерзостями русской жизни". Искала пути к переустройству мира на новых, разумных, гуманных началах. Сам Салтыков был тогда сторонником идей утопического социализма в духе Фурье и Сен-Симона. К этому же времени (1848 год) относятся первые литературные опыты начинающего сатирика - повести "Противоречия" и "Запутанное дело". Ничего особо "возмутительного" власти в них не нашли, поэтому Щедрин отделался ссылкой на службу в Вятку. Здесь, а позже в Твери и в Рязани писатель имел прекрасную возможность наблюдать жизнь российской глубинки во всех её проявлениях и оттенках, которых тогдашняя образованная публика не замечала.
Службу в Вятке Салтыков начал переписчиком, но позже вице-губернатор Костливцев, также выпускник Лицея, назначил его старшим чиновником для особых поручений. Писатель не оставлял и литературных занятий, хотя за 7 лет (именно в это время николаевский режим, напуганный чередой европейских революций, давил особенно сильно) не смог опубликовать ни строчки. Тем более что ему припомнили прежнее знакомство с Петрашевским, вызвав на допрос.
В 1856 году Салтыков-Щедрин женился на дочери отставного чиновника Елизавете Аполлоновне Болтиной, в которую был влюблён уже три года. Мать Салтыкова, раздражённая женитьбой сына на бесприданнице, уменьшила и без того скромное содержание, выделяемое ему. В своё время 15-летняя купеческая дочь и не думала скрывать, что выходит за 40-летнего графа из-за денег и титула (на который, впрочем, их дети уже не имели права). В автобиографическом романе "Пошехонская старина" Салтыков-Щедрин вспоминал, что у большинства дворовых девок передние зубы были выбиты тяжёлой матушкиной рукой. Доставалось и детям - правда, без физического ущерба, но не менее унизительно.
К сожалению, ничем, кроме впечатляющей красоты, супруга писателя не отличалась. В этом Салтыков-Щедрин с горечью убедился в первые же месяцы совместной жизни. Она была глупа, кокетлива и ничем, кроме нарядов, приёмов и заграничных вояжей не интересовалась. Забегая вперёд, скажем, что сын и дочь Салтыковых находились всецело под влиянием матери (что называется, "пошли в неё") и ничего, кроме разочарования, принести отцу не смогли. Да и не хотели. Жена, а позже и взрослеющие дети отравили писателю семейную жизнь, и их отношения чем дальше, тем сильнее приобретали формальный характер.
С 1858 по 1868 год Салтыков-Щедрин поочерёдно занимал должности рязанского и тверского вице-губернаторов, управляющего тульской, рязанской и пензенской казёнными палатами. За эти 10 лет он постоянно наблюдал (и, разумеется, разоблачал) взятки, поборы, разврат, кумовщину, прямое воровство чиновников - от письмоводителей до губернаторов и министров. За что и был прозван кем-то из них "вице-Робеспьером". Особое место в публицистике тех лет занимала подготовка и проведение крестьянской реформы. Улучшить положение бывших холопов эта реформа попросту не могла. Понимая это, писатель подробно освещал многочисленные крестьянские волнения и откровенные преступления власть имущих, сопровождавшие реформу. Также он составил несколько проектов, призванных улучшить положение освобождённых крестьян. Впрочем, на эти проекты никто не обратил внимания - их в то время в печати появлялось множество.
В 1860 году Щедрин становится членом редакции возглавляемого Н.А. Некрасовым журнала "Современник", где и публикует большинство произведений, написанных в те годы. Несмотря на некоторые разногласия с Николаем Алексеевичем, Щедрин сотрудничает в "Современнике" вплоть до его закрытия в 1866 году.
Находясь на высоких постах государственной службы, писатель, как мог, пытался навести хотя бы подобие порядка во вверенных ему губерниях и казённых палатах. Бесчисленные в первые пореформенные годы тяжбы крестьян с помещиками Салтыков-Щедрин всеми силами старался обернуть на пользу неимущих. Давал работу ранее уволенным чиновникам, казавшимся порядочнее других. Разумеется, кардинально повлиять на ситуацию щедринские усилия не могли, но многие крестьяне благодаря его стараниям освободились от непосильных налогов, от захватов их земель нарождавшимися кулаками. Подведомственные Салтыкову чиновники, уличённые в воровстве и взятках, моментально лишались места. Некоторые из них, имея высоких покровителей, пытались воздействовать на принципиального начальника, в том числе и подкупом. Разумеется, безрезультатно. "Благодаря своим начальственным должностям удалось хоть немного расчистить авгиевы конюшни, об истинном размахе и цинизме которых большинство русских людей даже отдалённого представления не имеют" - писал сатирик, уже будучи в отставке.
Тем временем в общественно-политической жизни страны происходили значительные перемены. Если в первые годы после отмены крепостного права Александр II смотрел на проявления "либерализма" сквозь пальцы, то в дальнейшем принялся всё туже "закручивать гайки". Поводы были: большинство граждан России если и не ясно поняли, то смутно догадывались о сущности реформы и будущем характере порядков в пореформенной державе.
Недовольство проявлялось возникавшими то тут, то там крестьянскими волнениями. Летом 1862 года в Петербурге произошёл страшный пожар, продолжавшийся несколько дней и нанёсший столице огромный ущерб. Причину пожара установить не удалось, зато появился прекрасный повод для обвинения в поджоге "длинноволосых нигилистов". Когда же в апреле 1866 года на Александра II совершил покушение Д.В. Каракозов, остатки былых вольностей исчезли без следа. Режим перешёл к открытой реакции и, конечно же, это сполна ощутили на себе писатели, публицисты и общественные деятели. Салтыков-Щедрин всё чаще прибегает к иносказаниям, эзопову языку, полупрозрачным намёкам между строк, которые стали его фирменными приёмами и в которых гениальный сатирик достиг непревзойдённого мастерства.
В марте 1868 года царь увольняет Салтыкова-Щедрина в отставку с пожизненным запрещением занимать какие-либо государственные должности. А в сентябре того же года писатель становится членом редакции нового некрасовского журнала "Отечественные записки". Писатель живо откликался на все значимые события - от крестьянских бунтов до Парижской Коммуны. Разумеется, он продолжал писать и беллетристику. Его роман "Господа Головлёвы" стал подлинной сенсацией. Однако и цензура не дремала. Из творений авторов "Отечественных записок" вырезались целые главы, некоторые произведения запрещались вовсе. Раз в несколько месяцев непременно конфисковывался уже отпечатанный тираж, на редакцию налагались солидные штрафы, которые Некрасов и Щедрин выплачивали из своих средств. Не прекращались грубые нападки на журнал со стороны реакционных изданий.
Резко ухудшалось состояние здоровья писателя. В 1875 году по настоянию врачей он с женой выехал на лечение в Баден, затем провёл несколько месяцев в Париже. С годами присутствие жены раздражало его всё больше, хотя в Париже он, по собственным словам, "отдохнул несколько недель душой, пока благоверная бегала по магазинам".
Вернувшись в 1876 году в Россию, Салтыков неожиданно обнаружил, что смертельно больной Некрасов справляется с обязанностями редактора и издателя из последних сил. Его письма Щедрину были полны оптимизма и юмора - Некрасов не хотел лишний раз расстраивать своего ближайшего друга и коллегу, который и сам был серьёзно болен. Щедрину пришлось практически полностью взять на себя ответственность за дальнейшую жизнь "Отечественных записок", оставшихся к тому времени практически единственным прогрессивным изданием в России.
После казни Александра II народовольцами наступил период открытой, ничем более не сдерживаемой реакции. Великий сатирик, как мог, тянул на себе "Отечественные записки", материально помогал начинающим талантам, воевал с цензорами чуть ли не за каждый абзац. Несмотря ни на что, в завуалированной донельзя форме обличал существующие порядки, душившие всё живое и прогрессивное в стране. Тяжело больной, сутками пропадал в редакции.
20 апреля 1884 года грянул неизбежный гром. Было созвано специальное совещание министров внутренних дел, просвещения, юстиции и обер-прокурора Святейшего Синода, на котором единогласно прозвучало решение: "Журнал закрыть!".
У писателя было такое ощущение, будто умер самый близкий человек. На него, привыкшего к постоянному напряжённому труду, общению с множеством людей, навалилось одиночество. Жену можно было не принимать в расчёт - её, как и взрослеющих детей, волновали только наряды, балы и прочая "красивая жизнь в обществе". Лишь визиты немногих оставшихся друзей скрашивали жизнь Щедрина. Помимо физических недугов начали сказываться и душевные: болезненная мнительность, крайняя раздражительность, мучительная бессонница. Когда знаменитого врача и близкого друга писателя Сергея Петровича Боткина спрашивали, чем же всё-таки болен Щедрин, он неизменно отвечал: "легче перечислить, чем он не болен". Но даже в самые тяжёлые дни великий писатель не оставляет литературный труд: из-под его пера выходят "Мелочи жизни", "Пёстрые письма" и практически автобиографический роман "Пошехонская старина". В нём описывается детство будущего сатирика, прошедшее в родовом имении в обществе подкаблучника-отца, недалёкой и злобной матери, братьев и сестёр, которые наперебой ябедничали друг на друга. Изредка Салтыковых навещали дальние родственники, чьи семейные порядки и образ жизни мало чем отличались от их собственных. Некоторые события, описанные в "Пошехонской старине", настолько чудовищны и вместе с тем абсурдны, что писатель по ходу действия сделал такое отступление: "те, которые будут жить через 100-150 лет после нас, наверное, просто не поверят, что такое могло быть, но такое могло быть и было!". "Русский мужик беден действительно, беден всеми видами бедности, какие только возможно себе представить, и - что хуже всего - беден сознанием этой бедности". Эти слова гениального сатирика очень часто вспоминал В.И. Ленин.
И, конечно же, последние годы ознаменовались едва ли не самым знаменитым литературным трудом Салтыкова-Щедрина - циклом "Сказки". Написанные языком аллегорий (что, впрочем, не спасло некоторые из них от запрещения) "Сказки" Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина пронзительно-ясно доносят до нас, потомков, состояние тогдашней России, наиболее типичных персонажей, взаимоотношения между ними.
Приходили к знаменитому писателю и ходоки - с вопросами, просьбами, жалобами. Салтыков старался принять всех, и только в последние 2-3 недели, находясь в крайне тяжёлом состоянии, велел горничной отвечать визитёрам: "Михаил Евграфович очень занят - умирает". Затянувшаяся на несколько лет агония закончилась 28.04 (10.05 н.ст.) 1889 года.
****************************************************************************
Пусть читателя не смущает громкий заголовок статьи. Когда старые корифеи русской литературы ушли из жизни, а следующее поколение только нарождалось, на протяжении доброго десятка лет М.Е. Салтыков-Щедрин один освещал угасающим факелом своей жизни беспросветную ночь России 1880-х. Мечтая о лучшей участи для своей многострадальной родины, борясь за приближение этого будущего, Салтыков-Щедрин тем не менее писал: "Я понимаю очень хорошо, что с появлением солнечного луча призраки должны исчезнуть - но, увы! Я не знаю, когда этот солнечный луч появится".
Эпоха, в которую довелось жить нам, во многом схожа с 80-ми годами позапрошлого века. Торжество реакции, полицейщина, зажим не только критики, но вообще сколько-нибудь светлых и мудрых идей. Слащаво-лицемерные заявления, что всё налаживается, а со временем станет ещё лучше... Вот только изведём всяких мешающих, брюзжащих, несогласных и не поддерживающих...
Великий сатирик прошлого не сомневался в том, что солнечный луч появится. Не знал только, когда. В таком же положении сейчас находимся и мы. Так пусть же все неравнодушные сознательные люди соединят усилия для того, чтобы "свинцовые мерзости русской жизни" закончились как можно скорее.
В добрый час, друзья!
Идущий Вперёд
Дорогие читатели! И наш канал на Дзене и РКРП в целом существует лишь на
энтузиазме, членских взносах и помощи наших сторонников. Сейчас на канале
подключены донаты. Поэтому при желании можно поддержать нашу
деятельность своей трудовой копейкой. Спасибо!