Давайте возьмём похожий по духу и настроению романтический фильм, который мы все точно видели. Например, «Титаник». Люблю я «Титаник», извините, ничего не могу с собой поделать. На мой взгляд, в нем доходчиво и очень просто расписана драматургия и шикарно отыграны эмоции. Рассмотрим первые сцены с юной Розой (главной героиней) и ответим на вопрос, какую эмоцию должна по сценарию испытывать Роза и почему (какие события этому способствуют) и как Кейт Уинслет эту эмоцию отыгрывает.
Считается, «Титаник» — одна из величайших историй любви в кино, но на самом деле это история о свободе выбирать собственный жизненный путь, где любовь идет лишь фоном. В первой же сцене Роза четко называет тему фильма.
Сцена первая. Пирс (кстати, кадр с кораблем отзеркаленный, вы знали?).
Мы следим за взглядом девочки и замечаем богатый кортеж из трех машин. Первая — самая дорогая и презентабельная машина. Открывается дверь, рука, нога, шляпа (интрига-интрига-интрига!), и вот мы видим лицо главной героини. На лице Кейт Уинслет нет эмоций, и мы пока не понимаем, что нам чувствовать и о каких чувствах будет эта история.
Ее лицо напряжено, брови слегка сведены, и для первого кадра, представляющего персонажа, этого достаточно. Однако, в следующем же кадре Роза поворачивается к Кэлу и говорит:
— Не понимаю, из-за чего столько шума. Мне кажется, он не больше «Мавритании».
По ответу Кэла мы понимаем, что на самом деле, Роза не интересовалась ни «Титаником», ни «Мавританией», и выпалила этот упрек необдуманно. Почему? Другие герои (Кэл, мама Розы, служанка Труди, люди на причале) эмоциями показывают свое восхищение лайнером. Улыбаются, вздыхают, у них дыхание в зобу сперло, как говорится.
А Роза еще неосознанно, но выказывает легкое пренебрежение. Она хмурится, прищуривается, на лице ни тени улыбки. Она недовольна, даже зла. Почему? Мы уже подозреваем неладное, и нам тут же отвечают на вопрос, а заодно обозначают тему всего фильма.
Пожилая Роза говорит за кадром:
— Для всех он был сказочным кораблем. Мне же он казался лишь судном, на котором меня в кандалах повезут в Америку. Я старалась вести себя, как полагается благовоспитанной девушке, но мое сердце обливалось кровью.
Лицо Розы непроницаемо спокойно. Она идет в золотую клетку — замуж за нелюбимого мужчину. Растрачивать вместе с ним свою жизнь, в которой она никому по-настоящему не нужна. Все сцены в сериале подчинены выбору между личным выбором и свободой и подчинением и зависимостью. Вот почему «Титаник» — фильм о свободе. Это прежде всего человеческая драма, социальная, и только потом любовная.
Сцена вторая (примерно 27 минута). В каюте
Роза сама раскладывает по каюте дорогие ее сердцу вещи — картины. Причем какие! Картины импрессионистов и модных авангардистов, шокировавших публику тех времен (иносказательный протест). При этом она даже не знает имени художника.
Да она живет в одно время с Пикассо! Почему? Потому что Роза искусство не любит, а использует искусство как бунт. Как крошечное проявление свободы выбора. Кэлу наплевать, какие увлечения у его невесты. Для него что эти картины, что сама Роза — безделушка, красивое украшение, баловство. Способ сделать себе громкое имя. Сама же Роза делает вид, якобы ее увлечение серьезно.
— У нас с Кэлом взгляды на искусство совершенно разные.
И лицо такое сердитое! Ух! Роза намеренно выбирает то, что противоречит вкусам Кэла — это выражает для нее свободу, нарушение правил, границ и условностей. Что позволит ей, задрав носик, сказать: «У нас с ним разные вкусы». А не потому что она любит живопись и у нее принципиальная позиция.
Примерно здесь нам представляют Маргарет Браун, Непотопляемую Молли. Эта героиня важна как олицетворение того, о чем Роза подсознательно мечтает. Муж Молли случайно нашел золотые прииски, благодаря чему семья Браун разбогатела. Молли словно бы нечистая аристократка, и поэтому мать Розы отзывается о ней уничижительно. Молли же ведет себя свободно и дерзко: сама таскает чемоданы, указывает, распоряжается, позже именно она помогает бедняку Джеку не ударить в грязь лицом на богатом приеме; она будет пытаться командовать выжившими в лодке. Эта героиня нужна, чтобы подчеркнуть рабское положение Розы и показать нашей героине, что прожить жизнь можно и по-другому.
Сцена третья (примерно 32 минута). Обед
— Я этого не одобряю, Роза, — говорит ей мать, но для Розы курение — тоже способ сопротивляться, и она выдыхает дым прямо матери в лицо.
Кэл, не церемонясь, выхватывает у Розы сигарету и тушит. Молли удивляется такому поведению.
Они с Розой переглядываются (сам кадр вырезан, но Роза четко смотрит в сторону Молли), после чего Молли решает защитить Розу. Почему бизнесмен Исмей и конструктор Томас Эндрюс смолчали, а она — нет? Представьте, какие черты характера и какое прошлое должны быть у Молли, что она сходу просекла ситуацию? Какие эмоции не дали ей смолчать, вызвали в ней чувство раздражения и неловкости и подтолкнули хотя бы вскользь защитить Розу? Молли ощутила эмоцию — эмоция повлияла на ее поступок. Пока это всего лишь слова, но зрителю сразу становится понятно, что Молли умная, добрая, чувствительная, а главное, свободная в своих действиях и выборах. Ее зацепило именно пренебрежительное отношение к выбору другого человека (бесцеремонное выхватывание сигареты). Роза на этом этапе не может даже сказать ничего подобного.
— Может, ты и мясо будешь за нее резать, Кэл? — смеется Молли, в шутку укоряя жениха Розы. Нам пока лишь намекают на то, что для Розы есть альтернативный вариант — есть на свете сильные женщины, которые выбирают собственный путь. Сама она этого пока не осознаёт. Возможно, впервые в жизни ощутив толику моральной поддержки, Роза вдруг подкалывает бизнесмена Брюса Исмея, председателя компании White Star Line, пошлой шуткой про Фрейда. Смеются лишь Молли и главный конструктор Томас Эндрюс. Семья шутку не оценила. В голосе Розы звучит протест, она бросает салфетку и уходит. Сбегает.
На палубе Роза стоит, погрузившись в негативные мысли. Пассажиры радуются, гуляют, а Роза всем своим видом показывает, как ей всё здесь неприятно. Кэл убеждает «хорошую девочку» вернуться за стол.
А теперь представьте, что Кейт Уинслет не отыгрывает этих эмоций и не говорит этих фраз со скрытым негативным посылом, поверили бы мы Розе, что будущая богатая жизнь ей и впрямь не мила?
Сцена четвёртая. Ужин и палуба
Вечер. Роза вновь сидит за столом с потерянным видом. Ее чувства никому ненужны, она сама как человек никому не нужна, только как разменная монета, чтобы мама, не дай Бог, не пошла работать. На ее лице четко отражается смиренность, печаль, одиночество, брошенность; осознание потери самоуважения, самоценности.
— Я вдруг ясно представила, какая жизнь ждет меня впереди. Бесконечная вереница светских раутов, котильоны, яхты и игра в поло. Одни и те же тупые лица. Бесконечная и бессмысленная болтовня. Мне показалось, будто я на краю пропасти, из которой никто меня не вытащит. Никто даже не заметит, если я туда упаду.
Позже мы узнаем, что дело вовсе не в котильонах и яхтах, а в том, что родная мать продает дочь не просто не любимому, но тщеславному и жестокому богачу, которому за счастье унижать свою невесту, ставить ее на место, контролировать и владеть ею как вещью. Опять подчеркивается тема свободы выбирать жизненный путь, либо смирение со своей зависимостью. Роза ощутимо младше Кэла (ей семнадцать, а ему лет тридцать точно), а потому жизненного опыта у Розы нет совсем. Она не видит для себя иного пути, кроме как броситься в океан и погибнуть.
Кэйт Уинслет частично за кадром думает все эти мысли, которые складываются в последовательную цепочку, ведущую ее от состояния в первой сцене «Я старалась вести себя как благовоспитанная девушка» до состояния «Гори оно все огнем! Лучше умереть!». Однако, если бы «Титаник» был художественным текстом, писателю пришлось бы всю эту цепочку прописать и прожить.
В следующем кадре Роза уже растрепанная, заплаканная, нарушая все правила этикета, сбивая людей с ног, несется к хвосту корабля. Она задыхается рыданиями.
Останавливается, смотрит в черную даль. Она резко успокаивается. Она все решила. Подходит к заграждениям. Перелезает через перила. Она боится. И вроде бы собралась прыгнуть, и не хочет возвращаться в зал, и боится умирать. Она не самоубийца. Она отчаявшийся ребенок. Джек очень тонко это уловил (он скажет позже).
Джек осторожно подходит к Розе и просит ее не прыгать. Она пугается, что её план раскрыли, ведь она хотела умереть незаметно (гораздо позже Роза научится бунтовать не между строк и не втихаря, а публично). Сразу же угрожает, запугивает. Джек пытается взять Розу на слабо: начинает раздеваться, якобы ему тоже придется прыгать в ледяную воду, парирует каждую реплику. Прям видно, как каждая его фраза пробуждает в ней осознание, мысль и отражается на лице Кейт Уинслет.
Уговоры Джека наталкивают Розу на мысли, которые внешне меняют ее эмоции. Внезапно Джек спрашивает про Висконсин.
— Что? — поражается Роза. Она стоит на заграждении, над бездной, а он про какой-то Висконсин и подлёдную ловлю. Она злится. Он продолжает её пугать и уговаривать. Их эмоции меняются постоянно, то туда, то сюда: сомнение, раздражение, сочувствие, осознание, страх, решимость. Он подает ей руку. Она неловко поворачивается. Джек шутит, пытаясь разрядить обстановку, и помогает ей перешагнуть.
Роза уже почти осмелела, почти решилась снова жить, как случайно наступила на скользкий подол платья и сорвалась.
Ее лицо искажается ужасом. Она вопит! Зовет на помощь! Она не хочет умирать! Ясное желание жить впервые пробуждается в ней. Джек все же помогает Розе взять себя в руки и вытаскивает её. Неловкая поза приводит к следующей сцене.
Джек и Роза прожили совместный опыт — оказались в одной ситуации, и у них появились общие воспоминания, завязанные на эмоциях. Они прожили каждое мгновение этого «спасения» вместе. Теперь Джек не безразличен Розе, а она небезразлична ему. Такой же эмоциональный и событийный опыт должен проживать читатель вместе с персонажем. Все мысли и эмоции Кейт Уинслет, запечатленные на киноплёнке — физическое их воплощение, будь то нахмуренные брови, слезы, крики, вздохи, ее переживания, метания, реакции, течение мыслей, рассуждения, — становятся причинами ее решений и поступков и должны быть написаны в тексте буковками. Все события, которые приводят к возникновению этих эмоций, должны быть прописаны в тексте буковками.
Вопрос: вы сможете одной фразой сказать, о чем был рассказ моего друга? Или уже забыли? Хотите ли вы его перечитать? Изменил ли он всё-таки что-то в вашей душе?
А теперь все вместе смотрим за сборы «Титаника». Откуда такие деньжищи? Потому что «манипулирование» Кэмерона берет за душу. Мы влюбляемся вместе с Розой, противостоим жестокому жениху, веселимся и танцуем с пассажирами третьего класса, вместе с ней пытаемся выжить, храбро спасаем Джека. Вместе с Розой мы отказываемся от своего гнетущего прошлого и получаем шанс на новую, свободную жизнь. Не каждый из нас интерпретирует ситуацию по-своему, а мы загнаны в жесткие рамки именно этой истории. Зритель четко понимает, что движет героиней, почему, откуда растут корни ее трудностей, чего она хочет и как именно может это получить или что ей может помешать. Если бы не история Розы, трагедия «Титаника» не получила бы столь масштабную известность. Но мы все знаем про «Титаник» благодаря тому, что пережили трагедию вместе с Розой — мы были ограничены ее чувствами, ее воспоминаниями и событиями, которые прожила она! У каждого зрителя были одни эмоции на двоих с героиней, и к каждой эмоции привело некое событие: мысль или поступок.
Написав этот текст, я почти танцевала, окрыленная какой-то крепкой и ясной уверенностью, что сейчас-то всё точно прояснится! Но не тут то было…