Марина узнала о планах мужа случайно — из переписки в семейном чате, куда её добавили без спроса. Сообщение от свекрови светилось на экране телефона, как неоновая вывеска ночного кафе: «Маринушка, я уже купила семгу для тебя, знаю, что любишь! Две недели пролетят незаметно!»
Семгу Марина терпеть не могла. А две недели на даче со свекровью — это был её личный кошмар.
Она вошла в гостиную, где Сергей, развалившись на диване, азартно резался в какую-то стрелялку. Пальцы его порхали по джойстику.
— Серёж! Что это такое?
Она ткнула телефоном ему под нос. Сергей оторвался от экрана, глянул мельком и снова уткнулся в игру.
— А, ну да. Мама организовала. Классно же! Шашлыки, речка, грядки...
— Грядки?! Серёжа, ты совсем?
— Что «совсем»? — он поставил игру на паузу и повернулся к жене. На лице его было написано искреннее недоумение, как у ребёнка, которого ругают за съеденную конфету. — Я думал, тебе понравится. Ты же хотела отдохнуть от работы.
— Отдохнуть! — Марина присела на край дивана, потому что ноги вдруг стали ватными. — Серёжа, милый, ты представляешь, что такое две недели с твоей мамой на даче?
— Ну... отдых на природе? — он почесал затылок. — Свежий воздух, тишина...
— Тишина, — протянула Марина с кислым выражением лица. — Серёж, твоя мама встаёт в шесть утра и начинает греметь кастрюлями. В семь она уже поливает огород, распевая советские песни. В восемь она врывается в комнату с воплями: «Вставайте, лежебоки!» А ты знаешь, что она понимает под словом «отдых»?
Сергей молчал. Марина продолжала, набирая обороты, как паровоз.
— Отдых для твоей мамы — это когда ты с шести утра до девяти вечера пашешь на огороде, таскаешь вёдра с водой, потому что водопровод у них «какой-то неправильный», и варишь варенье из той самой малины, которую только что собрал с тремя ручьями пота в жару! А вечером, когда ты валишься с ног, она говорит: «Ну что вы так устали? Мы же на свежем воздухе!»
— Марин, ну ты преувеличиваешь, — Сергей попытался взять её за руку, но она отдёрнула ладонь. — Мама просто... активная. Она хочет, чтобы мы хорошо провели время.
— Хорошо провели время? — Марина вскочила. — Серёжа, в прошлый раз, когда мы были на их даче, твой отец пытался научить меня правильно сажать картошку! Он стоял над душой два часа, объясняя, под каким углом держать лопату! Я чуть не закопала его вместе с картошкой!
Сергей фыркнул, пытаясь сдержать смех.
— Не смей смеяться! — она ткнула пальцем в него. — А твоя мама! Она каждое утро заходила в нашу комнату без стука и начинала комментировать, как я застилаю постель. «Марина, милая, простынь нужно подворачивать вот так, а одеяло...» Серёжа, мне двадцать два года! Я умею застилать постель!
— Ладно, ладно, — он поднял руки в примирительном жесте. — Но я уже сказал родителям, что мы едем. Мама так обрадовалась...
— Ты сказал? — Марина замерла. — Ты сказал? Серёжа, с чего ты вообще взял, что я поеду с твоими родителями на дачу на две недели? Ты не имел права планировать мой отпуск!
Тишина. Сергей смотрел на жену с видом провинившейся овчарки.
— Марин, ну... я думал... мы же близкие люди...
— Близкие люди! — она всплеснула руками. — Знаешь, что я планировала? Я хотела поехать в Сочи. Или в Крым. Лежать на пляже, читать книжки, пить коктейли. А не полоть морковку под бдительным оком твоей мамы!
— Но деньги... — начал было Сергей, но осёкся, увидев выражение лица жены.
— Что деньги? — спросила она опасно тихо.
— Ну, поездка дорогая, а на даче бесплатно...
— Бесплатно? — голос Марины снова взлетел. — Серёжа, в прошлый раз твоя мама попросила нас привезти «кое-что». Мы притащили три сумки с провизией, пять килограмм мяса и новый инвентарь. А потом всю дорогу обратно я везла на коленях эти чёртовы кабачки!
— Они были вкусные, — робко возразил Сергей.
— Мне на них смотреть тошно! У меня до сих пор кабачковые кошмары! — Марина прошлась по комнате. — А ты помнишь историю с баней?
Сергей съёжился. Историю с баней он помнил слишком хорошо.
— Твой отец решил, что я должна попариться «по-настоящему». Он так раскочегарил баню, что там можно было плавить металл! Я думала, кожа слезет! А он стоял снаружи и орал: «Ещё пять минуточек, привыкай!»
— Зато потом ты весь год не болела, — попытался защититься Сергей.
— Потому что я молилась всем богам, лишь бы не попасть на эту дачу снова! — Марина опустилась в кресло. — Серёж, я не могу. Просто не могу. Две недели — это слишком.
Телефон Сергея запиликал. Он глянул на экран и побледнел.
— Что там? — насторожилась Марина.
— Мама пишет... — он замялся. — Она говорит, что уже купила новые одеяла специально для нас. И велела папе починить крыльцо, потому что ты в прошлый раз чуть не упала.
— О господи, — простонала Марина. — Она уже вложилась. Теперь если мы не поедем, она будет рассказывать всем родственникам, как неблагодарная невестка разбила ей сердце.
— Ну, может, не так всё плохо? — Сергей пересел к жене и обнял её за плечи. — Может, на этот раз будет по-другому?
Марина посмотрела на него с таким скепсисом, что он почувствовал себя неловко.
— Серёж, твоя мама за пять лет не изменилась ни на грамм. С чего вдруг она начнёт меняться сейчас?
— Ладно, слушай, — Сергей оживился. — А что, если мы поедем, но на условиях? Скажем маме, что приедем только на выходные, а остальное время проведём в городе или съездим куда-нибудь?
— Твоя мама согласится? — Марина подняла бровь.
— Я... попробую с ней поговорить.
Они сидели в тишине минуту, потом Марина вздохнула.
— Знаешь, а давай вообще предложим альтернативу. Пусть они приедут к нам в город. Мы сходим куда-нибудь, покажем им новые места...
— Ты что! — Сергей аж подскочил. — Моя мама в нашей квартире? Она же начнёт переставлять мебель, перемывать посуду и делать «генеральную уборку». У нас через два дня не останется ни одной вещи на своём месте!
Марина фыркнула, и вдруг они оба засмеялись. Смеялись долго, до слёз, потому что это был единственный способ не свихнуться.
— Ладно, — наконец выдохнула Марина. — Вот что мы сделаем. Ты позвонишь своей маме прямо сейчас и честно скажешь, что я не могу две недели. Максимум — длинные выходные. И никаких грядок!
— Никаких грядок, — покорно кивнул Сергей.
— И я сама выбираю, когда вставать.
— Сама выбираешь.
— И твой отец не учит меня копать картошку.
— Не учит.
— И твоя мама стучится, прежде чем войти.
— Обязательно стучится.
Марина посмотрела на мужа и вдруг улыбнулась.
— Знаешь, а ты вообще молодец, что сразу согласился. Я думала, придётся устроить скандал на три дня.
— Я тебя люблю и ценю свою жизнь, — серьёзно ответил Сергей. — Примерно в таком порядке.
Она снова засмеялась и поцеловала его в щёку.
— Ладно, звони. Только дай мне послушать. Хочу убедиться, что ты не врёшь.
Сергей набрал номер, включил громкую связь. После третьего гудка трубку сняли.
— Серёженька! — голос свекрови был таким радостным, что Марина поморщилась. — Ты насчёт дачи звонишь? Я уже всё подготовила! Папа вчера скосил траву, я постирала занавески, и...
— Мам, стоп, — перебил её Сергей. — Нам нужно поговорить.
Повисла пауза. Марина видела, как муж сглатывает.
— О чём поговорить? — тон свекрови стал настороженным. — Что-то случилось?
— Мам, мы не сможем две недели. У Марины на работе ситуация, и... ну, в общем, мы приедем на выходные. Может, на длинные.
Тишина.
— То есть как? — наконец произнесла свекровь. — Серёжа, я столько всего готовила! Папа крыльцо чинил! Я одеяла купила!
— Мам, мы очень ценим, но...
— А семга? Я специально для Марины покупала!
Марина закатила глаза.
— Спасибо большое, Галина Ивановна, — она взяла трубку у мужа. — Но мне правда нужно быть в городе. Давайте мы приедем в следующую субботу, проведём выходные вместе, и это будет замечательно.
— Марина, милая, но ведь две недели — это так мало! Мы столько всего планировали! Я хотела научить тебя печь пироги по бабушкиному рецепту...
— Может быть, в другой раз, — твёрдо сказала Марина. — Мы действительно не можем сейчас на две недели.
Ещё одна пауза.
— Ладно, — свекровь вздохнула. — Но вы точно приедете на выходные?
— Точно, — заверил Сергей.
— И привезёте мне те витамины, о которых я просила?
— Привезём.
— И заедете в магазин за семенами укропа?
— Мам...
— Ладно-ладно, я поняла. Значит, в субботу. С утра пораньше, да?
Марина посмотрела на Сергея. Тот кивнул.
— Приедем к обеду, — сказала Марина. — До встречи, Галина Ивановна.
Она положила трубку и откинулась на спинку кресла.
— Всё, — выдохнула она. — Я героиня. Мне памятник нужно поставить.
— Согласен, — Сергей обнял её. — Ты справилась лучше любого дипломата.
— Знаешь, что самое смешное? — Марина повернулась к нему. — Я на самом деле твою маму люблю. Просто... дозированно. Как острый перец. Немного — вкусно. Много — желудок встанет.
Сергей расхохотался.
— Ты это ей не говори, пожалуйста.
— Не д..рак же, — Марина встала и потянулась. — Ладно, пойду бронировать нам билеты в Сочи на следующую неделю.
— Серьёзно? — глаза Сергея загорелись. — То есть мы действительно поедем?
— Конечно. Мне же нужно восстановиться после этих выходных на даче.
И они снова засмеялись, потому что жизнь вдвоём — это вечный баланс между любовью и самосохранением. А иногда — просто умение договариваться. Даже когда речь идёт о грядках, семге и тех самых кабачках, которые преследуют тебя в кошмарах.