Аннотация
Новогодняя ночь 1920 года, январская Москва, веселье, подарки – и мертвая Снегурочка на площади под ёлкой. Идеально спланированное убийство: ни улик, ни свидетелей. За своё первое дело берётся молодой сыщик и бойкая барышня из дворянской семьи. Может, им стоит объединить усилия, ведь кто знает, куда заведёт их поиск убийцы? Потому что на одной жертве он явно не остановится.
Внимание, данный обзор может содержать спойлеры к сюжету книги!
Знакомство: как я купила книгу из-за метели в поезде
В декабре мне в руки попался сборник «Рождество в Российской империи». Среди авторов я сразу отметила Женю Гравис с рассказом «Последний вагон рождества» — герметичным детективом о следователе Дмитрии Самарине, действие которого разворачивается в вагоне поезда, застрявшего в метели. Я отложила имя автора в памяти, решив присмотреться к её творчеству. И вскоре мне подвернулся случай: в фикс-прайсе я увидела её роман «Визионер» всего за 229 рублей. Это показалось отличной возможностью для более близкого знакомства, и я его приобрела.
Первые сто страниц: вредная книга, которая крадёт время
К чтению приступила не сразу — толстячок почти в 700 страниц отпугивал, хотелось чего-то полегче. Но внутреннее любопытство всё же перевесило. После первых ста страниц стало ясно: это была любовь с первого взгляда. Книгу было невозможно отложить: засиживалась далеко за полночь, с трудом выключала свет, думала о ней по дороге на работу. Даже часть домашних дел пришлось забросить — вот она, сила по-настоящему вредной книги!
Снегурочка, которая не растаяла: жуткое начало
Всё началось утром первого января. Городовой на праздничной площади заметил новую инсталляцию — Снегурочку в человеческий рост, возникшую будто из ниоткуда рядом с Дедом Морозом. Всё выглядело как часть праздничного убранства, пока с её руки не слетела варежка. Именно тогда стало ясно: перед ним не восковая фигура, а настоящая девушка, и с ней случилось непоправимое.
Главные герои: гимназистка, которая лезет в дела, и следователь, который ей верит
В первой главе нас знакомят с Соней Загорской — семнадцатилетней гимназисткой на последнем курсе. Она живёт в дружной семье: отец — биржевой чиновник и профессор, мать увлекается модой. Соня — девушка активная и любознательная, порой даже чересчур. Признаюсь, сначала её постоянное желание лезть не в своё дело меня раздражало. Но это было лишь первое впечатление — очень скоро её настойчивость стала ключом к расследованию.
Расследовать дело поручают лейтенанту Дмитрию Самарину — молодому, но подающему надежды следователю, которого недавно поставили начальником убойного отдела. Ему всего 25, и поначалу он держится с подчинёнными строго официально, чувствуя неловкость. Но это ненадолго. Он человек общительный, эмпатичный и неглупый — такие долго в рамках субординации не выдерживают. Скоро общение в отделе становится более неформальным и по-настоящему дружеским. А опыт войны, который он прошёл, и хорошая служба в полиции лишь укрепляют уважение команды к своему новому начальнику.
Мой детективный восторг: как я раскрыла принцип убийцы вместе с Соней
Дальше будут спойлеры.
Сюжет закручен невероятно плотно. Жертв, как выясняется, будет одиннадцать. Признаюсь, я испытала детективный восторг, когда разгадала принцип убийцы уже после второй жертвы — мне в этом помогли догадки Сони. Вторую девушку, найденную второго февраля на вокзале, автор описал с такой живописной, почти художественной детальностью, что у меня мелькнула мысль: «Да это же похоже на картину!». Моя догадка, как и Сонина, оказалась верной. Преступник копировал полотна. Именно Соня первой делится этой гипотезой со следствием, и, что удивительно, Дмитрий Самарин верит ей без колебаний. Так юная гимназистка становится неофициальной, но ключевой частью расследования.
Календарь Академии художеств как план убийств: гениальный замысел
Расследование, вопреки моим ожиданиям, не стало спринтом. Оно превратилось в месячный марафон напряжённого ожидания: новую жертву-«инсталляцию» находили каждого первого числа — в марте, апреле, мае... И здесь раскрылся гениальный замысел автора. Злодей не просто убивал — он следовал календарю Академии художеств на 1920 год, где каждый месяц был иллюстрирован картиной русских живописцев с женским образом. Визионер с леденящей душу точностью и профессионализмом воплощал эти полотна в жизнь, превращая расследование в жуткую параллельную реальность, где искусство становилось планом для преступления.
Водоворот событий и лёгкий слог: почему не было времени заскучать
Расследование закручивается в настоящий детективный водоворот: в нём находятся место и разоблачению подделок картин, и странным актёрам-эксгибиционистам, и даже взрыву в полицейском участке. При таком богатстве событий особенно ценно, что слог остаётся лёгким и динамичным, а в диалогах и описаниях сквозит тонкая ирония. Читается на удивление быстро — заскучать просто не успеваешь.
Полина: ураган в юбке
На страницах появляются колоритные второстепенные персонажи. Ярче всех — подруга Сони, Полина Нечаева. Её характер и биография выделяются даже на фоне необычного сеттинга: долгая жизнь в Америке, увлечённость идеями феминизма и равноправия, а её хобби — теннис, полёты на самолёте и управление яхтой — больше похожи на список достижений суперагента. На её фоне Соня действительно кажется образцом спокойствия и рассудительности — Полина своей ураганной энергией оттеняет лучшие качества главной героини.
Хотя в какой-то момент её напор начал меня утомлять, нельзя не признать: персонаж прописан гармонично и вписан в сюжет. И здесь автор проявляет чутьё: как только эта усталость могла перерасти в раздражение, Полину мягко, но заметно отодвинули на второй план. При этом чувствуется, что у такой яркой фигуры могло бы быть интересное будущее в других книгах цикла.
Магия в этом мире: красивые декорации, которые не мешают спектаклю
В этом мире есть магия, и это важная деталь сеттинга. Перед нами альтернативная Россия начала XX века, очень похожая на историческую, но с ключевым отличием: две тысячи лет назад здесь существовала реальная магия. От неё остались слабые отголоски, действующая религия и редкие артефакты.
История её упадка прописана чётко: когда-то магия была в расцвете, но со временем стала угасать. Незадолго до событий книги мир пережил войну и таинственный «разрыв» (его суть не раскрывается), после которого способных к магии людей остались единицы, да и те очень слабы.
В сюжете этого романа магия не играет практической роли. Артефакты мелькают пару раз, но на расследование не влияют. Её задача иная — служить атмосферным фоном, создавая ощущение более глубокого и таинственного мира. Она похожа на красивую историческую декорацию, которая не мешает актёрам-детективам играть свою пьесу. Автор, правда, закидывает пару крючков — возможно, для будущих книг. Но к делу «Визионера» магия не имеет прямого отношения.
«Тьма», которая оказалась знакомой
Была, однако, деталь, которая вызвала у меня лёгкое сомнение. Речь о «Тьме» — травме, преследующей Дмитрия Самарина. Во время войны он оказался завален в окопе после взрыва и провёл в полной темноте несколько дней. Этот эпизод, описанный с ощутимым психологизмом, прекрасно раскрывает его уязвимость и делает персонажа живым.
Но финальный мистический поворот, когда эта Тьма обретает голос, показался мне знакомым — очень уж похожая концепция встречается у другого автора, работающего в том же сеттинге. Впрочем, это можно трактовать и как намёк на развитие сюжетной линии в будущих книгах, а не как слабость данного романа. В конечном счёте, этот момент совершенно затмевается блестяще выстроенной детективной интригой, которой я безоговорочно прониклась.
Читатель-исследователь: как я искала картины и костюмы в интернете
Автор мастерски работает с историческим фоном, смешивая реальные факты с художественным вымыслом. Детали — от быта и учёбы в женской гимназии до сюжетов картин — подаются тактично и ненавязчиво, позволяя плавно погрузиться в эпоху даже неподготовленному читателю.
Это не сухой учебник, а игра в детектива-исследователя. Лично я то и дело откладывала книгу, чтобы найти в сети упомянутую картину или рассмотреть деталь костюма. Это лишь усиливало вовлечённость: я могла узнать картину быстрее сыщиков, а могла и погрузиться в самостоятельный поиск. Такое взаимодействие с текстом — отдельное удовольствие, превращающее чтение в увлекательное расследование вместе с героями.
Итог: 10 из 10 и чувство полного удовлетворения
В итоге я закрываю книгу с чувством полного удовлетворения. Моя оценка — твёрдая 10 из 10. Закрученность сюжета Жени Гравис мне близка и понятна — это ощущение возникло ещё после «Последнего вагона рождества» и здесь лишь окрепло. Я разгадала убийцу примерно на второй трети, догадалась о подделках картин, но финальные повороты всё равно удивили. И в этом — главное удовольствие: чувствовать себя соучастником расследования, для которого автор припас неожиданные сюрпризы даже под занавес.
Рекомендация? Однозначно! (И пара слов о продолжении)
Рекомендую ли я «Визионера»? Безусловно. Это тот редкий случай, когда огромный роман читается на одном дыхании. Всё сошлось: живой слог, продуманные персонажи и детективная интрига, в которую хочется погрузиться с головой. Особенно хороша любовная линия — она лишена мелодраматичности. Чувства между Дмитрием и Соней вызревают медленно, из взаимного уважения и дружбы, и от этого кажутся только правдивее.
P.S. Да, у истории есть продолжение. Но «Визионер» — идеально завершённая история, которую можно читать абсолютно самостоятельно. Лично я колеблюсь, браться ли за вторую часть. Этот роман покорил меня именно связью преступления и искусства — неповторимой «фишкой», которую так просто не повторить. Но это уже совсем другая история.
