В 2006 году на большие экраны вышел редкий для того времени российский фильм «Сволочи». В основе сюжета подготовка "неблагополучных" детей 14-15 лет в диверсантов-смертников. Для решения особой задачи. При том, что подростки и юноши, конечно, помогали в годы ВОВ, сюжет этот вымышленный, и никаких детей-диверсантов в то время не готовили. И уж тем более смертников. Что, к слову, стало причиной резонанса вокруг, в общем, не плохого фильма.
Здесь важен контекст. Недавно делился впечатлением от книги «Педагогическая поэма». Там события периода смутного времени 17-22 гг, когда из-за «разборок взрослых» появилось огромное количество детей-беспризорников...
Как две эти темы связаны и не связаны с этой правдой жизни — давайте поговорим!
Хотя и книга, и фильм художественные, в основе книги всё же вполне реальная история и педагогический опыт. В обоих случаях речь идёт об асоциальных подростках, в силу независящих от них внешних факторов, оказавшихся в сложной жизненной ситуации, промышляя незаконной и откровенно преступной деятельностью.
В обоих случаях речь о необходимости «послужить родине». С той лишь оговоркой. В фильме лишь один раз, а в книге — полноценно интегрироваться в мирную социальную жизнь.
Действия подростка из Вышнего Волочка, а он один из множества подобных историй, направлены против государственного устройства и общества. Спровоцированы внешним врагом.
Оценить степень «благополучности» семей сложно, но вряд ли речь может идти о той «неблагополучности», которая имела место в период «Смутного времени 17-22» и периода Великой Отечественной войны. Как правило, сегодня это вполне полноценные семьи с необходимым достатком (насколько вообще возможно найти определение необходимости).
Если в примерах прошлого дети были предоставлены сами себе (или оказывались под влиянием старших товарищей, которые ими так же манипулировали и использовали), то в современных историях сложно вывести за скобки роль родителей/опекунов.
Семь лет в 14... Это много или мало?
Знакомые с пенитенциарной системой знают: самый суровый нрав отнюдь не на особом или строгом режиме; в женских колониях и на «малолетках».
Правда, ситуация постепенно меняется. О чём я могу судить не только из личного опыта общения в тот период, когда имел некоторое отношение к данной теме. Но и тесного контакта с теперь уже бывшим воспитателем колонии для несовершеннолетних в пос. Колпино под Петербургом.
«Отпечаток малолетки» отчётливо виден на лицах осужденных в возрасте 18–19 лет на фоне их сверстников, кто попался уже будучи совершеннолетним. И в этом смысле такой опыт в первые годы жизни может оказать определяющее значение в довольно безрадостном будущем.
Но... Может быть и иначе. Раз уж родители не смогли, то всё ложится на плечи государственной системы. Задача которой не столько в идеологическом «перевоспитании» в духе стихов Маяковского «что такое хорошо, а что такое плохо». А создание условий для смысла жизни. Формула не так уж сложна: наличие навыка, профессии и её востребованность. Когда, выйдя на свободу, молодой человек не предоставлен сам себе или тем «устойчивым связям», которые сложились за время, проведённое в МЛС.
Эту задачу решить можно. Гораздо сложнее решить проблему социальных взаимоотношений. Той злобы, коварства, ненависти и даже жестокости, которая царит в среде малолетних преступников. Что и разительно отличает их от «взросляка» (как сами «малолетки» называют колонию для тех, кому уже есть 18) независимо от «строгости режима».
Учитывая то количество подобных уголовных дел и самих преступлений, очевидно, что требуется серьёзная превентивная работа. Которая зависит и от самих родителей. Сама детская преступность — явление не сегодняшнего дня. День сегодняшний лишь направляет её в русло диверсионной деятельности, которая несёт за собой куда более суровые последствия, нежели «безобидная кража» или даже разбойное нападение (конечно, если оно не сопряжено с тяжкими повлекшими или нет).
Простить нельзя помиловать.
Многие в комментариях к видео говорят о слишком строгом наказании, не осознавая в «таком возрасте» последствий своих действий. Сложный вопрос. Действительно, на бытовом уровне граница ответственности весьма размыта. К примеру, ответственность за «взрослые отношения» лежит на старшем; а вот за тяжкое преступление придётся отвечать самому.
Я не разделяю точку зрения «слишком юн и надо пощадить» и считаю, что в такой ситуации задача родителей — огородить своё чадо от воздействия. Делая это не путём установления запретов, а так, чтобы он сам никогда не повёлся на подобные провокации. И не только из-за страха перед последствиями. Но если уж так случилось... Вот здесь и включается тот самый «Кадетский монастырь» или «Педагогическая поэма». Коллективного «воспитания».
-------
Спасибо за внимание к публикации. Пишите, что думаете вы или может быть есть и личный опыт?
Спасибо всем, кто откликнулся и поддерживает "Нужные вещи" и нашу очередную отправку "посылки" на "жаркое направление".
Дмитрий Матвеев || DM_812
Подписывайтесь в ТГ, заходите в МАХ, там в основном о том, "Что нового в стране, где ничего нет" И ВК!