Остаток всего дня я пытаюсь дозвониться до мужа и выяснить, почему он заблокировал мою карточку и выпотрошил копилку, в которой мы откладывали на отпуск. Но Тарас сначала не берет трубку, а потом я и вовсе оказываюсь в черном списке.
Как у него все легко и просто! Взять и стереть из жизни десять лет брака только потому, что у него появилась другая женщина. Разве так быстро можно разлюбить?
Хорошо, допустим, разлюбил он меня давно. Но разве так быстро можно потерять уважение к человеку? Жене, женщине, из рук которой ты ел, с которой спал. Которая вся для тебя, которая делала все, чтобы ему было комфортно. Которая была невероятно удобной. Как плед, которым ты любишь укрываться по вечерам. Он старый, с потертостями, и ты давно можешь позволить себе купить новый, но…к этому ты уже прикипел.
А Тарас этого не оценил. Просто вычеркнул из жизни, оставив без средств к существованию. Выбросил на обочину, как мусор.
Ладно я, но Катюша – то в чем виновата?!
Откуда у Тараса в голове вообще, что она – не его дочь! Свекровь часто наседала на него с этим вопросом, но он отмахивался. А сейчас вдруг резко передумал…
Катя безмерно и беззаветно любит отца. И его предательство станет серьезным ударом для дочери. Я боюсь настолько, что она может утратить веру в мужчин, и это скажется на ней в дальнейшей жизни.
Телефон напоминает о себе громким звонком на всю квартиру. Несусь к столу в надежде, что муж одумался, и мы сможем обсудить все имущественные вопросы спокойно, цивилизованно. Как взрослые люди.
Но это не Тарас.
- Алло, да, мам?
- Олечка, - мама часто дышит и с трудом говорит, - Олечка, приезжай, мне так плохо…
Моя мама давно мучается давлением. Врач прописал ей таблетки для поддержки стабильного состояния, но мама часто забывает их принять.
- Что случилось? Давление? Сердце?
- Приезжай, Оль…Господи, как мне больно…
Собираюсь со скоростью пули. Договариваюсь с Наташей, сестренкой Миры, что она посидит с Катюшкой пару часов, а сама вызываю такси. Да, понимаю, что в моей ситуации, когда у меня осталось двадцать тысяч рублей заначки, собранной на репетиторстве, это расточительство, но по-другому не могу. Это же мама! Я себе не прощу, если с ней что-то случится.
Я оказываюсь возле ее двери буквально через пятнадцать минут. Требовательно зажимаю звонок, умоляя все высшие силы, чтобы не было поздно.
Но слава Богу, мама открывает. Вся бледная, заплаканная, но живая.
- Мам, ну, как ты? Может, «Скорую»?
- Проходи, дочь, проходи, - не обращая внимания на мои вопросы, мама, чуть ссутулившись, бредет на кухню. Наливает стакан воды, но рука дрожит, и она половину расплескивает на пол.
- Давай я сама!
Усаживаю маму на стул, протираю пол и подаю новый стакан. Мама пьет большими глотками и, слава Богу, немного успокаивается.
- Где твой тонометр?
- На подоконнике. Да у меня все нормально с давлением. Это шок…
Я не слушаю маму. Замеряю давление, оно действительно почти в норме. Проверяю ее таблетницу, чтобы убедиться, что она не пропустила прием препаратов.
- Сядь. Дочь, это правда? – сипит, когда я опускаюсь напротив.
- Ты о чем?
- О вас с Тарасом…Я ему звонила сегодня. Еле дозвонилась. Хотела попросить помочь привезти и собрать мне комод. А он сказал, что…бывшей теще не будет помогать, - всхлипывает, заживая рот ладонью. - Что я его достала, и он рад от нас всех избавиться. А еще… он подал на развод. Это так, дочка?
Грустно усмехаюсь, отворачиваясь к окну.
Вот где собака порылась.
Мама всю жизнь меня тянула одна. Папа ушел, когда мне не было и года. По словам матери, потому, что я все время плакала и требовала много внимания. Мама никогда не говорила открытым текстом, но часто намекала, что я разрушила ее жизнь. Что ей было тяжело тянуть меня одной, и она во многом себе отказывала.
Поэтому, когда появился Тарас, бизнесмен средней руки, частенько балующий тещу, мама стала на него едва ли не молиться. Тарас стал светом в ее окошке, и мама облизывала его с головы до ног. Ей было плевать на меня, лишь бы Тарас был обласкан и не смотрел налево и, не дай Бог, не ушел от меня.
Поэтому слова моего в ближайшем будущем бывшего мужа были восприняты матерью как личная трагедия вселенского масштаба
- Правда, мам. У него появилась другая женщина, и он ушел к ней.
Обнимаю себя и растираю предплечья. В этот момент остро хочется ощутить тепло. Поддержку. Показать, что я не одинока. Что мне помогут справиться.
Но мама в своем репертуаре.
- Нет…Нет, нет, я не верю, - завывает, начиная снова рыдать. – Тарасик, он же такой замечательный! А ты…проворонила такого мужика! Не обхаживала его, внимания не уделяла…Что, я не вижу, что ли? Все пыталась доказать, что самостоятельная! Самодостаточная! А кому будешь нужна в свои тридцать пять да еще и с ребенком на руках?!
Вот чего-чего, а оскорблений я не потерплю!
Решительно поднимаюсь, стискивая зубы, чтобы слезы не вздумали течь.
- Я буду нужна своей дочери в первую очередь. А вот ты…с таким отношением рискуешь остаться одна. После подобных слов, знаешь ли, не возникает желания подать стакан воды в будущем. Спасибо за поддержку. Всего хорошего, мама. Не болей.
На улице я глубоко вдыхаю прохладный воздух, и обжигающие слезы катятся по щекам.
Телефон разрывается. Отвечаю, не глядя на экран.
- Не все оскорбления высказала? Что-то забыла? – шиплю, всхлипывая.
- Добрый день, Ольга Павловна. Вам удобно говорить?
Осекаюсь от официального тона. Даже плакать перестаю и торопливо утираю слезы.
- Слушаю. А кто это?
- Вас беспокоит банк «Облстандарт», старший менеджер Яна. Вы просрочили платеж по кредиту, звоню уточнить, в чем причины, и когда поступит оплата. Напоминаю, что за каждый день просрочки начисляется пеня, которую также необходимо погасить.
У меня мороз по коже, и ледяной страх проносится волной. Ноги подгибаются, оседаю на лавочку перед подъездом и сильнее прижимаю трубку к уху.
- Как… просрочка? Посмотрите, пожалуйста, внимательнее. Этого не может быть, у меня у мужа настроен автоплатеж…
Четыре года назад мы решили рискнуть и взять огромную для нас сумму кредита на развитие бизнеса под залог моей квартиры, в которой мы живем сейчас. Нужно было идти вперед и расширяться, а собственных средств магазина не хватало.
По каким-то причинам Тарасу не дали кредит, и его было решено оформить на меня. Все эти годы деньги списывались с его счета автоматически, и я даже ни разу не брала этот момент в голову…
- Никакой ошибки нет, платеж не поступал. Так когда ждать оплаты?
Меня начинает трясти, потому что я всегда очень щепетильно отношусь ко всем вопросам, связанным с деньгами. А если учесть, что там просто огромная сумма ежемесячного платежа…
- Я…я решу вопрос. На днях обязательно заплачу. Спасибо, что сообщили.
Отнимаю телефон от уха и гляжу в одну точку перед собой.
Господи, эти проблемы когда-нибудь перестанут на меня валиться, как из рога изобилия?! Что мне делать, где достать такую сумму в рекордно-короткие сроки? Еще мало того, что за кредит должна, дочь в школу собрать, так еще и Натану Георгиевичу за помощь в магазине вернуть…
Господи, эти долги просто растут в геометрической прогрессии!
В первую очередь звоню Тарасу, чтобы выяснить, что произошло. Однако, ожидаемо, я у него в черном списке.
Взрослый мужик, а поведение на уровне детского сада! Неужели любовница настолько в голову «ударила», что муж вот так легко и просто, без каких-либо угрызений совести забыл жену и дочь, оставив их практически без средств к существованию? Разве так бывает?!
Собираюсь с силами и иду на остановку. Не помню, как добираюсь до дома – всю дорогу продумываю варианты, где достать денег на оплату кредита. Вот только ни одного не нахожу.
Катюша гуляет на площадке под чутким присмотром Наташи. Благодарю ее, что присмотрела за дочкой, и мы, взявшись за руки, идем домой. Возле подъезда замечаю машину Тараса, а сам он складывает чемоданы с вещами в багажник.
- Папа!
Дочь вырывает ладошку и кидается к нему. Крепко обнимает. «Отец года», поморщившись, прохладно прижимает ее к себе и отставляет малышку в сторону. Как щенка, что надоел своим лаем.
- Ты уже приехал из командировки? Так быстро? - несмотря на холод со стороны папы, детские глаза все равно горят восторгом и обожанием.
Вот только папаша быстро их гасит, ни капли не заботясь о детских чувствах.
- Не совсем, - раздраженно бросает, даже не поворачиваясь в сторону Катюши, глубоко занятый важным делом. - Я сейчас снова уезжаю.
- Это надолго?
- Мммм, да. Скорее всего, очень.
Дочка вздрагивает и сжимается в комок. В глазках уже плещутся слезы.
- Ты…ты нас бросаешь? – выдыхает, едва сдерживаясь. Отступает назад и вытягивается в струнку. Я пытаюсь обнять свою малышку, но она не позволяет и стоит особняком. Взглядом предупреждаю мужа, чтобы выбирал выражения, но ему как будто доставляет удовольствие играть на нервах ребенка.
- Я пока поживу отдельно от вас. Так надо, Кать.
- Все понятно! Ты разводишься с мамой! Ты предал нас! Ненавижу! – выкрикивает отцу в лицо страшные слова и убегает в подъезд вся в слезах.
- Ну и негодяй же ты, Тарас! - впечатываю кулаки ему в грудь. Раз за разом. Прибила бы на месте, если бы сил хватило. – Зачем издеваться над ребенком?! Она же тебя так любит…
- Успокойся! - рявкает. - Я просто сказал ей правду! Сама ведь твердила, что нельзя врать ребенку.
Меня начинает тошнить. Физически. Так сильно, что, кажется, содержимое моего желудка сейчас окажется на ботинках Петровского. Прожив бок о бок с этим мужчиной, я и представить не могла, что он способен на подобную низость…
Прикрываю глаза на секунду и пытаюсь взять себя в руки. Дальнейший диалог на эту тему бесполезен. Просто потому, что глухому не расскажешь и не докажешь.
Поэтому сцепляю зубы, оставляю поведение Тараса на его же совести и перевожу тему на насущный вопрос.
– Мне звонили из банка. Ты не заплатил за кредит. В чем дело?
- Аааа, да, - запросто отмахивается муж. Как будто от незначительной мелочи. - У меня сейчас сложности с деньгами. Заплати сама.
От такой наглости теряю дар речи и не сразу нахожусь с ответом. Потому что на языке вертятся исключительно нецензурные слова.
- В смысле?! Кредит брали на бизнес. И ты прекрасно знаешь, что это космическая сумма, которую мне просто неоткуда достать! Да и почему я должна платить?!
- А на моей шее ты сколько сидела? – рявкает муж, агрессивно надвигаясь, что мне приходится отступить на пару шагов назад. - М? Правильно, много. Так поддержи теперь мужа. Это в твоих же интересах. Если хочешь, чтобы квартиру не забрали, - добавляет нагло ухмыльнувшись. - Я не могу сейчас разбазаривать деньги. Нам с…, - осекается, не называя имени любовницы. – В общем, нам очень нужны деньги. Я все сказал!
- Настолько нужны, что ты даже украл деньги из отпускной копилки?
- Я же говорю – на мели! Нужно было заплатить… за поставки товара!
- ООО «Смак»? – язвительно выплевываю, чувствуя, как снова внутри начинает закипать. – За товар, которого не было?
- Не лезь не в свое дело, Оля. Я сказал – надо, значит, надо! В конце концов, это я заработал эти деньги. Значит, имею право распорядиться по своему усмотрению.
- Ну, и негодяй же ты, Петровский! – выплевываю презрительно. - Вот что. По факту при разводе я претендую на половину имущества, так что…
- Претендуешь, говоришь? – перебивает, недобро, как-то даже зловеще улыбаясь. – Ну, посмотрим, Оль. Посмотрим…В суде при разводе обсудим, ладно? А сейчас, извини, мне пора. С кредитом реши как-нибудь, хорошо? У меня ни копейки нет.
И…Тарас просто садится в машину. Трогается с места, но тут же тормозит и опускает стекло.
- И уйми, пожалуйста, свою маму. Пусть прекратит мне названивать. Ее стараниями я уж точно не вернусь к тебе.
И муж уезжает, оставив меня один на один со всеми проблемами!
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Чужая родная дочь", Николь Келлер ❤️
Я читала до утра! Всех Ц.