— Настюха!
Я замерла посреди коридора офиса с чашкой кофе в руке. Здесь меня никто так не называл. За восемь лет работы в этой компании я была исключительно «Анастасия Викторовна» — холодной, строгой, эффективной.
Обернувшись, я увидела мужчину. Широкие плечи, знакомая улыбка...
— Пашка? Ты?!
Он расхохотался и обнял меня так, будто мы расстались вчера, а не пятнадцать лет назад.
— Я самый. Вернулся из Мурманска — надоело на севере мёрзнуть.
— А как же твой бизнес? Слышала, у тебя там целая рыбная империя...
— Бабушки у подъезда работают лучше любых новостных агентств, — усмехнулся он. — Да, был бизнес. Поделили с женой при расставании — она там осталась с компанией, я вернулся сюда. Купил здание под переработку, буду оттуда свежемороженую продукцию возить.
Мы устроились в кафе напротив моего офиса. Пашка заказал себе двойной эспрессо, я — зелёный чай без сахара.
— Так расскажи про себя, — он откинулся на спинку стула. — Карьеру построила?
— Вчера утвердили моё назначение руководителем департамента, — я не смогла скрыть гордости. — Теперь под моим началом три отдела.
— Поздравляю. Счастлива?
Я задумалась. Странный вопрос.
— Конечно. Ипотеку закрыли в прошлом году, машину сменила на новую модель. Всё идёт по плану.
Пашка помолчал, разглядывая меня.
— Закрыли ипотеку... с мужем имеешь ввиду?
— Да, с Игорем. Познакомились на корпоративе шесть лет назад. Он сидит дома, занимается хозяйством.
— Серьёзно? — Пашка удивлённо поднял бровь. — А сам не хочет работать?
— Зачем? — я пожала плечами. — Моей зарплаты вполне хватает на всё. Да и дома кто-то должен быть — готовить, убирать, продукты закупать.
Пашка смотрел на меня так странно, будто впервые видел.
— Понятно... Ну что ж, рад за тебя, Настюха. Может, как-нибудь поужинаем вместе? Вот моя визитка, звони в любое время.
Вечером я вернулась домой около девяти. Игорь встретил меня у двери с выражением щенячьей радости на лице.
— Привет! Я приготовил твоё коронное — запечённую сёмгу с овощами. И торт купил — отметим твое повышение!
— Уволили меня, — выпалила я и сама не поняла, зачем соврала.
Лицо мужа вытянулось.
— Как... как уволили? Почему?
Я молча прошла мимо него в спальню, переоделась в домашнее и вышла.
— Мне нужно проветриться. Поеду покатаюсь.
— Но ты же хотела сёмгу... Я так старался...
— Потом!
Я выскочила из квартиры, не оборачиваясь. Села в машину и бесцельно поехала по ночному городу. Несколько раз доставала визитку Пашки, но так и не набрала. Пусть сам звонит, если хочет общаться.
Через час я вернулась. В гостиной горел свет, доносились приглушённые голоса — Игорь разговаривал с кем-то по телефону.
— Мам, я правда не знаю, что делать. Настя сказала, что её уволили...
Я замерла в коридоре.
— Нет, мам, ты не понимаешь. Она вообще со мной не разговаривает последнее время. Только приказы отдаёт — то купи, это приготовь... — Мам, ты же знаешь, как Настя отреагирует, если я заявлю, что на работу пойду. Помнишь, в прошлый раз она сказала: "Работать? Да кому ты там нужен!"
Я прислонилась к стене. Правда говорил? Я это действительно сказала?..
— Мам, да, у нас есть личная жизнь, да, мы не особо близки... Любовь ли это? Я не знаю. Может, Настя просто устаёт на работе...
— Никакой я не домработник, мам... И не устаю. Ну так вышло.
Каждое слово било по щекам. Я выскочила на улицу, села в машину и позвонила единственной близкой подруге.
— Лен, скажи честно — я стерва?
— Настюх, ты пьяная?
— Отвечай нормально!
Повисла долгая пауза.
— Ты хочешь правду?
— Да!
— Настюха... Ты... Ты умеешь ломать людей. Игоря ты раздавила полностью. Он же был классным специалистом, его приглашали в крупные проекты. А теперь он боится тебе перечить.
— А подчинённые? Как они ко мне относятся?
Лена вздохнула.
— Боятся. Тебя называют "железной леди" и обходят стороной. Настюх, давай поговорим об этом завтра, когда ты успокоишься?
Я отключилась и поехала куда глаза глядят. Машина сама привезла меня к реке — туда, где мы с Пашкой когда-то гуляли. Я вышла, прислонилась к перилам набережной.
— Настюха?
Я обернулась. Пашка стоял в нескольких метрах, держа в руках пакет с едой.
— Живу неподалёку, — он кивнул на жилой комплекс за деревьями. — Вышел суши купить. А ты чего здесь?
Я почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— Пашка... Я всё испортила. Со всеми.
Мы сели на лавочку. Я рассказала про подслушанный разговор, про слова подруги, про то, какой стервой я стала.
Он молчал, потом тихо спросил:
— А ты Игоря любишь?
Я задумалась.
— Не знаю. Наверное, нет. Мне просто удобно было иметь мужа-домохозяина. Я строила карьеру, а он обеспечивал быт.
— Насть, помнишь, как мы поругались тогда? Ты говорила, что люди, которые женятся, перестают развиваться.
— Помню. И была дурой.
— Знаешь, чему я научился за эти годы? — Пашка посмотрел на реку. — Любить — это не мешать друг другу расти. Моя бывшая жена руководила отделом продаж, я — производством. Мы вместе строили бизнес. Да, не сложилось, но мы остались друзьями и партнёрами.
— А я превратила Игоря в прислугу...
— Ты можешь всё исправить. Отпусти его. Дай ему жить своей жизнью.
Я вернулась домой ближе к полуночи. Игорь и свекровь сидели на кухне. Увидев меня, оба замерли.
— Садитесь, — я достала из холодильника бутылку шампанского. — Будем отмечать.
— Что отмечать? — растерянно спросил муж.
— Моё повышение. Я пошутила про увольнение, прости.
Лицо Игоря погрустнело ещё сильнее.
— А ещё — нашу новую жизнь, — я налила три бокала. — Игорь, давай разойдемся? По-хорошему, как друзья. Поделим всё честно. Я дам тебе, наконец, возможность жить так, как ты хочешь.
— Настя...
— Скажи честно — ты меня любишь?
Он молчал.
— Вот видишь. И я тебя не люблю. Мы просто застряли в удобной схеме. Это нечестно по отношению к тебе.
Муж медленно кивнул.
— Знаешь... Спасибо. Мне правда захотелось дышать полной грудью.
Мы развелись через три месяца. Я оставила ему половину сбережений и машину. Игорь устроился в проектную компанию, где его давно ждали — он действительно был талантливым инженером. Свекровь обняла меня на прощание:
— Спасибо, что отпустила. Он снова живой.
Теперь я сидела в своей новой квартире-студии — продала большую трёшку, купила компактное жильё в центре. На столе — бокал вина и телефон.
Зазвонил звонок.
— Слышал от бабушек, ты теперь свободна, — голос Пашки звучал тепло. — Примешь гостя?
— Приезжай. Я очень долго тебя ждала.
Положив трубку, я подошла к окну. Внизу горели фонари, по улице шли люди — каждый со своими радостями и проблемами. Я наконец перестала чувствовать себя лучше других.
Может быть, это и есть настоящее взросление — понять, что сломать человека легко, а вот научиться любить и поддерживать — вот настоящее мастерство.
Я посмотрела на свой сертификат о повышении, висевший на стене. Завтра пойду на работу и извинюсь перед командой за свою холодность.
А сегодня — сегодня к двери постучится человек, с которым когда-то я была честной и настоящей. И может быть, у меня получится снова стать такой.