Ирина сидела на кухне с чашкой остывшего чая, когда услышала, как открылась входная дверь. Часы показывали половину второго ночи. Муж вернулся с корпоратива. Она встала, чтобы разогреть ему ужин, но Андрей прошёл мимо на кухню, даже не поздоровавшись.
— Ты поел? — спросила Ирина, глядя на него.
Муж плюхнулся на стул, расстегнул ворот рубашки. Лицо красное, глаза блестят. Явно выпил прилично. Ирина поставила перед ним тарелку с курицей и гречкой.
— Не хочу, — буркнул Андрей, отодвигая тарелку.
— Ты же голодный, наверное. На корпоративе небось только салаты были.
— Сказал, не хочу!
Ирина отступила, прислонилась к столешнице. Муж вёл себя странно. Обычно после корпоративов он возвращался весёлым, рассказывал анекдоты, смеялся. А сейчас сидел мрачнее тучи.
— Андрюш, что случилось?
Он поднял на неё глаза, посмотрел долгим взглядом. В этом взгляде читалось что-то неприятное, колкое.
— А ты знаешь, что у всех в офисе жёны красивые? — вдруг спросил он.
— Что? — не поняла Ирина.
— У Сергея жена как модель. У Максима тоже красотка. Даже у Петровича, которому под шестьдесят, супруга выглядит моложе и ухоженнее тебя.
Ирина почувствовала, как внутри всё сжалось. Куда он клонит?
— Андрей, ты пьяный. Иди спать, утром поговорим.
— Я не пьяный! — рявкнул он, ударив кулаком по столу. — Я трезво смотрю на вещи. У всех жёны красивые, а ты как баба Яга. Волосы не уложены, платье мешковатое. Когда последний раз в салон ходила? В спортзал?
Слова ударили больнее пощёчины. Ирина стояла, вцепившись руками в край столешницы, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Она хотела что-то ответить, но голос застрял где-то внутри.
— Мне стыдно перед коллегами, — продолжал Андрей. — Они фотографии жён показывают, а я что покажу? Тебя в твоём домашнем балахоне?
— Я... я же дома сижу с детьми, — наконец выдавила Ирина. — Некогда мне по салонам ходить.
— Некогда? Другие матери находят время! А ты только жалуешься, что устала.
— Потому что я устаю! Двое детей, дом, готовка, уборка. Ты хоть раз помог мне?
Андрей встал, прошёл мимо неё к выходу из кухни.
— Не начинай. Я работаю, приношу деньги. Это твоя обязанность — выглядеть как жена, а не как уборщица.
Дверь спальни хлопнула. Ирина осталась одна на кухне. Слёзы наконец прорвались, потекли по щекам. Она опустилась на стул, зарылась лицом в ладони. Баба Яга. Вот как он её видит. Баба Яга.
Ирина встала, подошла к зеркалу в прихожей. Посмотрела на своё отражение. Волосы действительно не уложены, собраны в небрежный хвост. Лицо без косметики, под глазами тёмные круги от недосыпа. Домашнее платье висит мешком. Когда она в последний раз надевала что-то красивое? Месяц назад? Два?
Женщина вернулась на кухню, села за стол. Перед глазами стояли образы тех жён, о которых говорил муж. Она видела их на корпоративах, когда ещё ходила туда. Стройные, ухоженные, в красивых платьях. А она рядом с ними действительно выглядела серой мышью.
Но ведь она не специально. Просто некогда. Дети требуют внимания каждую минуту. Пятилетний Артём и трёхлетняя Настя. Накормить, одеть, погулять, уложить спать. Потом готовка, уборка, стирка. К вечеру сил не остаётся даже на душ нормальный принять, не то что на себя время тратить.
Ирина вытерла слёзы, выпила остывший чай. Спать не хотелось. В голове крутились слова мужа, больно впивались в сознание. Баба Яга. Она поднялась, прошла в спальню. Андрей уже спал, раскинувшись на кровати. Ирина легла на край, отвернувшись к стене.
Утром муж вёл себя так, словно ничего не произошло. Встал, умылся, позавтракал и ушёл на работу. Даже не извинился. Ирина молчала, кормила детей кашей, убирала со стола. Внутри бурлило, хотелось кричать, плакать, требовать объяснений. Но она молчала.
Когда дети уснули днём, Ирина достала телефон. Набрала номер подруги Оксаны.
— Привет, Ирин! Как дела? — бодро ответила та.
— Окс, можешь сейчас поговорить?
— Конечно. Что случилось? Ты странно звучишь.
Ирина рассказала о вчерашнем. Голос дрожал, слёзы снова подступили. Оксана слушала молча, только иногда охала.
— Какой же он скотина, — наконец выдохнула подруга. — Ирин, да ты красавица! Просто устала, замоталась. Это не значит, что ты баба Яга!
— Он прав. Я запустила себя. Посмотри на меня. Мне тридцать два, а выгляжу на все сорок.
— Хватит! Ты мать двоих детей, домохозяйка. У тебя просто нет времени на себя. Но если хочешь что-то изменить, давай займёмся этим вместе.
— Как?
— Во-первых, запишись к парикмахеру. Сделай нормальную стрижку, окрашивание. Во-вторых, обновим гардероб. Я помогу выбрать несколько классных вещей. В-третьих, начнём заниматься спортом. Хотя бы дома, по видео.
Ирина задумалась. А почему бы и нет? Деньги на карте есть, муж даёт на хозяйство. Можно часть потратить на себя. С детьми поможет мама, она давно предлагала посидеть с внуками.
— Давай попробуем, — согласилась Ирина.
— Вот и молодец! Покажем твоему муженьку, что он зря тебя обидел.
На следующий день Ирина записалась к парикмахеру. Мама приехала посидеть с детьми. Женщина долго смотрела на себя в зеркало салона, пока мастер колдовала над волосами.
— Хотите что-то кардинально изменить? — спросила парикмахер.
— Да. Хочу выглядеть моложе, свежее.
— Тогда сделаем стрижку каскадом, добавим светлые пряди. Лицо сразу преобразится.
Через три часа Ирина смотрела на своё отражение и не узнавала себя. Волосы лежали красивыми волнами, светлые пряди освежали лицо. Она выглядела совсем иначе, моложе, ухоженнее.
— Вам очень идёт, — улыбнулась мастер. — Теперь не забывайте ухаживать за волосами. Маски, бальзамы. И приходите раз в месяц на укладку.
Ирина расплатилась, вышла из салона. На улице несколько мужчин обернулись ей вслед. Она почувствовала, как внутри что-то оттаивает. Приятно быть снова замеченной.
Дома мама ахнула, увидев дочь.
— Ириша, ты красавица! Прямо помолодела на десять лет!
— Правда? — засмущалась Ирина.
— Ещё бы! Тебе нужно было давно этим заняться.
Дети тоже оценили новый образ мамы. Настя трогала волосы, говорила, что мама теперь как принцесса. Артём просто обнял, сказал, что она самая красивая.
Андрей пришёл с работы поздно. Ирина накрыла на стол, позвала ужинать. Муж вошёл на кухню, остановился, глядя на жену.
— Ты в парикмахерскую ходила? — спросил он.
— Да.
— Зачем?
— Как зачем? Ты же сам говорил, что я запустила себя.
Андрей промолчал, сел за стол. Ирина видела, что он оценил перемены, но признаться не хотел. Гордость не позволяла.
Через несколько дней Ирина вместе с Оксаной отправилась по магазинам. Подруга помогала выбирать вещи, советовала, что идёт, что нет.
— Вот это платье тебе точно подойдёт, — Оксана протянула синее платье-футляр. — Попробуй.
Ирина зашла в примерочную, надела платье. Посмотрела на себя в зеркало. Фигура, конечно, не та, что до родов, но и не такая плохая, как ей казалось. Платье сидело хорошо, подчёркивало талию, делало силуэт женственным.
— Ирин, выходи, покажи! — позвала Оксана.
Она вышла. Подруга присвистнула.
— Офигеть! Бери обязательно. И вот эту блузку тоже. И джинсы вот эти.
За пару часов Ирина купила несколько вещей. Потратила больше, чем планировала, но оно того стоило. Теперь у неё был нормальный гардероб, а не только домашние балахоны.
Дома она начала заниматься спортом. Включала видео на компьютере, пока дети спали, и делала упражнения. Сначала было тяжело, мышцы болели. Но постепенно тело привыкло, стало послушнее.
Прошло три недели. Ирина чувствовала себя совсем другим человеком. Утром она вставала, укладывала волосы, наносила лёгкий макияж. Надевала красивую одежду, даже если весь день проводила дома. Это придавало уверенности, поднимало настроение.
Андрей замечал перемены, но комментариев не делал. Вёл себя сдержанно, даже холодно. Ирина не настаивала на разговоре. Пусть видит, что она может быть другой.
Однажды вечером Андрей пришёл с работы раньше обычного. Ирина готовила ужин, дети играли в комнате. Муж прошёл на кухню, остановился у порога.
— Ты собираешься куда-то? — спросил он.
— Нет, почему?
— Просто ты вся такая нарядная.
— Я всегда теперь так выгляжу. Разве не это ты хотел?
Андрей отвёл взгляд, прошёл к холодильнику. Достал воду, выпил.
— Слушай, Ира, насчёт того, что я тогда сказал...
— Да?
— Я был пьяный, нёс чушь. Не стоило меня слушать.
Ирина повернулась к нему, скрестив руки на груди.
— Но ты ведь именно это и думаешь. Что я баба Яга, что тебе стыдно за меня.
— Нет! Я не это думаю. Просто... коллеги говорили всякое, я поддался на провокации.
— Какие провокации?
Андрей замялся, потёр затылок.
— Максим хвастался женой, показывал фотографии. Сергей тоже. Они начали меня подкалывать, мол, почему я тебя не показываю. Я разозлился, сказал лишнего.
— То есть ты меня оскорбил из-за того, что коллеги тебя задели? — холодно спросила Ирина.
— Прости. Я дурак, понимаю.
— Дурак — это мягко сказано. Ты унизил меня, Андрей. При том, что я сижу дома, воспитываю твоих детей, веду хозяйство. А ты назвал меня бабой Ягой.
Муж опустил голову, глядя в пол.
— Я действительно сожалею. Ты красивая, ухоженная. Всегда была. Просто я этого не ценил.
— Вот именно, не ценил. А теперь, когда я взялась за себя, решил, что пора извиниться?
— Ира, ну что ты хочешь? Я извиняюсь, признаю свою вину. Давай забудем эту ссору.
Ирина подошла к плите, помешала в кастрюле. Внутри клокотало. Хотелось наорать на него, высказать всё, что накопилось. Но она сдерживалась.
— Знаешь, Андрей, я не могу просто так забыть. Ты показал своё истинное отношение ко мне. Оказывается, я для тебя просто приложение к дому, кухарка и няня.
— Это не так!
— Тогда докажи. Докажи, что ты действительно ценишь меня. Не только когда я выгляжу хорошо, но и когда я устала, замотана, без макияжа и укладки.
Андрей подошёл к жене, обнял за плечи.
— Я докажу. Обещаю. Начну помогать с детьми, буду приходить пораньше. Ты сможешь больше времени уделять себе.
Ирина высвободилась из его объятий.
— Посмотрим. Слова я уже слышала. Хочу увидеть дела.
В последующие дни Андрей правда начал меняться. Приходил с работы пораньше, играл с детьми, пока Ирина готовила ужин. Помогал укладывать их спать. В выходные брал на себя часть домашних дел, ходил в магазин, убирался.
Ирина видела его старания, но до конца не верила. Сколько это продлится? Неделю? Месяц? А потом всё вернётся на круги своя?
Прошёл месяц с того злополучного корпоратива. На работе Андрея намечалось очередное мероприятие, день рождения директора. Муж спросил Ирину, пойдёт ли она с ним.
— Не знаю, — ответила она. — Не хочется снова слышать про красивых жён твоих коллег.
— Ира, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты пошла. Покажу всем, какая у меня прекрасная супруга.
Она согласилась. Купила новое платье, сходила в салон на укладку и макияж. Вечером, когда собралась, Андрей смотрел на неё с восхищением.
— Ты невероятно красивая, — прошептал он.
— Спасибо, — холодно ответила Ирина.
На корпоративе все обратили внимание на Ирину. Коллеги Андрея подходили, знакомились, делали комплименты. Максим, тот самый, что хвастался женой, смотрел на неё с нескрываемым восхищением.
— Андрей, ты скрывал такую красавицу от нас, — сказал он, подходя к их столику.
— Не скрывал. Просто вы не обращали внимания, — ответил Андрей, обнимая жену за талию.
Ирина улыбнулась, но улыбка не доходила до глаз. Ей было всё равно, что думают эти люди. Главное, что она сама себя наконец зауважала, полюбила. И если муж ценит это, замечательно. А если нет, она справится и без него.
Вечер прошёл хорошо. Андрей не отходил от Ирины, был внимателен и ласков. Она видела в его глазах искреннее восхищение и понимала, что он действительно осознал свою ошибку.
По дороге домой Андрей взял её за руку.
— Спасибо, что пошла со мной.
— Не за что.
— Ира, я правда сожалею о тех словах. Ты всегда была красивой. Просто я этого не замечал, принимал как должное.
— Главное, чтобы ты не забывал об этом впредь, — тихо ответила Ирина.
Дома они уложили детей спать, сели на кухне пить чай. Андрей смотрел на жену, держа её руку в своей.
— Я не хочу тебя потерять, — сказал он. — Понимаю, что был скотиной. Но дай мне шанс всё исправить.
Ирина посмотрела на него долгим взглядом. Видела в его глазах искреннее раскаяние, страх потерять семью. И приняла решение.
— Хорошо. Но помни: если ты ещё раз позволишь себе так со мной разговаривать, я не стану терпеть. У меня есть достоинство, и я научилась его ценить.
Андрей кивнул, крепче сжал её руку. Они сидели на кухне, пили чай и молчали. Но в этом молчании было больше понимания, чем во всех словах, сказанных за последний месяц.