Медсестра Анна прочитала письмо трижды, прежде чем поверила. Нотариальная бумага, сухие формулировки, подпись. В ней говорилось, что пожилая пациентка, за которой Анна ухаживала последние месяцы, оставила ей наследство — небольшую сумму и квартиру.
Анна медленно опустилась на стул в ординаторской. За окном шёл обычный больничный день: каталка, шаги, приглушённые голоса. А внутри всё перевернулось.
Та женщина была одинокой. Родных не осталось. Анна просто делала свою работу — переворачивала, кормила, разговаривала, когда та просила не оставлять её в тишине. Иногда держала за руку. Ничего особенного. Никакого расчёта.
— Ты добрая, — как-то сказала пациентка. — Не теряй это.
В том же отделении лежала молодая мать с угасающей малышкой. Девочке было всего четыре года. Болезнь не щадила, и врачи говорили осторожно, почти шёпотом. Мать жила между палатой и коридором, с потухшими глазами и постоянным страхом, что однажды не успеет.
Анна знала её. Видела, как та ночами сидела у кроватки, как продавала украшения, как боялась спрашивать о помощи.
Вечером Анна пошла к нотариусу. Она не стала долго объяснять.
— Я отказываюсь от наследства, — сказала она спокойно. — Хочу, чтобы его передали другой семье. Вот документы.
Нотариус удивлённо поднял брови.
— Вы понимаете, что делаете?
Анна кивнула.
— Понимаю.
Когда мать малышки узнала об этом, она долго не могла говорить. Просто смотрела на Анну, будто пытаясь убедиться, что это не ошибка.
— Почему? — прошептала она. — Вы же… вы могли…
Анна пожала плечами.
— Мне есть где жить. А вам сейчас нужнее.
Новость разошлась быстро. Кто-то качал головой. Кто-то говорил, что это глупость. Кто-то — что таких людей не бывает. А потом о поступке Анны узнал человек, который давно наблюдал за отделением — молча, со стороны.
Через месяц Анну вызвали к главному врачу. Она шла, готовясь к худшему.
Но ей протянули новый контракт и письмо. В нём говорилось о гранте, о жилье для медицинских работников и о том, что иногда человеческий выбор меняет больше, чем деньги.
А мать малышки впервые за долгое время улыбнулась. У неё появилась надежда — не только на лечение, но и на завтрашний день.
Иногда наследство — это не то, что ты получаешь.
А то, что ты решаешь отдать, не требуя ничего взамен.