Давайте честно поговорим про «Москвич» и его продажи в январе 2026 года. Без лозунгов, без официоза, без пресс-релизного оптимизма. Просто как есть, по-человечески, с цифрами, ощущениями рынка и тем, что реально происходит в салонах и головах покупателей.
Начнём с 2025 года, потому что без него январь 2026 вообще не понять. Формально для «Москвича» 2025-й выглядел неплохо: завод работал, модели продавались, отчёты публиковались бодрые. Но если копнуть глубже, становится ясно, что весь год держался на трёх костылях. Первый — корпоративные продажи, второй — агрессивные кредитные программы, третий — ожидание покупателей, что «дальше будет ещё дороже, надо брать сейчас». Это классическая история российского авторынка последних лет. Не потому что машина нужна, а потому что страшно, что завтра не купишь вообще ничего.
Продажи «Москвича» в 2025 году были неровными. Весной — всплеск, летом — просадка, осенью — попытка разогнать рынок скидками и акциями. Основной объём уходил в Москву, область и крупные города, где ещё сохранялась платёжеспособность. В регионах «Москвич» продавался тяжело. Люди смотрели, щупали, спрашивали про китайские аналоги — и уходили думать. И это важный момент: «Москвич» так и не стал для массового покупателя очевидным выбором. Он всё время был «вариантом», но не «целью».
Теперь ключевая точка — 1 декабря 2025 года и повышение утилизационного сбора. Формально «Москвич» — локализованный автомобиль, но по факту мы все понимаем, что себестоимость всё равно чувствительна к утилю, комплектующим, логистике и курсу. После повышения утильсбора цены полезли вверх почти сразу. Где-то это аккуратно замаскировали под «обновление комплектаций», где-то честно переписали прайсы, где-то оставили старую цену, но убрали все акции. Для покупателя разницы нет — машина стала дороже.
Причём подорожание оказалось психологически болезненным. Когда «Москвич» стоил условно 1,8–1,9 млн рублей, его ещё можно было оправдывать: мол, локализация, гарантия, официальный бренд. Когда ценник перевалил за 2 млн в живых комплектациях — всё, разговор стал другим. Потому что за эти деньги на рынке уже стоят китайские кроссоверы, которые объективно богаче по оснащению, тише, комфортнее и, что важно, уже проверены рынком.
Январь 2026 года рынок встретил в состоянии лёгкого ступора. Сначала новогодние праздники, потом — резкое отрезвление. С 1 января НДС вырос с 20 до 22 процентов, и это сразу легло в цену. Даже если дилер не меняет прайс-лист, он просто перестаёт зарабатывать и вынужден компенсировать это на клиенте. Итог — ещё плюс несколько процентов к стоимости. На бумаге кажется мелочью, а в реальности это плюс 50–80 тысяч рублей к автомобилю. А теперь вспомните, сколько людей в 2025 году покупали машины «впритык», растягивая платёж на 7 лет.
И вот здесь начинается самая болезненная часть — автокредиты. С января 2026 года банки резко закрутили гайки. Никаких «по паспорту», никаких «примерных доходов». Нужна реальная справка 2-НДФЛ, подтверждённый доход, чистая кредитная история. Для половины потенциальных покупателей «Москвича» это означает автоматический отказ. Самозанятые, ИП с минимальной отчётностью, люди с серыми доходами — до свидания. Рассрочки тоже стали редкостью и превратились в тот же кредит, только под другим названием.
В итоге в январе 2026 года продажи «Москвича» выглядят вяло. Не катастрофа, но и не жизнь. Салоны стоят, менеджеры скучают, трафик есть, сделок мало. Люди приходят, задают одни и те же вопросы, считают платёж — и уходят. Потому что платёж стал неподъёмным. Машина за два с лишним миллиона рублей с ежемесячным взносом под 45–55 тысяч — это уже не «народный автомобиль». Это выбор для очень узкого круга людей.
Отдельно стоит вспомнить разговоры про такси и март 2026 года. Весь 2025 год нас кормили идеей, что вот-вот, совсем скоро, таксистов массово пересадят на локализованные автомобили. В списке, разумеется, фигурировал и «Москвич». На бумаге всё красиво: поддержка отечественного производителя, контроль рынка, рабочие места. В реальности — куча проблем. Таксопарки считают деньги лучше всех. И они прекрасно видят, что стоимость владения «Москвичом» при нынешних ценах, кредитных условиях и остаточной стоимости далеко не всегда выгоднее китайских альтернатив.
К марту 2026 года, скорее всего, мы увидим не массовую пересадку, а очередную отсрочку, смягчение требований или исключения. Где-то да, «Москвичи» появятся в такси, особенно в Москве и крупных городах. Но говорить о тотальной замене парка — это иллюзия. Экономика не сходится. А без экономики никакие законы долго не работают.
В сухом остатке ситуация выглядит так. «Москвич» оказался зажат между государственными решениями и реальным рынком. Утильсбор, НДС, кредиты, требования к заёмщикам — всё это ударило именно по тому покупателю, на которого изначально рассчитывали. В январе 2026 года стало окончательно понятно, что рынок больше не покупает обещания. Он покупает выгоду. И если выгоды нет — он ждёт.
Будет ли «Москвич» продаваться дальше? Да, будет. Но без иллюзий о массовости. Это уже не история про «доступный автомобиль для всех». Это нишевый продукт в сложной экономике. И если в ближайшие месяцы не появятся реальные меры поддержки — не на словах, а в платеже для клиента, — продажи будут стагнировать. А покупатель, как обычно, проголосует рублём. Или его отсутствием.
Вот такая реальность начала 2026 года. И именно поэтому тема «Москвича» сегодня вызывает не восторг, а споры. А спорят, как правило, о том, что действительно задевает.