— Мы продадим квартиру и разделим деньги поровну, это же семейное, — заявила Галина Петровна, решительно поставив чашку с кофе на стеклянный столик.
Марина почувствовала, как сердце пропустило удар. В гостиной вдруг стало тесно, словно воздух сгустился от этих слов. За окном шумел дождь, барабаня по подоконнику, а в комнате повисла напряжённая тишина.
— Что значит "продадим"? — медленно произнесла она, откладывая вязание. — Андрей ничего не говорил...
Свекровь усмехнулась, поправляя седые волосы. В её глазах мелькнула знакомая холодность — та самая, которую Марина видела уже десять лет брака.
— А Андрей не в курсе. Я сама решила. Сын слишком мягкий, а жизнь требует решительности.
Марина встала, подошла к окну. Капли дождя стекали по стеклу, как слёзы. В груди нарастала обида — острая, знакомая. Эта женщина опять пыталась управлять их жизнью.
— Галина Петровна, квартира записана на меня и Андрея. Без нашего согласия...
— Мне пятьдесят процентов причитается! — резко перебила свекровь. — Я вложила деньги в покупку, помнишь? Двадцать лет назад, когда вы молодые были и без гроша.
Это правда. Тогда, в девяностые, когда они с Андреем только поженились, его мать действительно дала им крупную сумму на квартиру. Но с тех пор прошло столько времени...
— Мы же договаривались, что это был подарок, — тихо сказала Марина.
— Подарок? — Галина Петровна вскинула брови. — Я никогда такого не говорила. Это был займ. Семейный займ.
Марина обернулась. Свекровь сидела прямо, как стрела, и в её позе читалась непоколебимая уверенность. Такой Марина её знала — когда Галина Петровна что-то решала, переубедить её было невозможно.
— Почему сейчас? Что случилось?
— Хочу переехать в деревню к сестре. Воздух там чище, жизнь спокойнее. А для этого мне нужны деньги на обустройство.
В прихожей скрипнула дверь — вернулся Андрей. Марина услышала, как он снимает ботинки, вешает куртку. Сейчас он войдёт, и ей придётся смотреть, как он будет метаться между матерью и женой. Как всегда.
— Привет, дорогие мои! — Андрей появился в дверях с улыбкой. — Что за серьёзные лица?
Галина Петровна первой нарушила молчание:
— Сынок, садись. Мне нужно с вами поговорить.
Андрей прошёл к креслу, бросил взгляд на Марину. Она стояла у окна, сжав руки. Он знал эту позу — жена нервничала.
— Я решила, что пора продать квартиру, — начала мать. — Поделим деньги честно, по долям.
— Мам, о чём ты? — растерянно спросил Андрей.
— Я вложила в покупку половину суммы. Значит, мне полагается половина при продаже. Это справедливо.
Марина обернулась к мужу. В его глазах она увидела знакомую растерянность. Андрей всегда терялся, когда нужно было выбирать между матерью и женой.
— Андрюша, скажи ей, что квартира наша, — попросила Марина. — Что твоя мать подарила нам эти деньги на свадьбу.
— Мама... — начал Андрей, но Галина Петровна его перебила:
— Никаких подарков! У меня есть документы, где чётко написано — займ. Временная финансовая помощь с последующим возвратом.
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Документы? Какие ещё документы?
— Покажи, — потребовала она.
Галина Петровна достала из сумочки сложенный лист бумаги. Развернула и протянула Марине. Это была расписка, написанная рукой Андрея: "Обязуюсь вернуть матери, Галине Петровне Сомовой, денежные средства в размере..." Далее шла крупная сумма и подпись мужа.
Марина читала текст дважды, трижды. Почему она никогда не видела этой бумаги? Почему Андрей ни слова не говорил про займ?
— Когда это было написано? — спросила она, протягивая расписку мужу.
Андрей взял лист, и Марина увидела, как изменилось его лицо. Он побледнел, сглотнул.
— Я... я не помню точно...
— Три месяца назад, — чётко произнесла Галина Петровна. — Когда сын приходил ко мне с просьбой занять денег на твой подарок. На день рождения.
Мир вокруг Марины закружился. Три месяца назад Андрей подарил ей золотое колье — красивое, дорогое. Она была так счастлива, думала, он накопил сам. А оказывается...
— Ты занимал у матери деньги на мой подарок? — тихо спросила она.
— Маришка, я хотел сделать тебе сюрприз...
— И расписался, что вернёшь ей всю сумму за квартиру?
Андрей молчал. А молчание было красноречивее любых слов.
— Вот видишь, — удовлетворённо сказала свекровь. — Сын сам всё понимает. Долг платежом красен.
Марина села в кресло. Руки дрожали. Значит, из-за одного подарка они теперь должны продать дом? Единственное, что у них было?
— Но мама, — попытался возразить Андрей, — это же наше жильё. Где мы будем жить?
— Снимайте квартиру. Или покупайте что-то попроще. На оставшиеся деньги вполне можно найти однокомнатную.
— Однокомнатную? — ахнула Марина. — После трёхкомнатной?
— Зато честно, — отрезала Галина Петровна.
Комната наполнилась тяжёлой тишиной. Только дождь за окном всё стучал и стучал, словно отбивал мрачный марш.
— Я подумаю, — наконец сказал Андрей.
— Думай, сынок. Но недолго. Я уже нашла покупателя через агентство.
И тут Марина вспомнила. То, что хранила в тайне уже полгода. То, о чём не знал даже Андрей...
На следующее утро Марина проснулась с твёрдым решением. Галина Петровна хотела играть в документы? Прекрасно. У Марины тоже есть кое-что интересное.
Андрей ушёл на работу, избегая её взгляда. Всю ночь он ворочался, вздыхал, но так ничего и не сказал. Трус. Десять лет брака, а он до сих пор не мог постоять за жену.
Марина достала из шкафа коробку с документами. Пересмотрела папки, нашла нужную. Вот оно — завещание бабушки Андрея, умершей два года назад. Тот самый документ, который принесла тогда соседка бабушки и который Галина Петровна даже не удосужилась прочитать.
В полдень свекровь появилась с агентом по недвижимости — моложавой женщиной в деловом костюме.
— Марина, это Елена Викторовна, — представила Галина Петровна. — Она поможет нам быстро оформить продажу.
— Присаживайтесь, — спокойно сказала Марина. — Но сначала давайте разберёмся с документами.
Агент достала папку, разложила бумаги на столе.
— Итак, квартира оформлена на вас с супругом в равных долях. Но есть претензии третьей стороны...
— Совершенно верно, — кивнула Галина Петровна. — Я требую свою долю.
— А теперь посмотрите на это, — Марина положила на стол завещание.
Галина Петровна нахмурилась:
— Что это ещё такое?
— Завещание вашей свекрови, Веры Андреевны. Помните, два года назад соседка Тамара Ивановна приносила документы? Вы сказали — выбрасывайте, нам ничего не нужно.
Агент взяла документ, внимательно прочитала. На её лице появилось удивление.
— Согласно этому завещанию, некая Вера Андреевна Сомова завещает своему внуку Андрею денежную сумму в размере... — она назвала точно ту цифру, которая была в расписке.
— И что с того? — насторожилась Галина Петровна.
— А то, — спокойно продолжила Марина, — что эти деньги лежали на сберегательном счёте. Я узнала об этом полгода назад, когда пришло уведомление из банка. Но решила промолчать — подумала, вы сами разберётесь с наследством.
— Какие ещё деньги? — побледнела свекровь.
Агент изучила справку из банка, которую Марина достала из конверта.
— Счёт открыт на имя Веры Андреевны Сомовой. Сумма с процентами за два года составляет именно столько, сколько указано в вашей расписке, — обратилась она к Галине Петровне.
Марина встала, подошла к окну. На улице выглянуло солнце, и капли дождя на стекле заиграли, как бриллианты.
— Понимаете, Галина Петровна, получается интересная ситуация. Андрей может получить наследство бабушки и вернуть вам долг, не продавая квартиру.
— Но почему ты молчала? — растерянно спросила свекровь.
— А вы? Почему молчали о займе двадцать лет? — Марина обернулась. — Мы с Андреем считали ваши деньги подарком. Строили планы, обустраивали дом. А вы всё это время помнили о долге и ждали удобного момента?
Галина Петровна опустила голову. Впервые за годы знакомства Марина видела её растерянной.
— Я думала... я хотела обеспечить себе спокойную старость...
— За счёт сына и невестки?
В комнате повисла тишина. Агент деликатно собирала документы.
— Я оформлю документы на получение наследства, — сказала Елена Викторовна. — А продажу квартиры, видимо, отменяем?
— Отменяем, — твёрдо сказала Марина.
Вечером Андрей вернулся домой. Марина встретила его в прихожей.
— Твоя мать уехала, — сообщила она. — И забрала расписку.
— Маришка, я хотел сказать...
— Не нужно. Я всё понимаю. Ты хотел сделать мне приятно, но не подумал о последствиях.
Андрей обнял жену.
— Прости меня. Я больше никогда не буду принимать решения без тебя.
— А я больше никогда не буду молчать о важном, — ответила Марина. — Даже если думаю, что поступаю правильно.
Они стояли в прихожей своей квартиры — той самой, которую чуть не потеряли. За окном садилось солнце, и последние лучи золотили стены их дома.
— Знаешь, — задумчиво сказал Андрей, — бабушка всегда говорила: семейные тайны до добра не доводят.
— Мудрая была женщина, — согласилась Марина. — Жаль, что мы не всегда её слушали.
Через месяц они получили наследство и расплатились с Галиной Петровной. А ещё через неделю свекровь неожиданно вернулась.
— Можно войти? — спросила она с порога.
— Конечно, — сказала Марина.
Галина Петровна села в своё любимое кресло.
— Я поняла, что деревня — не для меня. Слишком тихо там. А дома стены помогают.
— Это ваш дом, — спокойно ответила Марина.
— Наш, — поправила свекровь. — Наш семейный дом. И пусть остаётся таким.