Утром я ещё не знала, что к вечеру разведусь.
— Олесь, а там не твой муж? — Алена, моя клиентка, с которой мы встретились в милом кафе в торговом центре, скосила глаза влево.
Я зачем-то по инерции оглянулась и увидела, как Толик шёл, приобнимая за талию миловидную блондинку в трикотажном платье с высокой талией. Муж излишне сильно наклонялся к аккуратному ушку, когда говорил что-то. А возле фонтанов остановился и дотронулся губами губ девушки.
Я моргнула пару раз.
Сердце стукнулось и, как мне показалось, замерло. По спине прокатилась капля пота. А внизу живота скрутился тугой комок из паники.
Я была не готова к такому.
Не готова к тому, что мой муж мне изменял. Делал это нарочито открыто, не скрывался по гостиницам со своей пассией, а выгуливал ее по магазинам. Он врал мне, что уезжал в командировку. Ещё и поцеловал перед уходом.
— Не скучай без меня, — сказал мне утром Толя и провёл ладонью по волосам. Я по привычке прильнула к его ладони губами.
— Не оставляй меня надолго, — шепнула я супругу перед его уходом.
А сейчас он стоял и обнимал блондинку.
Мысли резко и быстро заметались по голове. Я вовсе не хотела выносить свои проблемы на всеобщее обозрение, поэтому качнула головой и, сдерживая сарказм в голосе, ответила Алене:
— Нет, ты обозналась. Муж уехал с утра в командировку.
Утром я ещё не знала, что разведусь.
Но в обед моя жизнь разрушилась.
Спустя полчаса сидела в туалете торгового центра и давилась… Нет. Слез не было. Я давилась злостью. Она сковала мне горло так сильно, что я даже не могла позвонить мужу и все высказать, что я думала про его командировку. Эта злость разъела внутри меня все органы, словно их опустили в кислоту. Она топила мое сознание в огне, которым я захлёбывалась, не понимая, что слёзы все же потекли по щекам.
Предатель.
Три года брака. Уравновешенная семья. Высокие отношения. Чаепития эти у его родителей в гостях.
Но все это время я врала сама себе. Потому что сигналы, звоночки и духи на мужской рубашке иногда возникали.
Первый раз я поняла, что муж нечестен, спустя полгода брака, когда он соврал мне, что будет занят, а сам уехал в наш загородный дом с друзьями. Я приехала по нелепой случайности и поняла, что девушек на одну больше, чем следовало, но тогда Толик убеждал меня, что я себя накручиваю и друзья сейчас будут воспринимать меня истеричкой.
Я тогда сожгла своё свадебное платье.
Второй раз был полгода назад, когда я заметила котёнка на аватарке входящего сообщения и три красных сердечка в миниатюре.
— Олесь, это просто знак хороших отношений в коллективе. Не более.
Мне кажется, я намеренно старалась убедить себя, что все у меня в браке хорошо. Сама была рада обманываться. Но сейчас…
Я сжала в руке мобильный.
Как же мне хотелось набрать этого козла и орать в трубку, что я все знаю. Как же мне хотелось высказать ему за все те ночи, которые я проводила без удовольствия, как же мне хотелось орать, что он…
Изменник!
Предатель!
Чудовище!
Но никогда ещё чувства не были такими губительными.
Я вышла из кабинки и прошла к раковинам. Умылась. Причесалась. И вышла в коридор. Я перенесла все встречи, которые у меня планировались по работе на следующую неделю, потому что мне нужно время, чтобы без потерь уйти от мужа.
Я переехала в квартиру мужа после свадьбы. И это была банальная холостяцкая берлога, где тарелок было ровно четыре штуки и два постельных комплекта.
Я приехала в пустую квартиру. Вот из пустой и уеду. Время было начало четвёртого, и у меня ещё столько было дел. Я вытряхивала из ящиков вещи, перебирала документы, упаковывала свои туфельки и складывала в коробки коллекционный фарфор. Я помнила, как разводилась подруга. И собиралась сделать то же самое. Плюс ко всему у меня был брачный договор.
Вечером я позвонила мужу:
— Милый, привет, — прошептала я дрогнувшим голосом. Как бы я ни хотела казаться себе сильной и независимой, а глупое сердце все же болело. — Ты как? Приедешь?
— Ой, Олесь, — выдохнул Толик. По голосу я понимала, что он спал. Наверно, после того как пообнимался с той блондинкой. Чудовище. — Я даже забыл набрать. Нет, не жди. Я совсем застрял здесь. Столько дел…
— Хорошо, — медленно произнесла я, думая, а он со мной из туалета разговаривал или его любовница в курсе дела?
— Люблю те…
Я не стала дослушивать, а просто положила трубку.
Это безумно сложно — казаться уравновешенной, когда просто спалить все хотелось от горя. От потерянного времени. От предательства.
Утро было настолько противным, насколько может быть первое утро, когда уже знаешь о разводе.
Я приляпала на лицо тканевую маску с пандой и ходила по квартире, спотыкаясь о коробки. Служба перевозки должна была приехать через час. Всю ночь я провела на той границе истерики, когда и плакать хотелось, но и не получалось. Я намеренно запрещала себе предаваться горю. Нельзя в такой ответственный момент расслабляться.
Грузчики быстро перетаскали вещи, а я села в свою машину и поехала в пустующую три года квартиру.
Место, которое было моим домом до замужества, скучало без меня, поэтому первым делом мне обрадовались клоки пыли, которая взметнулась в воздух от изобилия вещей. Я откашлялась и решила, что уборка будет вечером, а пока что…
Пока что я села за свой брачный договор и позвонила юристу по бракоразводным делам, чтобы обсудить детали своего развода.
Ближе к вечеру я вернулась в квартиру мужа. Вытащила кресло поближе к коридору и села в него, ожидая встречи. Когда на город спустились осенние сумерки, в замке провернулся ключ.
Толик включил свет в прихожей и вздрогнул, увидев меня.
— Какого..., Олесь? — растерялся он. — Ты чего придумала?
Я холодно произнесла:
— Я придумала развод. И сейчас ты мне отдашь то, что причитается по брачнику.
— Олесь, ты в своём уме? — Толик бросил на пол свой портфель и дёрнул тонкий шерстяной шарф с шеи.
— А ты? — спросила я, медленно вставая с кресла. — Ты в своём уме? Врать, что уезжаешь в командировку, а самому целоваться в торговом центре с блондинкой?
Мой голос звенел в пустоте квартиры.
— Откуда ты вообще это взяла? — муж сбросил с плеч пальто и шагнул ко мне. Я вздёрнула подбородок, чтобы не было заметно, как у меня тряслись губы и блестели глаза.
— Я тебя видела. Вчера. На часах было тринадцать сорок. Торговый центр «Ультра», первый этаж. Фонтаны.
Толя смотрел на меня, и в его глазах забегал лихорадочный блеск, словно он накидывал варианты, как мне объяснить все.
— И если ты ещё не нагулялся, если ты продолжаешь искать, то мне рядом с тобой нечего делать. Мой юрист подала заявление на развод…
Я сказала эти слова и словно подвела черту. Черту того, что я могла бы попытаться все исправить, но после предательства я не представляла, как это сделать. Это словно ты даришь человеку облака, а он в тебя грязью кидает в ответ. Вот так произошло в моем браке.
Толя покачал головой и шагнул ко мне. Обхватил руками, заставляя уткнуться носом ему в грудь, и я почувствовала женский аромат. Тонкий флёр сандала и корицы.
Меня замутило.
Я уперлась ладонями в грудь мужа и оттолкнула.
— Не притрагивайся ко мне, — прошипела я.
— Не указывай мне, что делать, — усмехнулся Толя. — Ты моя жена, значит, моя собственность. И я могу делать с тобой все, что пожелаю.
У меня дрогнули губы, а кулачки непроизвольно сжались, меня ещё никогда не приравнивали к вещи.
— Даже изменять? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
— Даже изменять. Потому что я мужчина. Мне нормально, когда у меня много женщин…
Я дёрнулась к мужу и со всей силы влепила пощёчину. Такую сильную, что мне показалось, что в запястье что-то хрустнуло.
Толя и глазом не повёл. Он облизал губы. Выдохнул. А потом прижал меня к стене, сдавил горло ладонью и, почти дотрагиваясь губ, произнёс:
— На первый раз прощаю. Но впредь будь осторожнее со своими эмоциями. И позвони своему юристу. Развода не будет, — его тихий голос в тишине квартиры проходился по мне заточенным лезвием. Я дёрнулась в попытке вырваться. Но Толя только сильнее сжал пальцы. — Развода не будет, запомни это своей прекрасной головкой и прекрати устраивать скандал. Я не для того на тебе женился, чтобы терпеть бабские капризы.
— Я не буду с тобой! Нас разведут и все! Ты мне никто! Ты предатель, изменник…
— Рот закрой и послушай внимательно, Олесь, — Толя придавил меня к стене так сильно, что я не могла вздохнуть. — От меня ты уйдёшь только в одном случае…
— В каком? — выдавила я, сдерживая злые слёзы.
Я не могла поверить, что вот это чудовище — мой флегматичный и дипломатичный муж.
— Пока смерть не разлучит нас… — бросил слова клятвы в меня муж и разжал руки.
Толя ушёл в спальню, а я сползла по стене и уткнулась носом в колени.
Псих.
Ну ничего. Посмотрим на эту самую «смерть» в зале заседаний. Я не позволю вытирать об себя ноги. Никто не смеет меня унижать!
Я вытерла глаза руками и встала с пола, прошла в спальню, где застала мужа, разглядывающего полупустой шкаф.
— Значит, так решила? — холодно спросил муж и обернулся но мне.
— Решила. И только попробуй мне помешать. Завтра все СМИ будут в курсе домашнего насилия в одной приличной семье. Я буду писать на тебя заявления в полицию один за одним. Ты устанешь оправдываться. А когда дело дойдёт до суда, с моими снятыми побоями…
— Я тебя и пальцем не тронул! — рявкнул муж, а я отбросила волосы с шеи, показывая, как на моей светлой коже уже проступили следы его прикосновений.
— Если не хочешь, чтобы я с этим сейчас отправилась в полицию, ты дашь развод и угомонишься. Не будешь мне мешать…
— Ты не выйдешь из квартиры просто… — заметил Толя и шагнул ко мне.
— Если я не выйду к своей машине через семь минут, в квартиру вломится наряд полиции, который вызовет мой юрист…
Толя сжал кулаки.
Он всегда был категоричным. И сейчас он понимал, что меня нельзя напугать. Немного не тот характер.
Я могла остаться и узнать причины, почему он решил поменять наш стабильный крепкий брак на свои похождения. Я могла кричать и бить его по груди. Я могла обвинять его в чем угодно, но я понимала, если не уйду сейчас, то свихнусь, купаясь в собственной боли.
Я не стала прощаться. Просто вышла из квартиры и бегом добралась до машины, где меня и накрыла паника. Где я вспомнила, как мне угрожал муж, где я могла отпустить всю рациональность и просто побыть слабой девочкой, которую обидели.
Моя жизнь летела под откос. Я хватала ртом воздух, чтобы не орать в голос. Чтобы заглушить внутри себя боль, я сдавливала пальцами запястье и приказывала себе успокоиться.
Это же мой муж. Тот самый муж, который смешно себя повёл в нашу первую встречу в одном кафе, где я чуть не налетела носом на прозрачное ограждение. Муж, который на первом свидании мялся и не знал, как отделаться от моей подруги. Муж, которому я в шутку заплатила за нашу первую ночь. Муж…
Мы поженились так быстро. Просто встретились два человека, поняли, что подходим друг другу по темпераменту, хороши в личной жизни и совпадаем интересами.
И я думала, наша выверенная по линейке жизнь никогда не закончиться. Но она оборвалась с первым подозрением. И нельзя было тянуть. Сама, дура, виновата, если не поняла этого раньше, а верила, что у всех бывали проблемы.
У нас они тоже оказались.
Толя был гуленой. И я реально считала, что это его кризис среднего возраста или прочие заморочки, поэтому только снисходительно иногда реагировала, когда замечала интерес к другим женщинам, а надо было сразу все разорвать.
Я заревела. Залезла на сиденье с ногами и обняла колени. Уткнулась носом в мягкую, пахнущую порошком джинсу и вздрагивала от подступивших рыданий.
За что мне это?
Толя же из хорошей семьи. Такой добропорядочной. Как он мог так поступить с нашим браком?
Как он мог так поступить со мной?
Я раскачивалась в такт рыданиями. Мои губы тряслись, а пальцы одеревенели. Тело потеряло чувствительность, и когда я проводила ногтями по запястьям, то ничего не чувствовала.
Я уговаривала себя взять в руки, ноги и прочие конечности. Не время реветь. Надо собраться. Надо уехать к себе.
Спустя полчаса я выехала со двора и направилась в супермаркет. Зачем-то купила шампанское и авокадо. Были ещё другие продукты, но эта парочка меня позабавила.
Я выезжала с парковки, чтобы отправиться в свою пустую холодную квартиру с горами коробок. Перед глазами плясали разноцветные точки, а слёзы текли по щекам и собирались на подбородке. От грязи задняя камера заляпалась, и я сдавала назад по зеркалам.
Резкий удар, который вдавил меня сначала в сиденье, а потом отбросил к рулю, больно надавив на грудную клетку. Сквозь шум в ушах я пыталась понять, что произошло, и не сразу сообразила, что въехала в здоровый тонированный внедорожник задом.
Стук по окну заставил вздрогнуть. Я опустила стекло и наткнулась на ледяной взгляд голубых глаз:
— Ну здравствуй, милая, — тихо, но очень твёрдо сказал темноволосый незнакомец со следами первой седины на висках. — Ты мне весь бампер разнесла. Договоримся? Или отработаешь?
***
Если вам понравилась история, рекомендую почитать книгу, написанную в похожем стиле и жанре:
"Развод. Цена свободы", Анна Томченко❤️
Я читала до утра! Всех Ц.