Зима в разгаре, у нас морозы, снега и новая рабочая неделя вступила в свои права.
Пора подумать о чем-нибудь согревающем, дамы и господа, о чем-нибудь сугубо позитивном - типа кувшина доброго вина, жарких объятий или щедрых полотен Питера Пауля Рубенса.
И сегодня, в очередном понедельничном птифуре, я предлагаю вашему вниманию красивую историю о старинной вазе, которая была вырезана из цельного куска агата в императорских мастерских Константинополя около 400 года н.э. Небольшой сосуд с богатым, эффектным узором из виноградных листьев, сработанный в технике высокого горельефа, один из тех, что были предметами роскоши и имели большую ценность в Древнем Риме и Константинополе.
Любуйтесь.
Священный и столь необходимый Четвертый Крестовый поход 1204 года, разграбивший дотла прекрасный (и вполне христианский) Константинополь, стал причиной того, что ваза сменила своих хозяев и попала во Францию. Спустя более, чем 150 лет, она стала собственностью сначала герцога Анжуйского, а после его смерти - французского короля Карла V. Оба они, кстати, и Анжу, и Карл приходятся родными братьями уже хорошо знакомому нам Роскошному и Великолепному королю Часословов Жану Беррийскому.
Овдовев, Жанна Бурбонская, через несколько десятков лет, даровала большую часть великолепной королевской коллекции Собору Парижской Богоматери. Среди этих предметов была и эта чудесная ваза.
В 1619 году вазу приобрёл знаменитый фламандский живописец Рубенс, который ценил и коллекционировал произведения античного искусства (произведения ранней Византии считались в то время античными). Сделанный им рисунок вазы с натуры пером и сепией ок. 1626 года ныне хранится у нас, в Эрмитаже.
Однако позднее Рубенс был вынужден продать вазу. Покупателем оказался, ни много, ни мало, Великий Могол Джахангир, четвертый падишах Империи Великих Моголов.
Падишах вазу не получил: корабль, на котором её везли, потерпел крушение. Ваза Рубенса после этого на некоторое время исчезла. Далее её история продолжается в XIX веке: в 1818 году её приобрёл писатель Уильям Бекфорд. Не очень известный в России, он, тем не менее, распрекрасные романы писал (с) - если серьезно, модные тогда, готические, романы ужасов, щедро сдобренные восточными яркими сказками - для пущей экзотики.
Ваза же некоторое время находилась в аббатстве Фонтхилл в Англии. В 1822 году Бекфорд продал вазу своему зятю герцогу Гамильтону. Герцог Гамильтон владел вазой до 1880 года, после чего продал её сэру Ф. Куку, который в начале 1900-х годов включил её в своё художественное собрание в Лондоне. В то время она называлась «вазой Гамильтона», в честь своего прежнего владельца, однако уже тогда знали, что ранее она принадлежала Рубенсу (то есть, для англичан было важнее имя герцога, чем имя фламандского живописца). В 1925 году вазу приобрёл эксперт художественных ценностей Генри Уолтерс, чей отец, Уильям, открыл в 1871 году в Балтиморе Музей искусств. Собственно, там это прекрасное произведение и находится благополучно по сей день, радуя глаз американцев и туристов в США.
Но ведь Рубенс не был бы собой - великим, мощным и щедрым творцом- если бы просто зарисовал принадлежавшую ему вазу на память.
Вы обратили внимание? На вазе вырезаны не только виноградные лозы и гроздья, но и, по бокам, физиономии двух сатиров.
И Рубенс со смаком пишет очередную свою «античную» картину, используя образ сатира с вазы для профиля одного из персонажей. Это, конечно, не копирование, а скорее, нечто, вроде посвящения.
Второй сатир, в упор, с усмешкой уставившийся на зрителя, обращается, совершенно точно, не к джентльменам. Его взгляд откровенно вопрошает любую, мимо проходящую, посетительницу Мюнхенской Пинакотеки, будь она хоть престарелой профессоршей искусствоведения в роговых дорогих очках.
«Что, крошка, может, самое время пошалить?»
А я просто хотела вам рассказать об удивительной судьбе уникального произведения византийского искусства, его приключениях и глубоком следе, который оно оставило в истории человечества - не в последнюю очередь, благодаря мощной кисти Короля Барокко, фламандца Питера Пауля Рубенса, к которому мы, конечно, неоднократно вернемся.
И у меня на сегодня все, спасибо, что заглянули. Да сопутствуют вам успех в ваших делах и удача - на ваших дорогах, дамы и господа!