Конструктор Николай Астров сидел за столом на московском заводе №37 и писал письмо Иосифу Сталину. Шёл июль 1941 года, немцы рвались к столице, армия отчаянно нуждалась в технике. А военное руководство требовало от завода освоить производство сложнейшего танка Т-50, на что потребовались бы месяцы. Месяцев не было. Может, не было и недель.
Астров предложил безумную идею: не создавать новую машину с нуля, а переделать уже освоенный плавающий танк Т-40 в обычный сухопутный, усилив броню. Быстро, просто, эффективно. Письмо отправили. И уже на следующий день на завод прибыл заместитель председателя Совнаркома СССР Вячеслав Малышев лично. Когда к тебе приезжает такой человек через сутки после письма вождю — значит, вопрос действительно не терпит отлагательств.
К 1941 году СССР располагал 35 тысячами танков — больше, чем все европейские страны вместе взятые. Но немецкое вторжение показало: количество не равно качество. Старые машины горели, выходили из строя, застревали. Требовались новые танки, причём срочно. Делать ставку решили на лёгкий класс — маневренные машины, грозное оружие против пехоты противника.
Две недели под бомбами
Разработка стартовала в конце августа 1941 года. Конструкторское бюро Астрова работало в бешеном темпе. За основу взяли плавающий танк Т-40 — машину, которую завод уже освоил. Заимствовали компоновочную схему, узлы ходовой части, трансмиссию, электрооборудование, установку вооружения. Но от главной фишки Т-40 — способности плавать — отказались. На практике эти танки почти не использовались на воде, а оборудование для плавания крало место и вес.
Зато теперь появилась возможность усилить броню и поставить её под более выгодными углами. Лобовую защиту довели до 35 миллиметров, борта — 15 миллиметров, корму — от 10 до 25 миллиметров в зависимости от места. Для лёгкого танка очень приличные показатели.
Первый опытный образец под заводским обозначением 0-60 построили невероятно быстро. По одной версии — за девять дней, по другой — за две недели. Историки до сих пор спорят о точных сроках и о том, какой именно прототип показали Малышеву первым. Есть мнение, что индекс Т-60 изначально присвоили более раннему варианту — сухопутной версии Т-40 с усиленной бронёй. А та машина, которую мы знаем как Т-60, появилась чуть позже. Но суть не меняется: от идеи до металла прошли считанные недели.
Малышев, увидев прототип, сразу понял: машина хороша, но вооружение слабовато. Изначально на танке стоял крупнокалиберный пулемёт ДШК калибра 12,7 миллиметра и обычный пулемёт ДТ калибра 7,62 миллиметра — то же самое, что и на Т-40. Против пехоты сойдёт, но против техники маловато.
И тут Малышев выдал гениальное решение: поставить на танк авиационную автоматическую пушку ШВАК калибром 20 миллиметров. Авиационную! Пушку, предназначенную для самолётов! Малышев организовал встречу Астрова с конструкторами авиационного вооружения из специальных конструкторских бюро.
Астров потом вспоминал, что ему пришлось буквально уговаривать конструктора Шпитального, «человека довольно вельможного», переделать авиапушку под танк. Но уговорил. В кратчайшие сроки создали танковый вариант ШВАК. Боекомплект — 780 снарядов. Прицельная дальность стрельбы прямой наводкой — два километра. Изначально использовали осколочные и зажигательные снаряды, позже добавили бронебойные, пробивающие броню до 35 миллиметров.
Второй опытный образец с новой пушкой показали самому Сталину на испытаниях. Вождь одобрил. Государственный комитет обороны принял танк на вооружение под индексом Т-60. Четырём заводам — №37 в Свердловске, №264 в Волгограде, Горьковскому автомобильному заводу и Харьковскому тракторному — приказали изготовить 10 тысяч танков. Десять тысяч! Задача колоссальная.
Но была проблема: конструкторских чертежей и документации не хватало для развёртывания массового производства на всех заводах. Материалы готовили в сентябре-октябре 1941 года прямо под немецкими бомбардировками Москвы, на пороге эвакуации. Работали, пока над головой выли сирены воздушной тревоги и рвались снаряды.
А дальше случилось нечто невероятное. Астров сам сел за рычаги опытного Т-60 и перегнал его из Москвы в Горький — более трёхсот километров. Это засчитали как ходовые испытания танка. Представьте: главный конструктор лично гонит свою машину сотни километров, проверяя её в деле. В середине октября в Горький доставили комплект конструкторской и технологической документации.
Переделка на ходу
Конструкторы Горьковского автозавода под руководством Кригера провели колоссальную работу. Они ещё больше упростили конструкцию Т-60, адаптировали её под возможности своего производства. Именно горьковские инженеры разработали эффективный предпусковой подогреватель двигателя — деталь, которая потом стала стандартом для всех машин конструкции Астрова. В ноябре 1941 года первые серийные горьковские «шестидесятки» отправились в войска.
Экипаж танка — всего два человека. Максимальная скорость — 42 километра в час при запасе хода до 350 километров. Лёгкий, быстрый, маневренный. Именно то, что нужно было для поддержки пехоты.
Боевое крещение Т-60 прошёл в составе 21-й танковой бригады в боях за Калинин (нынешняя Тверь). Танки отлично показали себя в сражениях под Москвой, где советские экипажи на лёгких машинах сражались с более мощной техникой вермахта — и побеждали. Не за счёт брони или огневой мощи, а за счёт мобильности, массовости и отчаянной храбрости экипажей.
Но уже в процессе серийного производства стало ясно: бронирование и вооружение Т-60 не отвечают требованиям времени. Немецкие противотанковые пушки пробивали его броню слишком легко. Толщину брони лобовых плит увеличили с 25 до 35 миллиметров. По предложению научно-исследовательского института на лобовой части корпуса и башни поздних Т-60 начали устанавливать дополнительные броневые экраны толщиной 10 миллиметров.
Экраны монтировали так, чтобы между ними и основной бронёй оставался воздушный промежуток — получался танк с разнесённым бронированием. Такая конфигурация эффективнее противостояла бронебойным снарядам: экран разрушал наконечник снаряда и уменьшал его пробивную способность, а основная броня задерживала снаряд или его осколки. В войсках это усовершенствование встретили с удовлетворением.
С вооружением дела шли хуже. На опытных образцах испытывали разные, более мощные орудия, но ни одно не приняли к серийному выпуску. Башня Т-60 была слишком мала для установки действительно серьёзной пушки. Поэтому Астров уже в декабре 1941 года начал работу над новым танком — Т-70, который использовал множество узлов и агрегатов от «шестидесятки», но имел более мощное вооружение и лучшую защиту.
С 1941 по 1943 год выпустили более 5400 танков Т-60. Цифра впечатляющая, учитывая, что разработка заняла считанные недели, а производство развернули в условиях, когда враг стоял под Москвой. После появления Т-70 работы по усовершенствованию Т-60 сместились в сторону создания на его базе самоходных артиллерийских и зенитных установок.
История Т-60 — это история военной необходимости и инженерного гения под давлением обстоятельств. Письмо Сталину, визит высокопоставленного чиновника на следующий день, разработка за девять дней (или две недели — историки спорят), создание документации под бомбами, личный перегон опытного образца главным конструктором. Всё это звучит почти невероятно, но именно так и рождались танки, которые остановили немцев под Москвой. Не самые мощные, не самые защищённые, но массовые, быстрые и вовремя созданные. Иногда скорость важнее совершенства.
Было интересно? Если да, то не забудьте поставить "лайк" и подписаться на канал. Это поможет алгоритмам Дзена поднять эту публикацию повыше, чтобы еще больше людей могли ознакомиться с этой важной историей.
Спасибо за внимание, и до новых встреч!