В главное здание РОСИЗО, что в Петроверигском переулке, я собиралась с лета. Именно тогда, поднявшись по парку «Горка», что между Солянкой и Маросейкой, я вышла на большую старинную усадьбу. (Рассказ про парк "Горка" - по ссылке ниже.)
Еще в XVII веке здесь на вершине холма построили палаты из камня, на основе которых в конце XVII — начале XVIII веков было возведено главное здание усадьбы. В 1803 году ее купил директор Московского университета Иван Петрович Тургенев. Он жил здесь до своей смерти в 1807 году, а его гостями часто были Н. М. Карамзин, М. М. Херасков, В. А. Жуковский. Усадьба пострадала в пожаре 1812 года и сменила несколько владельцев.
В 1832 году ее купил купец Петр Кононович Боткин. Дом был восстановлен в стиле позднего ампира – с ионическими капителями, венками с лентами, лепниной на античный манер между пилястрами портика. Но главное – он был вместителен, ведь у Боткина было 25 детей!
Правда, до взрослого возраста дожили 14. Возможно, именно эта статистика подтолкнула одного из сыновей, Сергея, к занятиям медициной. Итог – знаменитая Боткинская больница (правда, до революции она называлась по имени главного мецената – Солдатенковская). Три его сына также стали врачами, причем Евгений Сергеевич оказался последним врачом царской семьи и разделил ее участь в Екатеринбурге. Старший сын Петра Боткина, Василий, был известным литератором, дружил с В. Г. Белинским, И. И. Панаевым, Н. В. Гоголем, и Л. Н. Толстым… Афанасий Фет был женат на одной из дочерей, Марии Петровне. Дочь Екатерина вышла замуж за фабриканта Ивана Щукина и стала матерью знаменитого коллекционера Сергея Щукина. Еще одна дочь, Александра, вышла замуж за художника Илью Остроухова. В общем, дом, который принадлежал потомкам Боткиных до Октябрьской революции, почти столетье был одним из центров московской культурной жизни.
Хотя сегодня усадьба со всеми ее пристройками выглядит скорее странно, чем красиво, у меня сразу возникло желание посмотреть, что же там сохранилось внутри, после всех коммуналок и контор? До начала марта там работают две очень разные выставки: «Смыслы и промыслы. Через север на восток» и «Сергей Эйзенштейн. Бесконечный человек». Народные промыслы я люблю, в жизнь Эйзена недавно погружалась (подробности тут), так что самое время пойти освежить известное и увидеть что-то новое.
На каждую выставку – свой билет, есть бесплатные билеты для льготных категорий. Сначала я зашла на «Смыслы и промыслы» – они на первом этаже, рядом с кассой. Выставка оказалась меньше, чем я думала, экспонаты – в основном ХХ век. К примеру, новогодняя композиция составлена из игрушек, созданных в 1950-60-х годах.
Пожалуй, главный плюс – возможность оценить разнообразие традиционных промыслов – от щепных «птичек счастья» и даже «Древа» до нанайского халата из рыбьей кожи.
А еще – много резной кости и ювелирных изделий из разных регионов. Особенно меня впечатлил бурятский комплект из нагрудного украшения и серег, сделанный Дымбырылом Санжеевым в 1970-1980-е годы. Вот не жалко ему женских ушей…
В общем, выставка очень симпатичная, с довольно подробными пояснительными текстами на стенах. Размещена она в помещениях, которые при Боткиных, скорее всего, выполняли хозяйственную функцию или служили жильем для прислуги. Впрочем, сегодня посетители даже входят в дом с черного входа – со двора.
Парадные комнаты особняка занимает (по крайней мере, частично) выставка «Сергей Эйзенштейн. Бесконечный человек». И тут меня ждало разочарование: здесь всё было подчинено задачам выставки, некоторые залы перегорожены (каждому этапу творчества режиссера – свое пространство). Поэтому сейчас я даже не могу точно сказать, сколько залов видела. В одном из них была очень симпатичная кафельная печь и тонкая лепнина (увы – плохо освещенные). В другом, самом просторном, - лепной потолок и люстры.
При этом сама выставка очень интересная. Самыми важными для меня на ней стали рисунки Эйзенштейна: одно дело – читать о них, и совсем другое – видеть. Между прочим, молодой Эйзенштейн в начале 1920-х оформил в качестве художника несколько спектаклей.
Позже он детально отрисовывал персонажей и сцены своих картин. И как выразительны некоторые работы к фильму "Иван Грозный"!
А еще на выставке демонстрируется очень необычный портрет В.И. Ленина работы мексиканского художника Давида Сикейроса 1970 года и несколько гравюр Гойи – видимо, как иллюстрация влияния художников друг на друга.
Словом, любопытство я удовлетворила – и по поводу усадьбы, и по поводу выставок.