Взмах полосатого жезла всегда вызывает легкое напряжение, даже если ты абсолютно уверен, что ничего не нарушал. Это рефлекс, выработанный годами водительского стажа. Субботним утром я спокойно ехал на дачу, везя в багажнике пару мешков с удобрениями и старый насос, когда инспектор на обочине решил, что моя машина достойна его внимания. Я плавно прижался к обочине, опустил стекло и приготовил документы.
Стандартная процедура: проверка прав, страховки, беглый взгляд на мое состояние. Но после того, как лейтенант повертел в руках мои документы, он не спешил их возвращать. Вместо счастливого пути я услышал фразу, которая заставляет многих водителей теряться: «Откройте, пожалуйста, багажник, посмотрим, что везете».
Интонация была будничной, почти дружелюбной. Именно на это и расчёт. Большинство водителей в такой ситуации, желая побыстрее закончить разговор и не нарываться на конфликт, послушно дергают рычаг или выходят с ключом. Но я прекрасно знаю, что именно в этот момент совершается главная ошибка. Как только вы сами, своими руками открываете крышку багажника по устной просьбе, юридически это расценивается как добровольная демонстрация содержимого.
Если вдруг там «случайно» найдется что-то запрещенное или, что еще хуже, что-то незаметно упадет туда из рукава недобросовестного человека, доказать свою невиновность будет крайне сложно. Никаких бумаг ведь не составлялось.
Я спокойно посмотрел на инспектора и, не делая попыток выйти из машины, задал простой, но отрезвляющий вопрос.
– Инспектор, уточните, пожалуйста, это ваша просьба или законное требование провести досмотр автомобиля?
Сотрудник ДПС слегка изменился в лице. Он понял, что перед ним не «терпила», который будет выполнять любые прихоти, а человек, немного разбирающийся в административном регламенте. Обычно в таких случаях они пытаются подменить понятия, называя досмотр «осмотром».
– Ну зачем сразу формальности? Просто визуальный осмотр, я взгляну и поедете дальше, – ответил он, всё еще удерживая мои права.
Здесь кроется главная ловушка, в которую попадают новички. Согласно закону, осмотр может быть только визуальным и внешним. Инспектор имеет право обойти машину вокруг, посмотреть через стекла салона, проверить читаемость номеров. Но он не имеет права требовать открывать двери, капот или багажник в рамках осмотра. Любое проникновение внутрь, любое требование отодвинуть сумку или поднять коврик – это уже досмотр. А досмотр – это серьезная процессуальная мера, ограничивающая права гражданина, и для нее нужны веские основания.
– Товарищ лейтенант, – продолжил я спокойным тоном, глядя ему в глаза. – Я не отказываюсь выполнить ваше законное требование.
Но если вы хотите заглянуть внутрь моего багажника, то это квалифицируется статьей 27.9 КоАП РФ как досмотр транспортного средства. Я готов его предоставить, но только после составления протокола досмотра и в присутствии двух понятых. Либо под непрерывную видеозапись, которая будет приобщена к делу.
Инспектор вздохнул. Он прекрасно понимал, что для составления протокола ему нужны веские основания. Просто так написать «мне показалось» нельзя. Нужна ориентировка на похожий автомобиль, подозрение в перевозке оружия или наркотиков. Если он составит протокол, а в багажнике окажутся только мои мешки с навозом, я имею полное право написать жалобу на неправомерные действия сотрудника, и у него будут проблемы с начальством из-за пустой траты времени и бумаги.
– Вы что-то скрываете? Почему вы так нервничаете? – пошел в ход стандартный психологический прием. Попытка выставить меня виноватым на ровном месте.
– Я абсолютно спокоен и ничего запрещенного не везу, – ответил я с улыбкой. – Но я ценю свое время и соблюдение закона. Если у вас есть основания – давайте искать понятых, останавливать водителей, писать бумаги.
Я никуда не тороплюсь. Если оснований нет, и это просто просьба, то я вынужден отказать. Открывать багажник без протокола я не буду, так как опасаюсь провокаций.
Это ключевой момент. Инспектор оценивает свои риски и затраты времени. Останавливать две машины, уговаривать людей быть понятыми (а никто не хочет тратить время), заполнять бланк протокола минут двадцать – и все это ради того, чтобы увидеть старый насос? Ему это не нужно. Ему нужно выполнять план, ловить пьяных или реальных нарушителей. Водитель, который знает закон и вежливо требует его соблюдения, становится «неудобным клиентом». С нас нечего взять, кроме головной боли.
Сотрудник ДПС еще секунд пять сверлил меня взглядом, проверяя, не дрогну ли я. Но я сидел расслабленно. Поняв, что «на дурачка» не прокатило, а реальных причин для обыска у него нет, он потерял ко мне всякий интерес.
– Счастливого пути, не нарушайте, – буркнул он, протягивая мне документы.
– И вам хорошей службы, – кивнул я, убирая права в карман.
Я поднял стекло и плавно тронулся с места. В зеркале заднего вида я увидел, как он уже машет жезлом следующей машине – старенькой иномарке. Скорее всего, тот водитель безропотно откроет багажник по первой просьбе, не думая о последствиях.
Важно понимать одну вещь: защита своих прав – это не хамство. Я не грубил, не повышал голос, не снимал его на телефон с криками «причина остановки!». Я просто четко обозначил границы дозволенного. Закон написан не только для водителей, но и для полицейских.
Процедура досмотра создана именно для того, чтобы защитить нас от подбросов и произвола. Требование протокола и понятых – это ваш единственный щит. Если инспектор действительно имеет ориентировку и подозревает вас, он без проблем составит бумаги.
Если же это просто «рыбалка» в надежде найти к чему придраться – он связываться не станет. Знание этих простых правил экономит не только деньги, но и нервы, позволяя чувствовать себя на дороге человеком, а не бесправным существом.