– А огурчики где? Ты же банку открывала, я точно помню. И хлеба подрежь, только черного, бородинского, Витек белый не ест, у него от него изжога.
Сергей даже не повернул головы от экрана телевизора, где двадцать два миллионера лениво перекатывали мяч по зеленому полю. Он просто протянул пустую тарелку в сторону кухни, не сомневаясь, что ее тут же наполнят.
Ольга замерла с полотенцем в руках. В раковине громоздилась гора посуды, жирная сковорода смотрела на нее черным укоряющим глазом, а в духовке доходила вторая партия куриных крылышек в медовом соусе. На часах было три часа дня воскресенья. Единственного дня, когда Ольга могла бы просто полежать с книгой или принять ванну с пеной. Но вместо этого она уже пятый час подряд работала официанткой, поваром и посудомойкой в собственном доме.
– Оль, ну ты чего там застряла? – голос мужа стал требовательнее. – Ребята ждут.
Она молча взяла тарелку, положила на нее соленые огурцы, нарезала хлеб. Руки дрожали от мелкой, противной усталости. Это началось не вчера и не год назад. Сначала друзья мужа заглядывали раз в месяц «на чай». Потом это трансформировалось в посиделки с пивом. Потом Сергей купил огромный телевизор, и их трешка превратилась в спортбар. Только в настоящем баре бармену платят зарплату и оставляют чаевые, а Ольга получала только липкий пол, гору окурков на балконе и стойкий запах перегара в гостиной.
Она вынесла закуску в зал. Трое мужчин – Сергей, Витек и Толик – сидели, развалившись на диване и креслах. Журнальный столик ломился от пустых бутылок, пачек чипсов и грязных тарелок.
– О, хозяйка! – радостно воскликнул Витек, у которого от белого хлеба была изжога. – А горячее скоро? Серый сказал, ты крылышки делаешь фирменные. У меня аж слюнки текут.
– Скоро, – коротко ответила Ольга, стараясь не смотреть на крошки, втертые в ворс ковра.
– Ты давай, не тяни, – поддакнул Сергей, не отрываясь от матча. – И пиво еще холодное принеси, там в холодильнике две банки осталось.
Ольга вернулась на кухню. Внутри нее словно натягивалась тонкая, звенящая струна. Она подошла к окну. Во дворе гуляли мамы с колясками, какая-то пара неспешно шла под ручку, наслаждаясь теплым осенним днем. А у нее впереди был еще вечер уборки, потому что оставить этот свинарник до понедельника было невозможно – запах въедался в шторы.
Вечером, когда последний гость, наконец, ушел, прихватив с собой контейнер с остатками крылышек («Жене отнесу, пусть поучится готовить!»), Ольга начала собирать посуду. Сергей благодушно похлопывал себя по животу.
– Хорошо посидели, душевно, – сказал он, глядя, как жена сгибается над столиком, собирая мусор. – Витек говорит, у тебя талант, Оль. В ресторане так не кормят.
– Сережа, – Ольга выпрямилась, держа в руках стопку тарелок. – Я устала.
– Ну, началось, – он закатил глаза. – Все устали. Я тоже неделю пахал, имею право расслабиться?
– Ты расслабляешься, а я работаю. У меня тоже была рабочая неделя. Я главный бухгалтер, у меня отчетный период, я глаза ломала пять дней. А в выходные я обслуживаю твоих друзей.
– Не утрируй, – отмахнулся муж. – Что тебе, сложно пару салатов нарезать и курицу в духовку кинуть? Это же женские дела, уют, очаг, все такое. Ты же хозяйка. Гордиться должна, что мужики твою стряпню хвалят.
– Я не хочу гордиться, я хочу отдыхать. Давай в следующий раз вы пойдете в бар. Или закажете пиццу.
Сергей нахмурился. Его лицо сразу стало жестким, недовольным.
– В баре пиво в три раза дороже. И еда пластиковая. А у нас ипотека, между прочим, нам экономить надо. И вообще, мне дома приятнее. Друзья завидуют, какая у меня жена. Не позорь меня, Оль. Что я им скажу? «Жена ленится»?
Ольга промолчала. Спорить с Сергеем, когда он был в таком настроении, было бесполезно. Он искренне считал, что домашняя работа происходит сама собой, по мановению волшебной палочки, встроенной в женский организм при рождении.
Неделя прошла в привычном ритме. Работа, магазин, готовка, стирка. Ольга молчала, вынашивая внутри холодное, твердое решение. Струна лопнула в среду, когда Сергей за ужином, ковыряясь вилкой в котлете, буднично сообщил:
– Кстати, в субботу Пашка приедет, ну тот, с севера. И еще Леха с женой подтянутся. Человек восемь будет. Ты там подготовься основательно. Пашка мясо любит, может, буженину запечешь? И пирожков бы с капустой, как твоя мама делает. Ну и стол накрой в большой комнате, а то за журнальным не поместимся.
Ольга медленно положила вилку. Восемь человек. Пирожки. Буженина. Уборка до и уборка после.
– Хорошо, – тихо сказала она. – Я поняла.
– Вот и умница, – Сергей даже не заметил странного тона жены. – Список продуктов напиши, я куплю. Только без фанатизма, по акции смотри.
Наступила пятница. Сергей пришел с работы поздно, уставший, но довольный предвкушением завтрашнего застолья. Он заглянул в холодильник.
– Оль, а где продукты? Я же просил список написать. А тут пусто. Мышь повесилась.
Ольга вышла из спальни. На ней был не привычный домашний костюм, а джинсы и легкий свитер. Рядом стояла небольшая дорожная сумка.
– Продуктов нет, потому что готовить некому, – спокойно сказала она.
– В смысле? – Сергей непонимающе уставился на сумку. – Ты куда собралась?
– Я уезжаю. На все выходные. Вернусь в воскресенье вечером.
– Ты с ума сошла? – Сергей даже рассмеялся, настолько нелепой показалась ему эта ситуация. – Завтра гости! Пашка приезжает! Ты что, забыла? Кто на стол накрывать будет?
– Ты, Сережа. Ты же хозяин. Гордишься своим домом, вот и принимай гостей.
– Оля, прекрати этот цирк! – голос мужа стал злым. – Какие шутки? Люди придут, а у нас шаром покати! Ты меня перед пацанами опозорить хочешь?
– Нет, я просто хочу отдохнуть. Я тебе говорила в воскресенье. Ты не услышал. Ты считаешь, что моя работа по дому ничего не стоит и происходит сама собой. Вот у тебя есть отличный шанс проверить это на практике.
– Да какая там работа! – взорвался Сергей. – Кнопку на мультиварке нажать? Посудомойку загрузить? Ты совсем уже от безделья одурела? Я деньги зарабатываю, ипотеку плачу!
– Я тоже зарабатываю, – напомнила Ольга, застегивая сумку. – И моя зарплата не меньше твоей. А ипотека у нас общая, платим мы поровну. Только почему-то вторая смена у плиты только моя.
Сергей преградил ей путь.
– Ты никуда не пойдешь. Раздевайся и пиши список. Я сейчас в круглосуточный сгоняю. Чтобы завтра к обеду все шкварчало.
Ольга посмотрела ему прямо в глаза. Взгляд у нее был такой, какого Сергей за десять лет брака ни разу не видел. Ледяной и спокойный.
– Сергей, отойди. Если ты сейчас меня не выпустишь, я вызову полицию. И я не шучу. Это не каприз, это забастовка.
Он растерялся. Отступил на шаг. Ольга прошла мимо, взяла ключи от машины и вышла за дверь. Замок щелкнул, отрезая ее от привычного мира обязанностей.
Она поехала в небольшой загородный пансионат. Номер забронировала еще во вторник. Тишина, сосны за окном, никаких кастрюль, никаких голодных взглядов. Она выключила телефон сразу, как только заселилась.
Тем временем в квартире назревала катастрофа. Сергей сначала не поверил. Он думал, жена попсихует, посидит в машине часик и вернется. Ну куда она денется? Но прошел час, два, наступила ночь. Ольги не было. Телефон был «вне зоны доступа».
Утром в субботу он проснулся от звонка будильника и с ужасом осознал реальность. Через пять часов придут гости. Восемь человек. В холодильнике – полпалки колбасы, три яйца и банка засохшей горчицы.
«Ладно, – подумал он, подавляя панику. – Я мужик или кто? Справлюсь. Что там готовить-то?»
Он поехал в супермаркет. Без четкого списка, который всегда составляла Ольга, он потерялся. Купил готового шашлыка в ведерках (хотя собирался запекать буженину, но как ее запекать – не знал), хлеба, овощей, какой-то нарезки. Потратил в три раза больше, чем планировал, потому что брал все подряд, не глядя на цены.
Вернувшись домой, он обнаружил, что квартира выглядит неопрятно. Пыль на полках, в ванной на зеркале брызги, полотенец чистых нет – они все в корзине для белья. Ольга обычно делала уборку по пятницам, но вчера она уехала.
Сергей схватил тряпку. Протер стол. Потом вспомнил про шашлык. Духовку он включать умел, но на какой режим? Поставил на максимум. Через двадцать минут кухня наполнилась дымом – мясо начало гореть снаружи, оставаясь сырым внутри. Он чертыхался, открывал окна, бегал с полотенцем, разгоняя гарь.
В три часа пришли гости.
– О, здорово! – с порога загудел Пашка, огромный мужик с севера. – А где хозяюшка? Чем угощать будете? Я с дороги голодный как волк!
– Оля... приболела, – соврал Сергей, чувствуя, как краснеют уши. – К маме уехала, чтобы нас не заразить. Так что сегодня мужской день.
– А Ленка моя где сядет? – спросил Леха, оглядывая заваленный вещами диван (Сергей в попыхах просто смахнул все лишнее в угол).
Застолье не клеилось. «Шашлык» из духовки оказался жестким и пересоленным. Нарезку Сергей накромсал кривыми ломтями. Салатов не было вообще – только целые помидоры и огурцы, которые гостям приходилось грызть так. Хлеб забыли нарезать, ломали руками.
– Да... – протянул Витек, ковыряя вилкой подгорелый кусок мяса. – Без Ольги как-то не то. Серый, ты бы хоть пельменей сварил, что ли.
– Нормальное мясо! – огрызнулся Сергей. Он был весь в мыле, бегал на кухню за салфетками (которых не нашел и дал рулон туалетной бумаги), искал чистые стаканы (половина была немытой с прошлого раза), пытался развлечь гостей.
Но самое страшное началось потом. Еды не хватило. Мужики выпили, закуска кончилась мгновенно.
– Слышь, Серый, может, закажем чего? – предложил Пашка. – Пиццу там или роллов. Жрать охота.
Пришлось заказывать. Четыре огромные пиццы, сеты роллов, еще какие-то закуски. Сергей с тоской смотрел, как деньги с его карты улетают в трубу. Сумма заказа превысила его недельный бюджет на продукты.
К вечеру гости ушли. Настроение было скомканным. Жена Лехи весь вечер сидела с недовольным лицом, брезгливо отряхивая крошки с платья, и в конце громко сказала мужу: «Больше я в этот свинарник не пойду, позорище какое-то». Сергей это слышал.
Он остался один посреди разгромленной квартиры. Гора коробок из-под пиццы, пятна соуса на светлом ковре (кто-то уронил кусок), гора грязной посуды, которую теперь никто, кроме него, не помоет. Посудомойку он загрузить не смог – не нашел таблетки, которые Ольга всегда перекладывала в красивую баночку.
Сергей сел на диван и обхватил голову руками. Ноги гудели. Спина ныла. А ведь он даже не готовил по-настоящему! Просто купил и разогрел. Как Ольга это делала? Как она умудрялась накрывать столы, улыбаться, следить, чтобы у всех были чистые тарелки, и при этом квартира сияла? И главное – потом все это убирать.
Он посмотрел на чек из доставки еды. Десять тысяч рублей. Плюс пять тысяч в магазине. Итого пятнадцать тысяч за один вечер посиделок. Ольга обычно укладывалась в три-четыре тысячи, творя чудеса на кухне.
В воскресенье вечером дверь открылась. Ольга вошла в квартиру, сияющая, отдохнувшая, пахнущая свежестью и хвоей. Она спокойно окинула взглядом поле битвы. Сергей сидел на кухне, угрюмо домывая последнюю тарелку. Пол был липким, на плите – жирные пятна.
– Привет, – сказала она.
Сергей медленно повернулся. Он хотел наорать, высказать ей все, обвинить в предательстве. Но язык не повернулся. Он вспомнил вчерашний позор, вспомнил глаза Лехиной жены, вспомнил свою ноющую спину.
– Привет, – буркнул он.
– Как посидели?
– Нормально.
– Друзья довольны?
Сергей швырнул губку в раковину.
– Нет, Оля. Не довольны. Мясо сгорело, еды не хватило, пришлось заказывать доставку. Я потратил кучу денег. Ленка сказала, что у нас свинарник. Я задолбался, Оль. Я просто задолбался бегать, подавать, убирать.
– Правда? – Ольга присела на краешек стула. – А ведь ты просто нажимал кнопки, разве нет? Это же женская работа, она легкая.
Сергей помолчал, глядя в пол.
– Я понял, – наконец произнес он. – Я все понял. Это адский труд. Я не знаю, как ты это терпишь.
– Я больше не буду это терпеть, Сережа.
– Я знаю.
Он подошел к ней, неловко, виновато. Взял ее за руку.
– Прости. Я вел себя как идиот. Привык, что все само собой... А оно, оказывается, не само.
– Что будем делать? – спросила Ольга.
– Следующие выходные – без гостей, – твердо сказал Сергей. – И через одни тоже. А если захотим собраться... то либо в кафе, где каждый платит за себя, либо заказываем еду в складчину. И убираем тоже вместе. Или вызываем клининг после. Я не хочу, чтобы ты... чтобы ты снова уезжала. Без тебя дома плохо.
Ольга улыбнулась. Первый раз за долгое время искренне и тепло.
– А с пятном на ковре что делать будешь?
– Химчистку вызову. Завтра же. И посудомойку сам разгружу. Ты иди, отдохни. Ты же с дороги.
Ольга прошла в спальню, переоделась в домашнее. Но не пошла на кухню доделывать то, что не домыл муж. Она легла на кровать, взяла книгу. Из кухни доносилось позвякивание посуды и шум воды. Сергей отмывал плиту.
Она понимала, что перевоспитать взрослого человека за один раз невозможно. Будут еще споры, будут попытки спихнуть быт на нее. Но главное случилось – он увидел изнанку "уюта". Он почувствовал цену чистотой тарелки и вкусного ужина.
А у Ольги в телефоне теперь был сохранен номер того пансионата. Так, на всякий случай. Если вдруг муж снова забудет, что у жены тоже бывают выходные.
Спасибо, что прочитали эту историю. Если она вам откликнулась, подписывайтесь на канал и ставьте лайк – впереди еще много жизненных рассказов.