– Ну Андрюша, ну пожалуйста! Я правда не знаю, что делать, вода хлещет, я сейчас соседей затоплю, а ты же знаешь эту мегеру снизу, она меня со свету сживет! У меня руки трясутся, я даже вентиль найти не могу! – голос в трубке звенел так пронзительно и жалобно, что его было слышно даже с противоположного конца стола, хотя телефон не стоял на громкой связи.
Татьяна медленно опустила вилку на тарелку. Звон прибора о фарфор в тишине уютной кухни прозвучал как гонг, возвещающий о начале очередного раунда битвы, в которой она участвовала уже третий год. Напротив нее сидел ее муж, Андрей, и виновато кусал губы, глядя то на остывающее жаркое по-домашнему, то на светящийся экран смартфона.
– Лара, успокойся, – бормотал он в трубку. – Какой вентиль? Под раковиной или в туалете? Ты перекрой общий стояк.
– Я не знаю, где он! Андрюш, приезжай, умоляю! Я боюсь! Вдруг там кипяток? Я одна, мне страшно!
Андрей поднял глаза на жену. В его взгляде читалась та самая смесь мольбы и обреченности, которую Татьяна видела слишком часто в последнее время.
– Тань, ну ты слышишь? Зальет ведь. Лариска, она же в технике вообще ноль, как ребенок. Ехать надо.
– Конечно, надо, – ровным голосом ответила Татьяна, не выдавая бури, бушующей внутри. – У нас же сегодня не годовщина свадьбы. И мы не планировали этот вечер две недели. И я не стояла у плиты три часа. Езжай, Андрей. Спасай Ларису. Она ведь без тебя пропадет.
– Ну не начинай, а? – Андрей вскочил, суетливо хватая ключи от машины. – Мы же друзья детства. Человек в беде. Я быстро, одна нога там, другая здесь. Прокладку поменяю и вернусь. Жаркое в духовку поставь, чтобы не остыло.
Хлопнула входная дверь. Татьяна осталась одна в квартире, наполненной ароматами праздничного ужина и горьким привкусом разочарования. Она встала, подошла к окну и увидела, как машина мужа срывается с места и уносится в ночную темноту.
Лариса. Это имя стало третьим лишним в их браке. Подруга детства, одноклассница, «свой парень» – как только Андрей ее не называл. Она появилась на горизонте внезапно, сразу после своего развода, и с тех пор плотно обосновалась в их жизни. Сначала это были редкие просьбы: помочь перевезти вещи, настроить компьютер. Андрей, добрая душа, безотказный мастер на все руки, конечно же, помогал.
Но аппетит приходит во время еды. Постепенно просьбы Ларисы стали носить характер стихийных бедствий. То у нее колесо спустило на трассе, то полка в ванной рухнула, то нужно срочно собрать шкаф, потому что «вещи лежат горой, жить негде». И каждый раз это происходило именно тогда, когда у Татьяны и Андрея были свои планы.
Татьяна не была ревнивой истеричкой. Она понимала: дружба есть дружба. Но женская интуиция настойчиво шептала ей, что дело тут не в сломанных кранах. Лариса была женщиной видной, ухоженной, с томным взглядом и манерой говорить с мужчинами так, словно они – боги, спустившиеся с Олимпа. Она мастерски разыгрывала карту «беспомощной девочки», и Андрей велся на это, расправляя плечи и чувствуя себя героем-спасителем.
Татьяна убрала ужин в холодильник. Аппетит пропал. Андрей вернулся через три часа, грязный, уставший, но довольный собой.
– Фух, успел! Там правда потоп намечался. Сифон сорвало. Пришлось повозиться, в магазин круглосуточный за прокладками гонять. Лариска перепугалась, валерьянку пила.
– Чаем хоть напоила спасителя? – спросила Татьяна, делая вид, что читает книгу.
– Напоила, и пирогом угостила. Она там шарлотку испекла. Передавала тебе привет и извинения, что вечер испортила.
«Пирогом угостила», – мысленно отметила Татьяна. – «Значит, пока у нее хлестала вода и она «не могла найти вентиль», у нее в духовке пеклась шарлотка? Интересное кино».
Вслух она ничего не сказала. Скандалить было бесполезно – Андрей сразу вставал в позу, обвиняя жену в черствости и необоснованной ревности. Нужно было действовать тоньше. Татьяна решила: в следующий раз она не останется дома. Она поедет спасать Ларису вместе с мужем.
Следующий раз наступил пугающе скоро. В субботу утром они собирались на дачу. Погода стояла чудесная, майское солнце пригревало, в багажнике уже мариновался шашлык, а в мечтах Татьяны они с Андреем сидели на веранде с бокалом вина.
Телефон Андрея зазвонил, когда он загружал в машину пакеты с углем. Татьяна напряглась. Она знала этот рингтон – специальный, поставленный на Ларису.
– Да, Лар? Что? Как искрит? – лицо Андрея вытянулось. – Сильно? Дымом пахнет? Так, ничего не трогай, выключи пробки в коридоре! Да, я понял. Сейчас буду.
Он сбросил вызов и виновато посмотрел на жену, которая стояла у калитки с рассадой петуний в руках.
– Тань, тут такое дело...
– Розетка? – перебила она.
– Хуже. Щиток искрит. Говорит, запах гари на всю квартиру. Она боится, что проводка загорится. Электрика из ЖЭКа в субботу не дождешься, а частники дерут три шкуры и едут долго.
– Понятно, – Татьяна спокойно поставила ящик с рассадой на землю. – Значит, дача отменяется?
– Да нет, почему отменяется! Мы сейчас к ней заскочим, я гляну, что там. Если серьезно – вызову аварийку, если мелочь – сам подкручу. Это же по пути почти. Ну, крюк небольшой. Час времени, не больше.
– Хорошо, – кивнула Татьяна. – Я еду с тобой.
Андрей опешил.
– Зачем? Ты же не электрик. Посиди дома, я мигом.
– Нет, Андрей. Мы едем на дачу. Вместе. Заезжаем к Ларисе, ты чинишь, и мы едем дальше. Я не хочу сидеть тут и ждать у моря погоды. Тем более, я давно Ларису не видела, поздороваюсь хоть.
Андрей помялся, но возразить было нечего. Они сели в машину. Всю дорогу муж был напряжен, барабанил пальцами по рулю. Татьяна же сохраняла олимпийское спокойствие, хотя внутри у нее все было сжато в пружину.
Лариса встретила их в шелковом халатике, едва прикрывающем колени, и с безупречным макияжем. Увидев выходящую из машины Татьяну, она на долю секунды изменилась в лице – уголки губ дрогнули вниз, в глазах мелькнуло разочарование, – но тут же натянула лучезарную улыбку.
– Танюша! Какая неожиданность! А я вот... в таком виде, перепуганная, нечесаная! – она картинно поправила идеально уложенные локоны. – Проходите, проходите. Андрюша, ты мой спаситель, там в прихожей такое творится! Трещит, жужжит!
Они вошли в квартиру. В прихожей действительно пахло паленым пластиком, но совсем слабо. Андрей тут же деловито направился к щитку, доставая из кармана отвертку с тестером.
– Ой, Танюш, а ты чего в дверях стоишь? Проходи на кухню, кофе попьем, пока мужчины работают, – защебетала Лариса, пытаясь увести Татьяну подальше от места действия.
– Нет, спасибо, я постою тут, – твердо сказала Татьяна. – Вдруг Андрею помощь понадобится? Подержать что-нибудь, фонариком посветить.
– Фонариком? – хихикнула Лариса. – Ну ты скажешь тоже. Андрюша у нас профессионал, он и с закрытыми глазами все починит. Правда, Андрюш?
Андрей, ковыряясь в проводах, что-то буркнул в ответ.
– Лара, – сказала Татьяна, внимательно глядя на подругу мужа. – А почему ты в управляющую компанию не позвонила? У них аварийная служба круглосуточно работает. Это же электрика, дело опасное.
– Ой, да ты что! Там такие хамы работают! Приедут грязные, в сапогах, наследият, нахамят. А Андрюша – он же свой, родной. У него руки золотые. Я только ему доверяю.
– Золотые руки моего мужа, – с нажимом произнесла Татьяна, – сегодня должны были держать шампуры с шашлыком. Мы на дачу ехали.
– Ой, простите, я вечно все порчу! – Лариса молитвенно сложила руки. – Я такая непутевая! Без мужика в доме все сыпется, все ломается. Тяжело одной, Танюш, ты не представляешь. Тебе-то повезло, ты за каменной стеной.
Андрей закончил возиться через пятнадцать минут.
– Там контакт отошел и подгорел немного. Я зачистил, затянул. Но, Лар, тебе надо бы автомат поменять, старый он уже.
– Ой, Андрюшенька, а ты сможешь? – Лариса тут же прильнула к его плечу, стряхивая несуществующую пылинку. – Купишь, какой надо? Я тебе денежку отдам. И поставишь?
– Андрей не сможет, – ответила за него Татьяна. – Мы уезжаем на дачу. И вернемся поздно. А в следующие выходные у нас билеты в театр. Вызови электрика, Лара. Андрей тебе модель автомата напишет на бумажке.
Лариса посмотрела на Татьяну с нескрываемой неприязнью, но тут же снова переключилась на Андрея:
– Ну хоть кофе попейте! Я пирожные купила, твои любимые, эклеры!
– Спасибо, мы сыты, – отрезала Татьяна, беря мужа под локоть. – Поехали, Андрей. У нас график.
Когда они вышли из подъезда, Андрей с облегчением выдохнул, но тут же начал защищать подругу:
– Тань, ну чего ты так резко? Она же от чистого сердца.
– От чистого сердца она на тебе виснет, Андрей. Ты правда не видишь? Халатик этот, глазки... Она не помощь ищет, она внимание твое качает.
– Да брось ты выдумывать! Мы сто лет знакомы, я для нее как брат!
– Вот именно. Как брат, который может и розетку починить, и выслушать, и эго почесать. Очень удобный брат.
Они уехали на дачу, но осадок остался. Татьяна понимала: это не конец. Лариса просто так не отступится. Ей нравилось чувствовать власть, нравилось дергать за ниточки и видеть, как чужой муж бежит по первому зову.
Развязка наступила через две недели. Андрей был в командировке, должен был вернуться в пятницу вечером. Татьяна готовила ужин, предвкушая встречу. В шесть вечера Андрей позвонил.
– Тань, слушай, я тут задержусь немного. В город уже въехал, но Лариса позвонила... У нее там ЧП.
– Какое на этот раз? – голос Татьяны стал ледяным. – Метеорит упал на балкон?
– Нет, она карниз купила новый, тяжелый, кованый. Стала вешать сама – ну, дура, конечно, – и уронила себе на ногу. Говорит, палец распух, ходить не может. А карниз лежит посреди комнаты, пройти не дает. Просит заехать, поднять, ну и в аптеку сгонять, мазь купить. Я быстро.
Татьяна глубоко вздохнула.
– Андрей, послушай меня. Езжай домой. Я сама к ней съезжу.
– Ты? – удивился муж. – Зачем?
– Затем, что я женщина. Я лучше знаю, какую мазь купить. И помогу ей с ногой, перевязку сделаю. А ты устал с дороги. Езжай домой, грей ужин. Я буду у нее через полчаса.
– Ну... ладно. Если ты так хочешь. Только не ругайся с ней, ладно? Ей и так больно.
Татьяна положила трубку и начала действовать. Она не собиралась ехать к Ларисе лечить ее. Она собиралась лечить ситуацию.
Она открыла интернет, нашла службу «Муж на час», выбрала по отзывам самого сурового и профессионального мастера. Затем нашла службу доставки лекарств и заказала набор из обезболивающего и эластичного бинта на адрес Ларисы.
Потом она села в машину и поехала.
Подъехав к дому Ларисы, она увидела курьера из аптеки, который как раз звонил в домофон. Татьяна перехватила его, забрала пакет и поднялась на этаж. Дверь была не заперта – Лариса, видимо, ждала Андрея и оставила открытым, чтобы «спаситель» вошел без препятствий.
Татьяна вошла в квартиру без стука.
В гостиной царил полумрак, горели свечи, на столике стояла бутылка вина и два бокала. Лариса возлежала на диване в том же самом шелковом халате, вытянув ногу. Карниз действительно валялся на полу, но выглядело это так, словно его аккуратно положили, а не уронили.
Услышав шаги в прихожей, Лариса томно простонала:
– Андрюша, это ты? Мне так больно... Ты купил мазь?
Татьяна вошла в комнату и включила яркий верхний свет. Романтический полумрак мгновенно рассеялся, обнажив нелепость мизансцены.
Лариса подскочила на диване, забыв про «больную» ногу.
– Таня?! Ты что тут делаешь? Где Андрей?
– Андрей дома, ужинает, – спокойно ответила Татьяна, ставя пакет с лекарствами на столик рядом с вином. – А я привезла тебе мазь. И помощь.
– Какую помощь? – Лариса растерянно моргала, пытаясь осознать провал операции. – Мне Андрей нужен был! Он сильный, он карниз повесит!
– Карниз повесит специалист, – сказала Татьяна.
В этот момент в дверь позвонили. Татьяна пошла открывать. На пороге стоял крепкий мужчина в комбинезоне с чемоданом инструментов.
– Вызывали? Мастер по мелкому ремонту. Карниз повесить, говорят, надо?
– Да, проходите, – пригласила Татьяна. – Вон там, в комнате. Хозяйка покажет, куда вешать.
Мастер прошел в комнату, деловито осмотрел стену, карниз, достал перфоратор.
– Так, стена бетонная, нужны дюбеля шестерка. У меня есть. Хозяйка, где стремянка?
Лариса сидела на диване красная, как помидор. Она с ненавистью смотрела на Татьяну.
– Ты... ты зачем это устроила? – прошипела она, когда мастер начал сверлить, заглушая слова.
– Я? – Татьяна изобразила искреннее удивление. – Я помогаю. Ты же просила помощи. Вот лекарства, вот мастер. Все оплачено, не переживай. Андрею некогда, он устал, он хочет побыть с женой. А тебе нужен был карниз, верно? Или тебе нужен был мой муж?
Лариса вскочила, забыв, что должна хромать.
– Да пошла ты! – выкрикнула она. – Строишь из себя святую! Да Андрей от твоей правильности скоро выть начнет! Ему нужен праздник, легкость, а ты – душная училка!
– Может быть, – кивнула Татьяна. – Но он возвращается ко мне. А ты каждый раз придумываешь новые поломки, чтобы заманить его на час. Не унизительно самой-то? Ты же красивая женщина, Лара. Найди себе свободного мужчину. Перестань побираться у чужих дверей.
– Убирайся! – визгнула Лариса.
– Конечно. Мастер закончит через двадцать минут. Работа оплачена. Всего доброго, Лариса. И ногу побереги, а то бегаешь больно резво для инвалида.
Татьяна вышла из квартиры, чувствуя невероятную легкость. Она сделала это. Она не устроила скандал мужу, она не вцепилась в волосы сопернице. Она просто показала всем реальное положение вещей.
Дома Андрей встретил ее с тревогой.
– Ну как там? Сильно ногу ушибла? Я звонил, она трубку не берет.
Татьяна села за стол, налила себе чаю и посмотрела на мужа.
– С ногой все в порядке, Андрей. Она бегала по квартире очень бодро. Карниз ей вешает мастер из сервиса, я оплатила.
– Мастер? Зачем? Я бы сам...
– Андрей, сядь, – Татьяна жестом указала на стул напротив.
Муж послушно сел.
– Скажи мне честно, ты правда не понимал, что происходит? Свечи, вино, халатик, просьбы приехать именно когда меня нет или когда мы заняты?
Андрей покраснел. Он опустил глаза и начал крошить хлеб.
– Ну... я догадывался, наверное. Но не хотел верить. Мы же друзья. Мне казалось, если я буду делать вид, что ничего не замечаю, оно само пройдет. Мне неудобно было ей отказывать, она вроде как одинокая, слабая.
– Слабая? – усмехнулась Татьяна. – Андрей, она манипулировала тобой как мальчишкой. А ты, пытаясь быть хорошим для нее, был плохим для меня. Ты воровал время у нашей семьи, чтобы тешить ее самолюбие. Сегодня я увидела все своими глазами. Вино, два бокала. Она ждала не мастера по карнизам. Она ждала тебя.
Андрей молчал. Ему было стыдно. Он вспомнил все те моменты, когда Лариса «случайно» касалась его руки, когда смотрела в глаза слишком долго, когда хвалила его, принижая при этом Татьяну.
– Прости меня, – тихо сказал он. – Я идиот.
– Немного, – согласилась Татьяна. – Но добрый идиот. И я тебя люблю. Но с этого дня, Андрей, помощь Ларисе заканчивается. У нее теперь есть телефон службы «Муж на час». Если у нее что-то сломается – она звонит туда. Если ей станет скучно – она звонит другим подругам. Ты для нее больше не скорая помощь. Договорились?
– Договорились, – твердо сказал Андрей. – Я все понял. Правда. Спасибо, что съездила. Если бы я туда приехал и увидел эти свечи... было бы гораздо хуже.
Лариса больше не звонила. Ни через неделю, ни через месяц. Видимо, гордость (или то, что от нее осталось) не позволила ей общаться с семьей, где ее раскусили и выставили в смешном свете.
Через полгода Татьяна случайно встретила Ларису в торговом центре. Та шла под руку с солидным мужчиной, несла пакеты из дорогих бутиков и выглядела вполне довольной жизнью. Они встретились взглядами. Лариса на секунду задержала шаг, вскинула подбородок, фыркнула и прошла мимо, сделав вид, что они незнакомы.
Татьяна лишь улыбнулась. Она была рада за Ларису. Наконец-то та нашла того, кто будет чинить ей краны и вешать карнизы на законных основаниях. А в их доме с Андреем наконец-то наступила тишина, которую больше не прерывали звонки с требованием срочно спасти мир от текущего бачка унитаза.
Вечерами они теперь пили чай, планировали отпуск и знали точно: если они решили ехать на дачу, то они доедут до дачи. Потому что границы своей семьи нужно охранять, даже если нарушитель притворяется самым беспомощным существом на свете.
Если вам понравилась эта история и вы тоже считаете, что дружба дружбой, а границы знать надо, буду благодарна за лайк и подписку. Пишите в комментариях, как бы вы поступили на месте Татьяны!