Неделя в отеле пролетела для Макса и Лены как в другом измерении. Они заново учились разговаривать не о давлении и таблетках, а о своих мечтах. Но час «икс» настал — пора было возвращаться домой и прощаться с сиделкой.
Как только ключ повернулся в замке, в прихожей их встретил густой запах валерьянки. Антонина Ивановна лежала в кресле, прикрыв глаза. Сиделка Вера Николаевна, собрав вещи, шепнула Лене:
— Физически она здорова как бык. Все анализы в норме. Но как только увидела вашу машину в окно — сразу «слегла». Удачи вам.
Контрольный приступ
— Приехали... — прошелестела Антонина Ивановна, не открывая глаз. — Оставили мать одну на растерзание чужим людям. Всю неделю сердце как птица в клетке... Думала, не доживу до вашего возвращения. Максик, сынок, принеси капли, что-то совсем в глазах темнеет...
Раньше Макс бы уже бежал на кухню, роняя тапки. Но сейчас он стоял неподвижно. В его голове звучали слова сиделки.
— Мам, — спокойно сказал Макс. — Вера Николаевна оставила мне дневник твоих наблюдений. За неделю у тебя ни разу не поднялось давление выше нормы. Ты отлично ела и даже гуляла во дворе. Если сейчас тебе «потемнело в глазах», значит, нам нужно не капли пить, а вызывать реанимацию и класть тебя в больницу на полное обследование. Месяца на два. Я уже нашел клинику в другом конце города. Собирай вещи?
Антонина Ивановна открыла один глаз. Такого поворота она не ожидала. Ездить по больницам, где нет любимого сына-слушателя, а есть только суровые врачи и невкусная каша, в её планы не входило.
— Ну... зачем же сразу в больницу... — пробормотала она, садясь ровнее. — Может, просто погода меняется. Вроде отпустило немного.
Перевод в формат «Взрослый-взрослый»
Это был решающий момент. Лена и Макс сели напротив нее.
— Мам, мы тебя очень любим, — начала Лена. — Но мы больше не будем играть в «домашнюю реанимацию». Мы будем помогать тебе деньгами, продуктами, возить к лучшим врачам. Но мы не будем отменять свою жизнь из-за твоих вздохов. Если тебе плохо — мы вызываем скорую. Если тебе скучно — мы найдем тебе клуб по интересам. Но «умирать» по расписанию у нас в доме больше не получится.
Психологический разбор:
Макс совершил невозможное — он перестал подкреплять манипуляцию своим вниманием. Манипуляция — это костер. Если не подбрасывать в него свои нервы и время, он гаснет сам собой.
5 золотых правил: Как помогать родителям, не разрушая себя
Для читателей канала «Границы семьи» мы подготовили итог этой главы. Сохраните себе, чтобы не сойти с ума:
- Медицинский факт важнее жалоб. Верьте приборам и врачам, а не «плохому предчувствию». Если объективно всё в норме — вы имеете право на отдых.
- Делегируйте уход. Если родителям действительно нужна помощь, наймите специалиста. Ваше присутствие в роли сиделки разрушает ваш брак и вашу психику.
- Не будьте «единственным светом в окошке». Поощряйте общение родителей с друзьями, соседями, их хобби. Чем больше у них интересов, тем меньше они будут «кушать» вашу жизнь.
- Право на радость — священно. Вы не виноваты в том, что вы молоды, здоровы и хотите путешествовать. Ваше счастье не делает родителей «несчастнее», это их выбор — страдать или радоваться за вас.
- Различайте нужду и каприз. Помочь купить лекарства — это обязанность. Отменить отпуск, потому что маме «грустно» — это потакание инфантилизму.
Эпилог Главы 3
Антонина Ивановна долго молчала. Потом встала, поправила прическу и сказала:
— Ну и ладно. Раз вы такие черствые, пойду к соседке, она хоть выслушать умеет. И вообще, я записалась на скандинавскую ходьбу, мне некогда с вами тут спорить.
Макс и Лена переглянулись и впервые за долгое время искренне рассмеялись. «Святая мученица» капитулировала, когда поняла, что её «зрительный зал» опустел.
Конец третьей главы.
Задание для читателей: Как вы думаете, Антонина Ивановна действительно «исправится» или просто затаилась, чтобы придумать новую стратегию? Бывали ли у вас случаи «чудесного исцеления» родственников, когда вы проявляли твердость?